— С ума сошла! Тогда, выходит, мне вообще ни с кем нельзя дело иметь? А уж с Андреем тем паче.
— Нет, почему? Полька влюблена в Женю. И долго еще будет ненавидеть Дружинина.
А он артист, чуткий, от ее ненависти будет страдать и льнуть к тебе. Но вообще лучше в дом мужика не пускать. Только на пересып. Спокойнее.
— Послушай, Светка, по-твоему, мать всегда должна бояться, что дочь будет соперницей? Кошмар какой-то!
От этого разговора в душе родилось тягостное чувство безнадежности. К счастью, его прервал звонок Жени:
— Броня, мне необходимо с тобой увидеться! Куда ты вчера девалась?
— Да у меня тут с родственниками были истории. Потом объясню.
— Хорошо, давай после работы я за тобой заеду!
— Понимаешь, я вечером обещала быть у отца.
— Но у меня очень срочное дело!
— Что-то случилось?
— Да.
— Что-то плохое?
— Не сказал бы.
— Женя, в чем дело?
— А если встретиться в обед? Ты спустишься, и мы перекусим в «Райской птичке»?
— У меня будет всего час.
— Хорошо. Жду тебя там, я к твоему приходу все закажу.
Я разволновалась. Встреча в обеденный перерыв с Венькой обернулась такими сложностями, о которых я и не подозревала. А что сулит встреча с Женей?
— Ну чего? — заинтересовалась Светка.
— Пригласил в «Райскую птичку».
— Круто!
Ах ты господи, ну почему в жизни все так происходит? Тянется-тянется какая-то бодяга годами, а потом в один прекрасный день случается что-то — и вся твоя жизнь как будто взрывается, нет, это как круги по воде от брошенного камня. Венька бросил камень, он давно пошел ко дну, а круги все идут, идут… И я сама не знаю, чего хочу. И кого… Нет, кого, я знаю. Но мало ли чего мы хотим… Он вот хочет меня защищать, а выходит, что я его защищаю… Да, наверное, это все просто слова… И скорее всего, из какой-то роли. Ведь в Тель-Авиве он говорил, что не стыдится чувствовать себя слабым при мне… А с другой стороны, он ведь полез за меня в драку с Женей, хотя у нас тогда еще ничего не было… Сам черт ногу сломит.
Сегодня на работе было на редкость спокойно, и я беспрепятственно смогла уйти. Ровно в половине второго я вошла в «Райскую птичку».
— Ну что на сей раз? — спросила Светка, когда я вернулась.
— На сей раз Гватемала!
— Что? — не поняла она.
— Гватемала! Знаешь такую страну?
— Бронька, кончай придуриваться!
— Ничего я не придуриваюсь! Он едет в Гватемалу строить металлургический комбинат. И зовет нас с Полькой ехать с ним.
— А ты?
— Отказалась. Под вполне приличным и правдивым предлогом. Польке не годится тамошний климат, и ей надо учиться в Москве, у нее переходный возраст…
— Обиделся?
— Обиделся. Но ты знаешь, я после твоих житейских мудростей просто не могу на него смотреть. Мне мерещится, что он Гумберт Гумберт.
— Значит, свадьбы не будет?
— Нет. Он, правда, сказал, что через полгода приедет и мы вернемся к этому вопросу.
— Ну за полгода много чего утечет…
— Это точно!
— Значит, теперь у нас на повестке дня господин Дружинин?
— Ни фига подобного! У нас на повестке дня свобода! Ну их всех.
— А кстати насчет мужиков… Твой двоюродный брат все еще в холостяках ходит?
— При чем тут Венька?
— Понимаешь, я вчера видела его по телику… И что-то он мне так понравился. Познакомь, а?
— Светка, ты что, а как же твой Виктор?
— Я устала.., сколько можно? Я ребенка хочу… А у Виктора детей быть не может.., да и вообще.
— Видишь ли, я могу вас познакомить, но что касается детей…
— Он что, тоже бесплодный?
— О нет, он вполне плодовитый… Но у него сейчас…
И я рассказала ей про Венчика.
— Да… Но мне нравится, что он так себя повел… Хороший человек, значит. И все же познакомь. Как-то я вдруг на него запала… Чем черт не шутит… Слушай, а у вас никогда ничего…
— Никогда ничего. Обязательно вас познакомлю.
Но тут Светку вызвали к шефу, а мне Инна Геннадьевна подкинула целую кипу документов на проверку.
К отцу я ехала в поистине лучезарном настроении. Свобода! Свобода! Я поняла, что перспектива брака с Женей угнетала меня давно, я просто не отдавала себе в этом отчета, а уж после Светкиных слов о любви к нему Полины я и думать об этом не могла. А теперь так здорово все разрулилось! Само, без моего участия! Ура! И вдруг, когда я свернула на улицу, ведущую к дому отца, мне под колеса кинулся какой-то мальчишка. Я успела затормозить, но он упал и остался лежать. Я безумно испугалась и выскочила из машины. Мальчишка лежал на асфальте, раскинув руки, с закрытыми глазами. Неужто умер?
— Ой, женщина, смотрите! — раздался сзади крик. Я оглянулась и увидела, как другой мальчишка схватил с сиденья мою сумку и бросился наутек. А тот, которого я сбила, тоже исчез.
— Вот гаденыши! — посочувствовала мне женщина. А я стояла у машины, и меня била дрожь. Я так безумно испугалась, что убила парня… А сумку украли — это всего лишь неприятность.
— Ой, женщина, что с вами? Вам плохо?
— Нет, я просто испугалась.
— А в сумочке денег-то много было?
— Были… И все документы там, и ключи…
— Ой, женщина, тогда вам срочно надо менять замки. А то если там есть паспорт с пропиской, они могут и квартиру ограбить. Езжайте скорей домой.
К счастью, запасные ключи лежали у соседей. Сегодня поменять замки уже не удастся. Надо позвонить в банк и предупредить о краже кредитной карточки, на которую мне переводят зарплату. Потом я позвонила отцу и честно сказала, что со мной случилось.
— Бронечка, надо немедленно поменять замки!
— Папа, я знаю! Но где я сейчас их возьму?
— Позвони в какую-нибудь фирму, заплати подороже.
— Пап, у меня сто пятьдесят рублей в доме, остальное украли.
— Хочешь, я привезу тебе деньги?
— Нет, папочка, не надо. Я займу у соседей. Дверь закрою на задвижку, если кто-то полезет, вызову милицию. Не волнуйся.
Почему-то разговор с отцом меня добил. Я разревелась. Как быстро Бог наказал меня за Женю. Конечно, это не трагедия, но неприятность существенная. А хуже всего то, что я оказалась лохушкой, которую так здорово развели два едва ли десятилетних пацана. А что только не пронеслось в голове, пока я выскакивала из машины на помощь сбитому ребенку… Я успела увидеть себя в тюрьме, терзаемую муками совести, услышать горестные вопли матери, потерявшей сына по моей вине… Сумка пропала? Да черт с ней! Придется вытерпеть кучу неприятностей и потратить массу времени на восстановление документов, но по сравнению с тюрьмой и смертью мальчишки это такие пустяки…
Мало-помалу я пришла в себя.. Приняла душ, поела, позвонила Инне Геннадьевне домой предупредить, что завтра не приду до обеда, надо поменять замки.
— Бронечка, — прониклась сочувствием начальница, — я вам сейчас дам телефон замечательного мужчины, вы скажете ему все, он завтра купит замки и врежет, все сделает честь по чести, останетесь довольны.
— Спасибо, Инна Геннадьевна, — растрогалась я.
Вдруг позвонила Полина.
— Мамуля, привет! Знаешь, мы где? Во Флоренции! Тут так клево! Просто супер! Мы с папой решили, что купим тебе здесь подарок. На мосту Понте-Веккьо!
— Поль, я так соскучилась!
— Мам, я тоже! А как Женя?
— Женя… Он уехал.
— Далеко?
— Очень. В Гватемалу.
— Гватемала? Это где?
— В Центральной Америке.
— Ух ты! Здорово! Мам, а он к свадьбе-то вернется?
— Нет. Он уехал на полгода.
— На полгода? — В голосе Польки послышались панические нотки. — Ты с ним поссорилась, да?
— Нет. Просто у него там очень выгодный контракт. Только и всего.
— А ты и рада, да? — Голос уже звучал враждебно.
— Нет, не рада. Но что ж мне, удавиться с горя?
— Я бы на твоем месте удавилась!
— Смотри только не удавись на своем. А Лабрадора я тебе сама куплю. Разумеется, если ты будешь за ним ухаживать.
— Ой, правда? Правда купишь?
— Обещаю. Вот вернешься — и купим.
— Ладно, — смягчилась она.
А я облегченно вздохнула. Несмотря на влюбленность во взрослого мужика, она еще совсем ребенок. И никакая не Лолита. Да и Женя не Гумберт Гумберт, но все-таки в Гватемале он мне нравится больше.
И я решила подумать о чем-нибудь приятном… Может, и вправду стоит познакомить Веньку со Светкой? Чем черт не шутит? А по-звоню-ка я ему.
— Буська, привет! Рад тебя слышать. Как дела?
— Долго рассказывать. А ты где?
— В Питере. Я, Буська, из театра ушел.
— Боже мой, почему?
— Целый ряд обстоятельств. Но думаю, так будет лучше. У меня ведь скоро появится семья. На той неделе лечу в Тель-Авив за Венчиком и Рахилью. Она уже сдала свою квартиру. А я подыскиваю обмен, вернее, хочу купить трехкомнатную. Свою продам, займу и куплю.
— Венька, в моем доме продается трехкомнатная квартира. Вот было бы здорово! Потянешь?
— Буська, завтра же пойди туда… Хотя нет, ты можешь дать мне телефон?
— Я его не знаю.
— Так узнай, черт побери!
— Узнаю и позвоню тебе. Значит, у тебя все хорошо?
— У меня все.., серьезно. Наверное, впервые в жизни. А что у тебя, как Андрей? Я слыхал, ты его реанимировала после Ларкиных подвигов? Молодец, Буська!
— Мы поссорились.
— Милые бранятся. Ну все, целую, у меня телефон разряжается.
Милые бранятся.., легко сказать. Он не звонит. А я не буду. Не хочу просто. Но тут зазвонил телефон. Неужто Андрей?
— Алло!
Молчание.
— Алло, говорите!
Тишина.
— Андрей, это ты?
Хлоп! Трубку повесили. Неужто это он звонит и молчит? Бред. И вдруг я похолодела. Что, если это грабители проверяли, дома ли я?
По спине потек не холодный, а прямо-таки ледяной пот. Но может быть, услыхав мой голос, они не пойдут на ограбление? Необязательно, что они мокрушники… Да, но они могут связать меня, запихнуть в ванную или пытать… Достаточно показывают ужасов по телевизору. За окнами темно, я одна… Что же делать? Звонить в милицию? Но они меня на смех подымут. И некому меня защитить… Конечно, я могу еще позвонить Жене, он улетает только послезавтра. Он примчится, и я буду по гроб жизни ему обязана… Ни за что! А вот Андрей… Он же рвался меня защищать! Вот пусть и защищает. А може