Когда подъехал к светофору, улицу переходили какие-то студенты, держа в руках выпивку и расплескивая ее на асфальт. Когда мне засветился зеленый, на дорогу выбежала еще одна пара. Испытывая раздражение, я уже поднял кулак, чтобы ударить по клаксону, когда узнал шагавшую передо мной девушку. И застыл с поднятой рукой, когда увидел бежавшую под руку с каким-то парнем Меган. Оказавшись на тротуаре, мудак повернулся и махнул мне, благодаря, что я не переехал его задницу.
Я следил за ними взглядом, пока они шли дальше по улице. Парень обнял Меган за талию, разместив ладонь довольно низко на спине. Один вид его руки на Меган привел меня в бешенство. Мне захотелось выскочить на тротуар и переехать его, лишь бы оторвать от Меган. Сзади просигналила машина, и мне пришлось проехать дальше, но я заметил, как парочка впорхнула в ближайший ресторан. Развернув машину, поехал направо и припарковался через несколько домов. Накинув на голову капюшон от толстовки, вернулся к тому ресторану. Я понятия не имел, что делал, когда остановился у окна недалеко от столика, который заняла Меган и незнакомец. С отвращением наблюдал, как он отодвинул для нее стул, а Меган ему улыбнулась. Такой же чертовой улыбкой она одаривала и меня. Они заказали напитки у официантки, а потом парень стал что-то рассказывать, из-за чего Меган часто смеялась. Я скрипел зубами каждый раз, когда он протягивал руку и гладил Меган по коже. Во мне поднялось сильное и раздражающее меня желание узнать, о чем они говорили. Я хотел ворваться в ресторан и избить этого придурковатого типа. Но мог ли я? Неужели он был еще одним мной? Кем-то, кого она пыталась убедить пойти с ней домой и втянуть в темные извращенные игры, чтобы кончить? Неужели это то самое доказательство, которое я искал? То, что должно было показать мне темную сторону Меган.
«Черт!»
Осознание причинило боль. Как же глупо было с моей стороны решить, что между нами завязалось нечто серьезное, более глубокое. Может, она была со мной милой только затем, чтобы я сохранил ее тайну. Маленький грязный секрет. Я увидел, как Меган подняла руку, подзывая официантку, а потом произнесла то, что я смог прочесть по губам. «Счет, пожалуйста». Как же быстро она уговорила его. Впрочем, со мной у нее вышло быстрее.
Я отошел от окна, не в силах больше смотреть на Меган. Телефон снова тренькнул, и я вытащил его из заднего кармана.
Гадина Гриффин: Раз теперь твой больной щенячий период гона подошел к концу, можешь вернуться к своему заданию. Хохо
Глубоко в груди пульсировала ярость. Эта сука специально послала меня сюда, чтобы я их увидел. Мой гнев требовал высвобождения. Мне нужно было убраться отсюда, прежде чем ворвусь внутрь и оторву тому ублюдку голову. Я повернулся, чтобы унестись прочь, но врезался в какого-то парня.
— Эй, смотри, куда прешь, придурок.
Он открыл рот, чтобы наговорить еще больше дерьма, но я заставил его замолчать, подняв кулак и ударив по лицу. Брызнула кровь, я явно повредил ему нос. Отведя руку назад, я стал бить его снова и снова, пока меня не вернули к реальности крики какой-то девушки, вызывающей копов. Когда туман, наконец, рассеялся, я с трудом смог рассмотреть открывшуюся картину и поморщился, заметив лежавшего у моих ног окровавленного парня. Он был без сознания. Вокруг уже собралась небольшая толпа. Даже некоторые люди в ресторане с любопытством приникли к окнам. Выпрямившись, набросил съехавший капюшон и побежал прочь по улице. Даже пронесся мимо своей машины, чтобы никто не увидел, на чем я приехал. Не хотелось рисковать тем, что те девушки запишут номера, если и правда вызвали полицию. Я пробежал уже почти милю, когда заметил вдалеке мигающие огни и нырнул в нишу у двери какого-то бара.
Глава 12
Меган
— Да, мам… Я знаю… Да! Передай папе, что я его люблю… Нет, мам. Увидимся в воскресенье. Я тоже вас люблю!
Я откинула телефон и снова взяла книгу в руки. Развернув ее на странице, где лежала моя любимая потертая закладка, я откинулась на спинку стула и закутала ноги в большое кашемировое одеяло, которое мама купила мне на Рождество в прошлом году. Я уже глазами нашла то место, где остановилась, когда буквально подлетела с места, услышав яростный стук в дверь. Книга упала на пол, и страницы перевернулись. Я явно потеряла нужное место.
Тук. Тук. Тук.
— Господи, да что такое… — я выпрямилась и подобралась к окну.
Было слишком поздно, чтобы кто-то мог зайти в гости. И это точно не мои родители, поскольку я только что разговаривала с мамой. Не в силах разглядеть ничего на улице, я начала нервничать. Это безопасный район, но все же Новый Орлеан таил в себе опасность. Снова раздался оглушительный стук, и волосы на руках встали дыбом. Тяжело дыша, я схватилась за биту, лежавшую в большой вазе с зонтиками.
— Кто там? — крикнула я, осторожно отодвигая битой занавеску на двери. И шокировано замерла, увидев Мэйсона.
— Открывай, — прокричал он через дверь.
Отбросив биту, я стала открывать замки. Как только добралась до последнего, провернула ручку и распахнула дверь, Мэйсон едва не перелетел через порог.
— Мэйсон… что ты… ты пьян? — он снова споткнулся, чуть не опрокинув нас на пол, а потом ногой захлопнул дверь. — Ты не можешь просто заявиться ко мне…
— Зачем ты это сделала? — Мэйсон уперся о столик в конце коридора, чтобы удержать равновесие.
Я мельком глянула на его руки. Костяшки пальцев были сбиты и сочились кровью.
— Что сделала? И что случилось с твоими руками?
Он проигнорировал мой вопрос. Его волосы были растрепанными, а взгляд диким.
— В ту ночь, когда мы встретились, ты затащила меня в мотель, и мы трахались, как животные.
Я шумно вздохнула от этих грубых слов.
— Да, помнишь, я вылизывал твою киску, пока ты не закричала. А ты вонзала ногти мне в спину, пока я не связал тебя.
Я ощутила жар от нахлынувших воспоминаний. Как Мэйсон пах в тот вечер. Я испытала трепет от его сурового взгляда еще до того, как даже заговорила с ним. Мэйсон выглядел таким разбитым… Я поняла, что возможность забыться нужна нам обоим.
— Почему ты выбрала меня?
— Мне показалось, что тебе бы это не помешало…
— Не играй со мной в игры. Почему? Я бы мог оказаться серийным убийцей. Насильником.
— Ты выглядел потерянным, а не страшным, — озвучила я истину.
Если бы я ощутила от Мэйсона хоть какую-то опасность, то никогда бы не подошла к нему.
— Как много парней ты приводила домой таким же образом и трахала?
— Это не твое…
— Скольким парням ты позволила пихать пальцы в твою тугую задницу, а члены в пизд…?
Я со всего размаху ударила его ладонью по лицу. Запястье тут же свело от боли, прострелив руку. А в следующий миг Мэйсон напал на меня, выбивая воздух из легких. Он обхватил меня своими огромными руками и увлек дальше в дом.
— Зачем ты подвергаешь себя такой опасности? Я ведь мог причинить тебе боль. И я могу.
Я подняла руки, обхватив его шею, а потом провела по красной царапине у него на щеке.
— Но ты этого не сделаешь. Никогда я не чувствовала от тебя опасности или дискомфорта.
— А должна была, — рыкнул Мэйсон, впиваясь ногтями мне в задницу. — Теперь я знаю твой секрет. Знаю, что ты очень-очень плохая девочка, — после этих слов он прижался ко мне губами.
Мэйсон действовал грубо и дико, сминая и заставляя раскрыться ему навстречу, просовывая мне в рот язык. Его вспышка ярости сбила меня с толку, но и начала заводить. Я не знала, что произошло. Это состояние было далеко от того флирта, которым он изводил меня последние недели. Мне нужно было спросить его, что произошло, но разум затуманился, выпуская на поверхность мою порочною сторону, только и ожидавшую новой возможности поиграть.
— Я пошла на риск. Пьянела от осознания, что веду в мотель незнакомца, чтобы немного поиграть. Надеялась, что ты окажешься выигрышным вариантом. Порочным. Дарующим… ааах, — я застонала, когда он обеими руками обхватил мои ягодицы и раздвинул их.
Он еще сильнее прижался ко мне и надавил на живот твердым членом. От его размеров ощутила волну мурашек, прошедшую по всем нервным окончаниям. Я не могла противиться желанию льнуть к Мэйсону. Когда потерлась об него, он зарычал мне в рот и углубил поцелуй.
У меня в голове крутилось слишком много сценариев. «Заставь его остановиться». Как Мэйсон мог бы трахнуть меня на столе. «Он слишком молод». Я могла бы отвести его в спальню и поиграть. «Мэйсон — мой студент. Я должна остановить его и заставить уйти». Но, может, мне позволено хоть немного вкусить его. «Я стану послушной». Порочной. «Только прелюдия». Нет, все, все, все! Мне нужно затолкать его в мою спальню, чтобы он связал меня, выпорол и оттрахал так, как я не могла перестать фантазировать.
По шокированному выражение лица Мэйсона, когда я достала тогда в мотели игрушки, я решила, что он впервые попробует нечто столь смелое. Но теперь все обрело смысл. Мэйсон еще так молод. Я снова вспомнила о разных вещах в своей спальне. Тех, что поклялась выбросить после единственной ночи греха. Но у меня так и не хватило решимости с ними расстаться.
«Не смей об этом думать, Меган. Это неправильно».
Мэйсон отстранился от моих губ, припав к шее, и я склонила голову, чтобы обеспечить ему лучший доступ.
— Ты вытрахала мне мозги, — пробормотал он возле моей кожи.
— Ты бы предпочел, чтобы я трахала что-то другое? Например, твой член?
«Боже, мой вульгарный рот! Прекрати его подначивать, Меган. Будь взрослой. Или нет».
Я ощутила дрожь предвкушения при мысли, что он сотворит со мной что-либо. Мне должно было быть стыдно за количество фантазий, в которых присутствовал Мейсон. Я представляла, как он окажется глубоко внутри меня. Я крепко зажмурилась, чувствуя, какая дерьмовая у меня сила воли, из-за чего позволяла Мэйсону делать со мной безумные вещи — в аудитории… да везде. Мне следовало бы ругать себя за безрассудство. Мэйсон мог стоить мне работы и репутации, если нас поймают. Но какой-то голос внутри нашептывал, что дикость наших отношений того стоит.