Молодая женщина взяла в обе ладони грудь и, поправляя купальник, сделала такое движение, от которого у меня сперло дыхание. Я незаметно выдохнул.
— Вот как здорово! — тотчас подхватила Смольникова и, расстегнув пуговицу на шортиках, вжикнула молнией. — А не хотите пойти сегодня с нами на экскурсию в пещеру?
Я с любопытством ждал продолжения шоу со снятием одежды.
— В какую еще пещеру? Али‐Бабы? — удивленно спросил я.
Саша довольно ловко подпрыгнула, сидя на месте, и приспустила шорты.
— Нет, пещера называется Аделита! — хохотнула молодая женщина. — Она сейчас временно закрыта для посещения туристами, но один мужичок за небольшую плату готов нам ее показать.
Шортики соскользнули с голеней моей собеседницы и оказались на песке. Все, на этом представление с раздеванием закончилось. Я, сожалея, вздохнул.
— И что же там интересного?
— Как что? — воскликнула моя собеседница. — Это же местная, известная на весь мир достопримечательность! Туда многие желают попасть. Между прочим, мужчина этот, — заговорила она увлеченно, — пиротехник. Здесь многие в Испании на этом деле помешаны. А сегодня на Коста Брава состоится открытие фестиваля фейерверков. На этом фестивале‐конкурсе праздничных фейерверков борются лучшие пиротехнические коллективы мира. Такого состязания вы еще не видели. Так вот этот пиротехник тоже участвует в состязаниях. Он отведет нас в пещеру, а потом на фестиваль, где продемонстрирует свою продукцию. Игорь, это же так интересно!
— Даже и не знаю, неожиданное какое‐то предложение, — неуверенно произнес я. — А кто пойдет?
— Ну‐у, Коля, — с воодушевлением проговорила молодая женщина и загнула один пальчик.
«Кто бы сомневался», — подумал я, хмыкнув про себя.
— Потом Егор, — продолжала Смольникова загибать тоненькие пальчики, — я, Маша, — указала она на женщину с похожими на листья хлорофитума волосами, — еще во‐он тот мужчина, Михаил, — кивнула она в сторону загоравшей толпы и пояснила: — Ну, вон тот мужчина, что книжку читает.
Я присмотрелся и увидел сутулого худого мужчину лет сорока трех — сорока четырех, с большими ушами, длинным острым подбородком, похожим на клюв птицы носом, узковатыми глазами, прятавшимися за очками с толстыми линзами, низким лбом и сальными волосами. Он мне показался каким‐то сморщенным, неуверенным в себе, тихоней, в общем.
— Если пойдете, то и вы! — Саша взглянула на меня. — Ну и еще несколько человек, которых набрал этот экскурсовод.
— Вы что, всех отдыхающих на пляже знаете? — удивился я умению Смольниковой находить себе в незнакомом месте стольких друзей.
— Да нет, просто мы вместе вчера одним рейсом из Москвы прилетели, в одном автобусе ехали, вот и познакомились. Ну так что, идете с нами?
«А почему бы и нет? — подумал я. — Пусть у Саши ухажер есть, не буду же я оставшиеся в Каталонии дни бирюком жить. Надо знакомства заводить, а здесь сами люди в компанию зазывают. Почему бы не пойти, не пообщаться, не посмотреть пещеру да не полюбоваться на фейерверки? Все лучше, чем в номере лежать».
— Хорошо, пойду, — согласился я.
— Отлично! — захлопала в ладоши Саша.
И чего она так радуется? Может быть, мужик этот, спелеолог‐пиротехник, деньги ей отстегивает за то, что она людей для экскурсий вербует?
Саша поднялась с полотенца.
— Тогда пойдем, Игорь, искупаемся, обсохнем, перекусим и отправимся на встречу с гидом.
Глава 3Сбор
Встречу группе туристов назначили на шесть часов вечера. Пиротехник‐спелеолог был нелегалом, поэтому сбор он назначил не в фойе отеля, где обычно тусовались официальные представители турагентств и гиды, а на улице у гипермаркета. Без пяти шесть я вышел из отеля и отправился в противоположную морю сторону. На мне была спортивная обувь, летние коричневого цвета штаны с множеством карманов и черная футболка — как раз то, что нужно для туристического похода. Я пересек автостоянку, пустырь и стал приближаться к гипермаркету.
Еще издали заметил кучку людей, лица которых были мне уже знакомы. Само собой, первой бросилась в глаза интересующая меня особа Александра Смольникова. Она была в центре внимания, в каковом, очевидно, привыкла находиться, и что‐то говорила, размахивая руками. Рядом с ней стояли пузатый Николай Сильвестров, доходяга‐ботаник Михаил, пегая Мария с постоянно удивленным лицом и тот самый, похожий на артиста Киану Ривза, парень, рядом с которым за одним столом в ресторане во время обеда сидели Саша и Николай. Очевидно, он и был Егором, чье имя называла Смольникова среди экскурсантов в пещеру, когда зазывала меня на пляже в турпоход. Все так же, как и я, одеты по‐походному, и это правильно, ибо мы собирались лезть в пещеру.
Завидев меня, Смольникова, выражая радость, замахала рукой, я махнул в ответ и, приблизившись к ним, поздоровался и представился.
— Добрый день! Я — Игорь Гладышев.
Я пожал мужчинам руки, а женщинам улыбнулся.
Назвали себя и присутствующие. Фамилии Саши и Николая я уже знал, фамилия же доходяги Михаила была Березин, Егора — Тепляков, Марии — Тропинина.
— Это все? — поинтересовался я, когда официальное знакомство состоялось.
— Откуда же мы знаем? Гид нам не докладывал, — не очень‐то приветливо отозвался Сильвестров, шлепнув мясистыми губами.
«Глупо как‐то выставил меня этот Николай», — подумал я, но обидеться не успел, так как на помощь мне пришла Саша, которой, очевидно, стало неловко за своего приятеля.
— Я слышала от гида, что с нами должны пойти еще два человека, — защебетала она. — Молодые люди какие‐то.
— Время уже шесть часов, а гида все нет, — проворчал имевший плохое зрение Михаил и, оглядываясь в поисках экскурсовода, сморщил лицо, словно так ему было лучше видно.
— Что‐то мне вообще, ребята, не нравится эта левая экскурсия, — вступила в разговор пегая особа, и ее и без того длинное лицо, выражая недовольство, вытянулось еще больше. — Вход в пещеру закрыт, мы без разрешения туда полезем, ох, влипнем с этим спелеологом в какую‐нибудь историю.
— Да ладно вам! — всплеснула руками Смольникова. — Все будет в порядке. Это же одна из самых знаменитых пещер мира. Побывать в Испании и не увидеть пещеру Аделита непростительно. Тем более представляется такая возможность посетить, хоть и нелегально, закрытую для туристов территорию.
Егор Тепляков, стоявший со сложенными на груди руками и со снисходительной улыбкой слушавший разговор, с осуждением покачал головой:
— Да чего вы переживаете? — произнес он беспечно. — Прогуляемся, посмотрим окрестности, слазаем в пещеру, потом на фейерверки посмотрим, где‐нибудь в кафе посидим. Чего в гостинице торчать‐то?
— Вот именно, — подхватила Саша и вдруг воскликнула: — Да вон и гид наш идет, так что уже поздно отказываться от экскурсии, договорились же пойти всем вместе!
Все посмотрели в ту сторону, в которую указала Смольникова.
Из‐за угла громадного гипермаркета вывернул с рюкзаком за плечами и направился к нам среднего роста плотный мужчина в белых кроссовках, в синих шортах, белой майке и белой бейсболке. У него было румяное округлое лицо, и все черты в нем были округлые: глаза, брови, подбородок, нос, рот, окологубные морщины. Лет ему наверняка было больше пятидесяти, но можно было дать меньше, потому что упитанные люди кажутся моложе, так как менее заметны признаки старения — морщины, дряблость кожи. Мужчина приблизился к нам, однако прошел мимо, сделав вид, будто понятия не имеет, что за люди толпятся на тротуаре, но потом вдруг опомнился, сделал шаг назад и, развернувшись в нашу сторону, спросил:
— Молодые люди, а вы случайно не экскурсовода в пещеру ждете? — Мужчина таким образом пошутил, но получилось как‐то наигранно, глуповато и по‐детски.
Все молчали, не зная, что сказать, и только вездесущая Саша заулыбалась:
— Вас, вас! Нашей компании как раз вожак требуется.
Все, что сейчас происходило, смахивало на дешевый спектакль. Я перехватил взгляд Егора, который, видимо, тоже не любил плохих водевилей, и мы с ним, поняв друг друга, усмехнулись.
— Ну, давайте знакомиться, — предложил румяный мужчина. — Меня зовут Константин Коронель. Сегодня я буду вашим гидом. Мы с вами посетим одну из самых замечательных пещер не только нашей страны, но и мира, Аделиту, которая закрыта для обычных туристов, но вам посчастливится попасть в ее недра, необычайно красивые первобытной красотой, а затем я покажу вам великолепный праздник фейерверков, где будет царить невероятная обстановка, сказочная, красочная и прекрасная.
Надо сказать, что Константин Коронель говорил правильным, даже изысканным языком и хорошо поставленным голосом, ему бы романы писать, а не подпольным гидом работать. Но у каждого в жизни своя стезя.
— Извините, Константин! — бойко проговорила женщина с пегими волосами, похожими на листья хлорофитума. — А нас не оштрафуют за незаконное проникновение в пещеру, или того хуже, не заберут в полицейский участок? Здесь, в Европе, законы строгие.
— Ну кто же может забрать такую очаровательную женщину? — слащавым тоном проговорил Коронель. — В Испании любят красивых женщин, потому что всех красоток извели еще во времена инквизиции, считая их ведьмами. Это во‐первых. Во‐вторых, я живу здесь, места мне хорошо знакомы, проведу вас к пещере малохожеными тропами, никто и не заметит. А в‐третьих, если кто‐то и заметит, то не волнуйтесь — у меня с полицией и властями прекрасные отношения, я — личность публичная, знаменитая.
— Так вы испанец? — с недоверчивой ухмылкой спросил пузатый хамоватый Николай Сильвестров и дернул плечами, словно за ними был рюкзак, мешавший ему.
— Ну конечно, я чистокровный испанец, — растянул рот в улыбке гид, отчего его щеки стали еще толще. — Разве не похож?
— Вообще‐то видно, что не славянин, — согласился доходяга Михаил Березин.
Я пригляделся, и действительно, было в чертах лица Константина нечто объединяющее его с народами, проживающими в этой стране, плюс смуглость кожи, темные волосы, хотя большая часть из них была уже седой. Опять же фамилия Коронель, явно испанского происхождения.