– Я верно понимаю, что от меня в таком случае что-то потребуется? – тяжело выдохнув, поинтересовалась.
– Верно, – на мгновение замявшись, ответил Воин Духа.
– Что? – хрипло спросила я.
В машине повисла тишина. В многоэтажном доме одиноко горело несколько окон, некоторые отливали разными цветами – люди смотрели телевизор, играли в компьютерные игры. Обычная жизнь. Без хождения по грани. Впрочем, о чем это я? Моя прошла реальность казалась мне достаточно яркой, наполненной событиями и впечатлениями, а оказывается – в любой момент все может перевернуться с ног на головы, а ты даже и выдохнуть не успеешь. Еще несколько месяцев назад я и не подозревала, что среди людей снуют суккубы и инкубы, мечтающие завладеть их душами. Что на Нижней границе располагаются сотни миров, в каждом из которых стоит у власти демон, управляя своим миром словно пластилином. Когда-то у меня и в мыслях не было, что оборотни существуют на самом деле, а не только в сказках и фильмах для взрослых. И, тем более, я и подумать не могла, что они могут хорошо разбираться в оружии. В моей прошлой реальности я была уверена, что ведьмы существуют только на косплей-тусовках и представляют из себя исключительно нечто с ярким макияжем, крутыми зачесами и черной помадой. А теперь сама ведьма… Интересно, к этому вообще реально привыкнуть?
– Мне нужна поддержка Дэма. После того, как он вернется… – спустя минуту молчания ответил Марк. – Тебя он может послушать.
Я не удержалась и хмыкнула.
– Ты уверен, что мы сейчас про одного и того же Дэма? – уточнила я. – Просто тот, которого я знаю, вообще никого не слушает и действует только исходя из каких-то личных воззрений на мир. И нет, ты ошибся, меня он не послушает, особенно, в вопросе, связанном с Воинами Духа. И, я думаю, что в этом он абсолютно прав.
– У нас с Дэмом есть кое-что общее, – начал Марк, откидываясь на спинку сидения и прикрывая глаза. Видимо, сейчас будет долгая душещипательная история, – нас обоих не устраивает текущее положение клана. Нам не нравится ни политика Рануила, ни влияние Маргариты. И его, и меня раздражает, что Воины Духа сдают свои позиции по всем фронтам.
– И почему бы вам не объединиться? – поинтересовалась я. Марк бросил на меня недовольный взгляд. Я осеклась: – Больше не перебиваю.
– Несмотря на то, что у нас много общего, – продолжил Воин Духа, – мы с ним… не в ладах. Честнее сказать – не перевариваем друг друга. Прошлые обиды. Но без его поддержки я не смогу стать главой клана, а он сам слишком молод, чтобы занять это место.
– Прости, а сколько тебе лет? – внезапно поинтересовалась я.
– В три раза больше, чем Дэму, – усмехнулся Марк.
Так, а Дэму сколько? Помню, больше ста. А дальше кто ж там считать будет… Ладно, предположим, что Марку триста. Еще один старикашка. Но вот что он хочет от меня? Неужели непонятно, что Дэм не станет меня слушать, а я не буду убежать?
– Боюсь, я не смогла бы тебе помочь, даже будь у меня желание. И мне совершенно не хочется влезать в ваш тугой клубок… Воинов Духа… Мне бы со своим разобраться сперва. Но ведь если ты приложишь усилия, чтобы помочь Дэму, разве это не сможет благоприятно повлиять на ваше дальнейшее сотрудничество?
– Не уверен, – пробормотал Марк. – Но тебя он послушает. Тебе он доверяет.
– Но не меня же на пост главы клана выставлять, – возразила я, – так что его ко мне доверие не играет никакой роли.
– Просто меня он даже слушать не станет, – выдохнул Марк. – Понимаешь… в некотором роде я причастен к смерти его отца.
Домофон протяжным писком пустил в подъезд. Дверь шумно захлопнулась, в нос тут же ударил запах сырости и затхлости. Лифт открылся после нажатия на прожжённую кнопку. «Леля любит Петю» черным маркером, чуть ниже «Петя – мудак» тем же почерком красным цветом, а сбоку «Леля – шлюха» крупными угловатыми буквами. Век человеческой любви измеряется в сроке выцветания маркера. Чувство ослепляет, заставляет витать на крыльях эмоций, но реальность сжигает, донося простую истину: Леля не любит Петю, да и вообще он мудак, а она – шлюха.
К квартире я шла неохотно, хорошо понимая, что за дверью ждет разъяренный Ванька, испуганная Лерия и недовольный Бегемот. Помимо этого, сроки, данные Дарсаном, истекали всего часов через двадцать. А решения все было.
– Пришла? – холодно уточнил Ванька, как только я переступила порог квартиры. – И где тебя… носило?
– Я была у Воинов Духа, – ответила я, – но по пути встретилась с Дарсаном, а потом заблудилась в лесу. Потом меня нашел волк, а его хозяйка, тоже кстати, Воин Духа, заставила торчать на улице, и я чуть не околела. Буквально. Обратно меня отвез Марк, тоже Воин Духа, рассказал свою душещипательную историю и попросил о помощи, которую я не смогу оказать.
Хотела сказать кратко, но слова лились сами, складываясь в сумбурные предложения. Я в подробностях рассказала замершему на пороге Ваньке и выглядывающей из комнаты Лерии детали диалогов с Дарсаном, Маргаритой и Рануилом, Жанной и Марком. Стояла на входе и вещала, даже не разувшись. Мне казалось важным сказать всю правду.
– Во дела, – после протянул Ванька. – Ты голодная?
Я кивнула.
– Тебе как раз нефилим приготовила поесть, – почему-то ехидно ответил Ванька, кивая в сторону кухни.
Белобрысая голова Лерии тут же скрылась внутри. Я прошла внутрь. Пол был устлан тонким слоем муки, сверху которой прослеживались следы кошачьих лап и босых ног. На плите стоял противень с какими-то коричневатыми кругляшиками, посыпанными сахарной пудрой. В раковине возвышалась гора посуды. Идеальный холостятский порядок Дэма разрушила одна нефилимка, просто пытаясь что-то приготовить. Как это все оттирать…
– Вкусно хоть получилось? – спросила я.
– Нет, – категорично ответил Ванька, вошедший следом.
– Это не моя вина! – Лерия надула губки, – кто знал, что когда печенье будет пропекаться, войдет эта ваша ведьма! Я все пятки отморозила, пока в подъезде стояла! А ты мог бы и выключить духовку.
– Ты хочешь сказать, что если бы я вовремя выключил духовку, то печенье было бы не таким пересоленным? Да и майонез, знаешь ли, в десерт у нас не принято добавлять. Поверх сгущенки.
Лерия обиженно насупилась, присаживаясь на табурет и выжидающе посматривая на меня. Тяжело вздохнув, я взяла одну печеньку, самую маленькую, с противня. Откусив, я поняла, что в принципе, есть можно. Если не притрагивался к еде несколько недель. И не можешь даже кору с деревьев погрызть или землю.
– Нуу… – выдохнула я, откладывая съестное, – готовка - дело наживное.
– А отец?.. – запнувшись, начала Лерия, – он долго в теле того водилы продержался?
– Я рядом была от силы минут пять, наверное. Не подумала, что стоит достать секундомер, – усмехнулась.
– Плохо дело, – пробормотала Лерия.
– Да что ты?! – едко уточнил Ванька.
– Да хватит ее цеплять, – возмутилась я. – Она то в чем виновата?! В том, что родилась не в той семье?!
Ваня пристально уставился на мои руки. Я проследила за его взглядом – с моих пальцев вновь ссыпались крохотные искорки. Приземляясь на пол, они с шипением тухли. В тех местах, где лежали островки муки, появлялись черные пятна.
– И давно это у тебя? – подозрительно спокойно поинтересовался он. Упс, а про внезапно разбушевавшуюся магию я рассказать забыла…
– Относительно недавно, – ответила я, – как раз с приходом Дарсана проявилась.
– Интересно, – протянула Лерия, разглядывая мои руки. – Получается, прошло несколько месяцев с того момента, как ты стала ведьмой?
– Да.
– Интересно, – повторила Лерия, как говорящий китайский болванчик.
– Даа… – вторил ей Ванька.
У меня вновь сложилось такое ощущение, что лишь я одна тут чего-то не понимаю. Пожалуй, это одно из самых раздражающих чувств – когда все вокруг прекрасно знают, о чем ведется беседа, а ты стоишь как полный кретин, и пытаешься сложить два и два, не понимая, причем тут восемь, которой все восторгаются.
– Может, поясните? – недовольно произнесла я.
– Ну, отмечу сразу, магия у тебя не самая сильная, – начала Лерия, – но зато редкая.
– Ведьмы стихийницы, как правило, открывают в себе силу после взаимодействия с элементом их стихии. Была бы ты водницей, то искры пошли бы, когда ты принимала ванную. Ведьмой земли, если бы упала в какую-нибудь расщелину…
– Да-да, это я знаю. Как и то, что потенциал ведьм стихийниц раза в три больше, чем у обычных ведьм. Но чем лично я отличаюсь от этих самых обычных?
– Ну, похоже, ты эмпат, – тихо произнесла Лерия. – Собственно говоря, именно поэтому эмоционально нестабильна в последнее время. Иван рассказывал…
– Ах, Иван рассказывал, – раздраженно протянула я. – Не, ну если Иван рассказывал… Быстро же вы спелись.
– Алин, ты чего? – пораженно прошептал Ванька.
Я замерла, прислушиваясь к себе. Внутри бушевали эмоций, терзали мое сознание, подвывали раненными зверями. Это мучило меня, выливаясь в раздражение. Да, именно это я испытывала в последнее время. Но списывала лишь на то, что мой организм перестраивается, меняется. А теперь вдруг узнается, что я какой-то странный эмпат… И что это за зверь такой?
– Простите, – выдохнула я. – Я и правда сама не своя. И об эмпатах я ничего не знаю. То есть догадываюсь, что это как-то связано с пониманием чужих эмоций, сопереживанием и далее по списку, но как это связано с моей силой – не улавливаю.
– Тут тебе Альвина лучше объяснит, наверное, – пробормотал Ванька. – Но зато теперь все встает на свои места. И твои срывы, и скачки настроения.
– И что, мне теперь всегда истеричкой ходить? – подозрительно спокойно поинтересовалась я.
– Ну-у, – протянул Ванька, – скорее всего с этим можно как-то бороться. Просто считай, что ты как неокрепшее яичко.
– Я еще и яичко! Ну просто прекрасно, – хмыкнула я. – Ладно, это все потом. На повестке дня, точнее уже нескольких месяцев, другой вопрос. Как вызволять Дэма?
На кухне повисла тишина. Ванька посмотрел на Лерию, Лерия – на меня, я, чтобы не прерывать эстафету – на Ваньку. Ни у кого из нас не было никаких идей. Молчание затянулось. Было слышно, как за окном у машины сработала сигнализация. Бегемот, внезапно почтивший нас своим приходом, протяжно мяукнул и запрыгнул мне на ноги. На джинсах тут же проявились белые следы муки.