Маржик постоял, наблюдая за ребятами. Роста они были одинакового, даже малыш повыше. Худой, грациозный изящный, гибкость его тела не мог скрыть хитон. Маржик хмыкнул, когда малыш пару раз дал фригийцу по рукам, и гордо задрав подбородок, не ответил на какую то пошлую шутку. Без волос он смотрелся совсем беззащитно, длинная шея, красивый затылок, сильные пальцы… Маржик подошёл.
— Старик, вернулся, — обрадовался Барзан. Калос поднял на него голубые глаза с длинными чёрными ресницами.
Маржик подошёл к мальчишке, задрал подол хитона.
— Облокотись о стену, — срывающимся голосом велел он. Тёмные бровки у мальчишки встали домиком, то ли от обиды, то ли от предвкушения, он тут же выполнил приказ, не задумываясь.
— Как у эллинов всё удобно устроено, — Маржик прижался к гибкому телу.
Как же он неудачно влез в разборки между Охом и Атоссой, и увернуться нельзя. Ещё и багой со своим мечом. Может действительно, если у Аджи и Оха всё наладится, ехать никуда не придётся. Месяцок он бы с удовольствием посидел дома, особенно сейчас вначале осени. Кончив, он прижал к себе мальчишку, горячо дыша в длинную шею.
— Дай, я тоже хочу, — тронул старшего за плечо, Барзан.
— Да он на ногах не стоит, — Маржик держал мальчишку, у которого бог Эрот отобрал силы.
— А я его на струбцины положу, — тут же нашёлся фригиец.
Глава 5 А
В те времена люди явно придавали большое значение общественным отношениям. Культ Митры очень ранний, по-видимому был до зороастризма.
В какой-то момент на территории Месопотамии он утрачивает своё доминантное значение. Новый всплеск культа Митры начинается при Ахеменидах. Митра — Основное божество, покровительствующее правящей власти в Персии и Мидии — Митра, хотя у него более древние корни. С принятием этими народами зороастризма, Митра беспрепятственно, в качестве святого, входит в новую религию. В древнеиранской мифологии Митра буквально переводится с языка Авесты как «договор», «согласие».
В зороастризме отвечает за идею договора, видимо, скреплённого солнцем и жертвоприношением. Зороастризм был одной из мировых религий своего времени. На его основе базируется иудаизм. Христианство и мусульманство тоже имеют корни в зороастризме. Это дуалистическая религия. В ней мир делится на два противоположных лагеря. Лагерь абсолютного Добра — во главе с Ахура-Маздой. И лагерь абсолютного Зла — во главе с братом близнецом Ахура-Мазды, Ахура-Майной. Весь мир разделён между ними. Между ними идёт постоянная борьба, когда каждый должен выбрать свою сторону. Митра идёт на стороне Добра. Он сподвижник в абсолютном Добре Ахуры-Мазды.
Мистерии Митры отличались большой сложностью, они состояли из семи степеней посвящения, каждая из которых отождествлялась с одной из семи известных в древности планет. Так Калос проходит несколько стадии. Первая — посвящение в саму религию, и повязывание пояса. До сих пор сохранившееся в зороастризме и имеющее значение как крестик для христиан. Второе жертвоприношение в доме Маржика, огню и Митре, как домашнему божеству. Третье — совместная трапеза, олицетворяющая посмертное воскресение. Четвёртое, когда Калоса имеют всем отрядом, вхождение в военный этап, в мужское братство. И срезание волос — принесение жертвы воде.
Мы привыкли к эллинской традиции принесение волос огню, но тут иначе. А потом принятие нового одеяния и новой обуви. Возможно, юноша должен был принести жертву быка или бычка, для всего отряда.
В ведийской традиции этот ритуальный код связан с парой Митры и Варуны: Митра «изливал семя в Варуну», после чего они и становились новым божеством — Митра-Варуной [Дюмезиль, 1986, с.58]. Долгое время Варун ещё почитался на севере Эллады, возможно с этим было связанно желание обладать светловолосыми дорийскими мальчиками.
На фреске в капуанском митреуме на месте быка изображён обнаженный юноша, которого мистагог валит на землю, обняв сзади, в чём видят гомоэротическое содержание такого ритуала.
В Элладе жест поднятие вверх среднего пальца, которым барзан напутствует Маржика при встрече с багоем, понимался как угроза анальным изнасилованием и именовался «катапюгон» — καταπυγον, то есть буквально «в задницу» («ката» означает направление вниз, «пюгон» — задница). Указывать на кого-то средним пальцем называлось πκιμαλίζειν (пкималидзеин) и считалось тяжким оскорблением, так как означало обвинение в пассивном гомосексуализме.
Одновременно (и в связи с обсценным значением) жест служил оберегом от сглаза: в этой роли он упоминается, например, во второй сатире Персия, по-видимому, связанно с культом зороастрийского бога Митры. С культом Митры связаны и гомосексуальные отношения в отряде. Модели ритуальной гомосексуальности (часть антропологов считает более корректным термин «осеменение мальчиков») различались даже в пределах небольшого региона. Иногда ритуальная гомосексуальная инициация носила групповой характер, как в данном случае. Аналогичные ритуалы существовали, повидимому, и в иранском мире. Известно, что инициальная практика древнеиранских мужских союзов была достаточно жестокой [Wlkander, 1958, S.65], и, несмотря на то, что зороастризм дистанцировался от многих древнеиранских ритуалов, «обряды, близкие по своему характеру инициациям, свойственны зороастризму» [Рапопорт, 1971, с.33].
Кинайдос — ругательство, шавка, низшей иерархии в собачей стае. Впоследствии стало обозначать пассивного гомосексуалиста. Термин «кинайдос», употреблявшийся для обозначения гомосексуальных партнеров, означает еще и исполнителей непристойных эротических танцев.
В последние века до н. э. возникла особая религия с культом Митры — митраизм, получившая распространение в эллинистическом мире, с I в. н. э. — в Риме, со II в. — по всей Римской империи; особой популярностью пользовалась в пограничных провинциях, где стояли римские легионы, солдаты которых были главными приверженцами культа Митры, считавшегося богом, приносящим победу; сохранились остатки многочисленных святилищ — митреумов (вблизи римских лагерных стоянок). К началу 9 в н. э. зороастризм начинает бороться с мужеложеством, даже в Авесту вводится отдельная статья, Под мужеложцем подразумевается пассивный и активный гомосексуалисты (дословно «кто семя принимает» и «кто семя изливает»).
В период античности волосы с тела снимались серповидным лезвием сейчас называемым Στλεγγίς — стлеггис. Изготавливался он из бронзы или другого металла. Для этого тело предварительно намазывалось маслом. Предполагается, что оно может быть заимствованным из какой малоазийской языка, ср. хеттскими. ištalk (iya) —, ištalgāi- («равный», «гладкий»).
Малыш в эллинский период эпитет обозначающий возраст, на многих стелах в разных некрополях умерших маленьких детей просто именуют малыш или малышка. Так детей часто просто именовали малыш (малышка), а когда ребёнок подрастал, эпитет мог за ним сохранятся и использоваться более старшими товарищами или родителями. Современные исследователи чаще относят этот эпитет к росту, но это не верно.
Медицина эллинистического мира несколько отличалась от парсидской. Если в Ассирии, Вавилонии когда-то были неплохие врачи, то с приходом ахеменидов это изменилось. Все болезни стали приписываться злым козням даэвов, и врачей заменили заклинатели. В эллинистическом мире было несколько медицинских школ. Наряду с «асклепейонами» (помещения, предназначавшиеся для лечения при храмах) существовали носившие то же название лечебницы и школы врачей-нежрецов, а также мелкие «ятрейи» — лечебницы на дому у врача. Лечение в асклепейонах при храмах в значительной степени заключалось в разработанной системе внушения. Т. е. врачи окончившие такие заведения были обучены гипнозу. Кроме того практиковались траволечение, ароматерапия и хирургия. Купцов, ремесленников и свободных земледельцев обслуживали врачи-периодевты, странствовавшие по полисам — общинам и городам — с набором примитивных инструментов и лекарств. Имелись «семейные» школы для подготовки врачей.
Что касается некромантии: суть этих базовых обрядов вызова духа умерших сводится к тому, что вся их система в целом (яма, возлияния меликратоном, вином и водой, подношение ячменя, кровавая жертва, всесожжение и молитвы) тождественна обычным жертвоприношениям на могилах умерших. Некоторые исследователи утверждали, что обычная система жертвоприношений превращалась в «некромантическую», если к ней добавлялось некое магическое «заклинание» (epoide). Однако в «Одиссее» никаких таких особых заклинаний, кроме молитв духам и подземным богам, не упоминается.
Еврипид указывает: Вода утоляет жажду и омывает тело. Молоко утешает младенцев. Мед сладок на вкус. Вино тоже обладает сладким вкусом и смягчает сердце при опьянении. К жидкостям, перечисленным у Гомера, Эсхил добавляет оливковое масло, которое также обладает смягчающим действием. Эти продукты вкупе с зерном представляли собой основу обычного деревенского питания живых и, следовательно, символизировали также плодородие в целом. Любопытен фрагмент из Еврипида, содержащий молитву к Аиду перед началом неромантического ритуала. Молящийся, совершает возлияние, подношение зерном (pelanos) и «безогненную жертву панкарпеи». Панкарпея (pankarpeia) в буквальном переводе означает «все плоды», на практике же так назывался пирог или похлебка с медом и фруктами всевозможных сортов.
Парсаполис (Персе́полис) находится на расстоянии 50 км к северо-востоку от Шираза, примерно в 900 км к югу от Тегерана. В честь завоевания большого количества стран, Дарий приказал возвести большой город Парсаполь, который в будущем планировал сделать центром всего мира. Дома, построенные в этом городе парсов, стоят на огромной монолитной платформе. Для вашего представления: 300 метров в ширину, и 455 в длину, покрывает эта платформа 125.000 квадратных метров площади. Строили город угнанные рабы с подвластных территорий. Угоняли рабочих специалистов. Во время строительства они калечились, чтобы не могли самостоятельно покинуть место строительства. На стройке они и умирали.