Возможно, ей не спалось потому, что в голове все время метались мысли о Барбаре Маклин. Джолин была уверена, что эта женщина хотела получить в мужья Сигимора, но дело, похоже, этим не ограничивалось. Было здесь что-то еще. Что именно? Она пока не могла понять. Барбара, возможно, надеялась, что их брак можно будет при желании легко расторгнуть. Ведь она, Джолин, англичанка. Но вопрос в том, откуда Барбаре стало известно обо всем этом. Четко и ясно Джолин не могла себе ответить на этот вопрос.
Надо будет обязательно обсудить это с Сигимором, сказала себе Джолин и почувствовала, что наконец начинает засыпать. Она ощущала себя сейчас совершенно беззащитной, слабой, какой, в общем-то, никогда не была. Она ведь всегда раньше могла постоять за себя. Эти новые ощущения ее пугали. Не нужно думать пока об этом. Сигимор и его братья прекрасно понимали, что если бы они отказались ей помогать, то она все равно выпустила бы их из подземелья Драмвича. Так что у этих людей имелись счеты с Гарольдом. Хорошо, когда несколько человек решают одну проблему, когда есть с кем посоветоваться и на кого опереться. Сон постепенно овладевал ею, и мысли замедляли свой бег. Да, еще раз сказала себе Джолин, она обязательно поговорит с Сигимором о том, что ее беспокоит. Утром. И еще... Есть ли у Барбары Маклин какие-то влиятельные родственники или их нет, но она, Джолин, не допустит, чтобы эта женщина отобрала у нее мужа. Она примет меры...
Глава 16
Джолин аккуратно сложила рубашку Фергуса, которую она только что зашивала, и обвела глазами большой зал. Сейчас здесь никого не было, кроме трех служанок, убиравших со стола. Мужчины пообедали и отправились на поиски Гарольда. Утром после завтрака они уже объезжали окрестности Дабхейдленда, но никаких признаков присутствия Гарольда и его людей на прилегающей к замку территории обнаружено не было. От этого Джолин должна была бы почувствовать облегчение, но, как ни странно, напряжение внутри ее лишь усилилось. Он зашел слишком далеко, чтобы теперь отступиться. Конечно, после той неудачи, что постигла его под Скаргласом, Гарольд мог бы вернуться в Драмвич и подумать о том, как теперь ему выйти из сложившегося положения, но в такое развитие событий верилось с трудом. Внутренний голос подсказывал Джолин: Гарольд где-то близко, он здесь, он снова расставляет силки для нее и Рейнарда. Он выжидает.
– Тебе холодно, Джолин? – спросил Фергус. Джолин резко обернулась. Она не слышала, как к ней подошел мальчик. На ее лице появилась улыбка. Этот паренек скоро станет таким же высоким, сильным и красивым, как и его братья, Сигимор и Сомерлед. Фергус был единственным человеком из всех родственников Сигимора, который сразу же принял ее. И вот теперь в течение двух дней мальчик с удовольствием разделял общество Джолин, пока все остальные мужчины разыскивали Гарольда.
– Нет, я не замерзла. Просто мне немного грустно, да и в голове крутятся всякие мрачные мысли, – сказала она.
– Это из-за той женщины, которая плачет наверху?
– Из-за Гарольда. Меня беспокоит то, что он куда-то пропал. Это немного странно.
– Они найдут его и убьют. Утопят в крови.
Мальчишки все такие кровожадные, решила Джолин, потому что не видели этой крови в жизни. Фергус просто пытается так утешить ее. Она улыбнулась и протянула ему его рубашку. Фергус поблагодарил ее и снова куда-то побежал. На Джолин опять навалилась тоска. Не стоит так волноваться, уговаривала она себя: Сигимор и его братья скоро вернутся, они заняты делом. Но, как бы она ни утешала себя, одиночество сейчас казалось ей почти непереносимым. Она провела так много времени в компании других людей, что теперь ей было трудно довольствоваться только своим обществом. Особенно в те минуты, когда ее охватывала тревога.
Неизвестность, затянувшая темным туманом будущее, делала ее положение еще более шатким и уязвимым. Если бы она твердо знала, что не расстанется с Сигимором и останется жить в Дабхейдленде, то тогда можно было бы заняться своими прямыми обязанностями хозяйки замка. Она бы придумала, как украсить дом и придать его обстановке более уютный вид. Здесь, как она уже успела заметить, явно недоставало женской руки. Но менять сейчас ту обстановку, к которой обитатели Дабхейдленда давно привыкли, было бы не слишком красиво, если она собирается отсюда уезжать. Сигимору вряд ли будет приятно ежедневно видеть свидетельства ее пребывания в замке.
Мысли Джолин обратились к Барбаре, и она нахмурилась. Ей очень хотелось поговорить об этой женщине с Сигимором еще раз, но для такого разговора все никак не представлялось подходящего случая. Сейчас Сигимор все время проводил в поисках Гарольда. В Дабхейдленд он возвращался к ночи, занимался с Джолин любовью и тут же ложился спать. А Джолин по-прежнему мучил вопрос, откуда леди Барбара узнала о женитьбе Сигимора. Может, для начала ей поговорить нес мужем, а с самой Барбарой? Но вряд ли эта женщина расскажет правду.
Был и еще один вопрос, на который Джолин не могла найти ответ. Почему Барбара осталась в Дабхейдленде? Сигимор, так же как и его братья, избегал ее. И она общалась только с теми двумя мужчинами, которые прибыли в замок вместе с ней. Еще время от времени к ней заходила старая Нэнси, которая не скрывала своей неприязни к гостье. Ей приносили все, что она хотела, и оказывали все услуги, какие ей требовались. Не могла Барбара заполучить лишь Сигимора. Джолин подозревала, что у Барбары была какая-то вполне определенная цель. Но какая же?
Отложив в сторону шитье, Джолин поднялась со скамьи и направилась к двери. У самого порога она неожиданно столкнулась со старой Нэнси.
– Что-то случилось? – взволнованно спросила Джолин, увидев хмурое лицо служанки.
– Ничего особенного, кроме того, что леди Барбара зовет меня каждые полчаса. То одно ей нужно, то другое, – сердито проворчала старая Нэнси.
– Это все? – успокаиваясь, переспросила Джолин. – Леди Барбара, конечно, не самый приятный гость, но у нас нет выбора. Нам придется терпеть ее. Впрочем, думаю, осталось уже недолго.
– Надеюсь. Я так часто хожу к ней в комнату и приношу ей то одну вещь, то другую, как будто у меня нет никакой другой работы.
– Что она попросила на этот раз?
– Вино, хлеб и сыр. Она недавно обедала... Надо ей сказать, что если она будет так много есть, нам придется выкатывать ее из замка... – Старая Нэнси затрясла головой. – У этой женщины злой язык. И она богохульница.
Джолин засмеялась и обняла Нэнси за плечи. Девушка решила, что будет называть ее Нэн. Нэн была такой же прямой и резкой, как и все Камероны. Эту женщину называли «старухой» и «старой Нэнси», хотя она была всего лет на десять старше Сигимора. Братья Камероны относились к Нэнси с нежностью, как к матери. И еще Джолин почувствовала, что, если она останется с Сигимором, Нэн станет ее другом и защитником.
– Бедняжка Нэн, – пробормотала Джолин. – Я бы попросила Сигимора самого обслуживать такую капризную гостью, если бы была уверена в том, что ему ничто не угрожает. А то ведь леди Барбара может схватить его, бросить на пол и вскочить на него верхом. – Нэн посмотрела на Джолин и рассмеялась. – Сейчас я пойду к леди Барбаре сама и прихвачу с собой поднос с едой и вином. – Джолин взяла Нэн под руку, и они направились на кухню.
– Вы уверены, миледи? – с сомнением спросила Нэн Джолин, вручая ей серебряный поднос с большой кружкой вина и тарелкой с хлебом и сыром. – Эта женщина хочет вашего мужа, и у нее острый язык. Она может сказать все, что угодно. И выдумать что угодно...
Джолин окинула спокойным взглядом большую светлую кухню и посмотрела на Нэн:
– Я должна задать ей кое-какие вопросы.
– Понимаю, понимаю. Эта леди была первой женщиной Сигимора. Так ведь?
– О нет! Меня сейчас не это интересует. Я, конечно, пыталась поговорить на эту тему с Сигимором, но он пока занят и ему не до таких пустяков. Я понимаю, что Барбара строит какие-то козни и надеется поймать Сигимора в свою ловушку. Но мне кажется, за всем этим кроется что-то важное...
– У меня тоже такое ощущение. Похоже, она собирается провести здесь не одну неделю. Может, ей некуда идти?
– Возможно, но ведь она была замужем за таким богатым человеком. Сигимор как-то сказал мне, что леди Барбара так свободно обращалась с деньгами старого лэрда, что тот повесил на сундук со своим золотом большой замок. Лэрд не хотел, чтобы его молодая женушка размотала по ветру все его состояние. Но это вовсе не означает, что теперь леди Барбара лишилась даже крыши над головой. Ведь как-никак она мать наследников старого лэрда.
– Но ведь ее муж мог найти детям опекунов, кого-нибудь из своих родственников.
– А если этим родственникам не понравится леди Барбара... И если у нее нет денег...
– Тогда она превратится в бедную родственницу, перед которой закрываются по очереди все двери. И от которой все хотят побыстрее избавиться.
– И все это означает, что семья лэрда отвернулась от нее. А это означает, что больше у нее нет поддержки. А это означает, что Сигимору нечего бояться теперь, и мы можем попросить ее уехать из замка прямо сейчас.
– Отличная мысль. Но, кажется, вас волнует не это, миледи. Я права?
– Дело в том, – проговорила Джолин, – что мне не дает покоя одна загадка: откуда леди Барбара узнала, что Сигимор женился на англичанке. Когда ей сказал об этом Сомерлед, она вскрикнула от удивления. Но всем показалось, что это удивление было наигранным, неестественным. Кажется, леди Барбара не очень хорошая актриса.
– Мне рассказала то же самое.
– Теперь я уверена, что ей все уже было известно. Но откуда? Как она узнала?
– Слухами земля полнится, – уверенно проговорила Нэн, но ее лицо снова сделалось серьезным.
– Возможно. – Джолин с сомнением покачала головой. – Но я не думаю, что это так просто объясняется. Леди Барбара осведомлена и о том, что брак можно легко расторгнуть. И даже о том, по каким причинам...
– Расторгнуть брак? Но ведь вы-то не собираетесь этого делать?