Тем временем за границей растет уверенность, что открытие нового мира, напротив, не является внутренним делом Америки и всем нациям надлежит сообща заниматься разрешением этой ситуации.
По неподтвержденной информации, сегодня в Уиллоу-бенд со специальной миссией прибывает представитель ООН. Франция, Британия, Боливия, Мексика и Индия уже попросили Вашингтон разрешить присутствовать на месте событий своим представителям. Не подлежит сомнению, что их примеру вскоре последуют другие страны.
Сегодня вечером весь мир замер в ожидании известий из Уиллоу-бенда…»
Тейн щелкнул выключателем.
– Послушать их, – сказал Бизли, – так скоро у нас в городе проходу не будет от иностранцев.
Именно так, подумал Тейн, только не совсем тех иностранцев, о которых говорит Бизли. Вероятно, само понятие «иностранец» скоро будет пересмотрено. Никто из жителей Земли больше не может считаться чужаком, если за соседней дверью – в самом буквальном смысле слова – человечество ждет встреча с представителями иного мира. Например, с обитателями того каменного дома.
И не одного мира. Ему уже удалось обнаружить проход в следующий мир, а кто знает, сколько таких проходов и для чего они предназначены?
Кто-то изобрел способ перемещения между мирами, который не предполагает многолетних одиноких странствий в открытом космосе. И раз уж дверь открыта, можно ли удержаться и не шагнуть в другую комнату?
Одно не укладывалось у Тейна в голове: как удается планетам, каждая их которых вращается по собственной орбите, оставаться связанными между собой? Разве можно создать прочную связь между двумя объектами, которые движутся независимо друг от друга?
Еще несколько дней назад он и думать не думал о подобных вещах. И тем не менее произошло невероятное. Так что мешает еще более невероятным событиям случаться впредь?
Раздался дверной звонок. Пришел Эрни, торговец бензином.
– Генри сказал, что вам нужен бензин, но я не сумею подвести шланг раньше завтрашнего утра.
– Уже не нужно, спасибо, – сказал Тейн и захлопнул дверь.
Прислонившись к двери спиной, он подумал: когда-нибудь мне придется ее открыть. Нельзя спрятаться от мира. Рано или поздно ему и остальному человечеству не миновать переговоров.
Тейн владел тем, в чем нуждались все жители Земли или думали, что нуждаются, – однако ответственность лежала на нем. Дом принадлежит мне, с внезапной злостью подумал он. И новый мир – всего лишь продолжение моего двора. Неважно, насколько он велик, это мой двор!
Бизли на кухне не было, и Тейн вышел в гостиную. Таузер мирно сопел в парчовом кресле.
Тейн решил не сгонять его – пес заслужил право спать там, где ему заблагорассудится.
Мимо кресла он прошел к окну и посмотрел на пустыню, которая простиралась до самого горизонта. Под окном сидели Бизли и сурок размером с человека, и оба тоже смотрели на пустыню.
Почему-то его это не удивило – похоже, этим двоим было о чем помолчать вместе.
Хорошее начало: человек и существо с другой планеты мирно сидели рядом.
Тейн попытался представить, к чему может привести присоединение Земли к цепочке других миров, и от открывающихся возможностей закружилась голова. Интересно, чем обернется для землян контакт с другими мирами?
А ведь контакт уже произошел, причем совершенно буднично; он и не заметил, как стал свидетелем события, которое перевернет мировую историю. Бизли и существо с другой планеты сидели рядом. Если так пойдет и дальше, человечеству нечего опасаться.
А ведь в этом и заключался их план! Приведенный в жизнь с ловкостью и сноровкой, которые дает многовековая практика. Маленькие, похожие на крыс существа преодолели космос – бог знает, сколько световых лет пришлось им лететь – на корабле, который они зарыли в лесу, как дети зарывают в песок игрушку. Затем пришли в дом Тейна и установили оборудование, которое превратило его в туннель между мирами. И с этой минуты необходимость в дальних странствиях отпала. Единожды проложенный путь не нуждался в обновлении.
Сделав свою работу, они покинули Землю, но не раньше, чем убедились, что туннель способен противостоять любым внешним воздействиям. Они проложили дом изнутри диковинным материалом, против которого бессилен топор – и, вероятно, не только топор. Затем организованной колонной проследовали к холму, где восемь космических кораблей покоятся в каменных колыбелях. А теперь их осталось семь, а существа, похожие на крыс, находятся на пути к другим мирам и другим дверям, которые еще предстоит открыть, установив связь между мирами.
Причем не только между мирами, но и между их обитателями.
Маленькие крысоподобные создания открывали и исследовали новые миры; у существа, похожего на сурка, сидевшего за окном рядом с Бизли, было свое предназначение. Когда-нибудь и земляне обретут свою миссию.
Тейн отошел от окна и осмотрелся. Несмотря на то что происходило снаружи, его комната, которую он помнил с самого детства, ничуть не изменилась. Вот она, истинная реальность, и другой он не знал. Что бы ни случилось, это навсегда останется с ним: и камин, почерневший от многих зим, и книжные полки с потрепанными корешками, и кресло, и потертый ковер, который еще помнил тех, кто ушел, но навсегда остался в его сердце.
Сегодня затишье перед бурей.
Пройдет совсем немного времени, и этот ковер будут топтать ученые, люди из правительства, военные, представители иностранных держав и чиновники ООН.
И у него нет сил, чтобы остановить их. Что бы бы ни воображал о себе Тейн, в одиночку человек не сможет противостоять целому миру. Спустя почти столетие его дом круто изменил свою судьбу.
Тейн смотрел на камин и книжные полки и чувствовал, как старые бледные призраки медленно проплывают по комнате. Он поднял руку, чтобы послать им, как и самим комнатам, последний привет, однако неожиданно опустил ее, вышел из дома и уселся на крыльцо.
Услышав его шаги, Бизли обернулся.
– Отличный парень, – сказал он, похлопав сурка по плечу. – По характеру что твой плюшевый мишка.
– Я вижу, – кивнул Тейн.
– А главное, я могу с ним разговаривать.
– Знаю, – ответил Тейн, вспомнив, что Бизли утверждал, что разговаривает с Таузером.
Хорошо, должно быть, обитать в бесхитростном мире, в котором живет Бизли, подумал Тейн. Временами он сам бы не отказался там пожить.
Существа с крысиными мордочками прибыли на Землю на космическом корабле, – но почему они выбрали Уиллоу-бенд, почему выбрали его дом? Ответ напрашивался сам собой: только здесь они могли быстро и без хлопот построить туннель из подручных материалов. Нет сомнений, что они использовали детали вычислительной машины Генри, а стало быть, Генри тоже имеет к этому отношение.
Но как они узнали, что именно на этой неделе и именно в его доме обретут желаемое? Неужели, помимо высоких технологий, пришельцы обладали даром предвидения?
– Кто-то приближается, – сказал Бизли.
– Я ничего не вижу.
– Я тоже, но Сурок сказал, что видит их.
– Сказал?
– Я же объяснял тебе, мы разговариваем… А вот и они.
Теперь и Тейн их заметил.
Они были далеко, но быстро приближались – три черные точки посреди пустыни.
Тейн сидел на крыльце и думал, не сбегать ли за ружьем, однако так и не сдвинулся с места. Ружье тут вряд ли пригодится. Бесполезно, к тому же это в корне неверный подход. Лучшее, что может сделать землянин, – это встретить посланцев других миров с пустыми руками и чистым сердцем.
Когда чужаки приблизились, Тейн заметил, что они сидят словно в невидимых креслах, которые быстро передвигаются по воздуху.
Гуманоиды; по крайней мере отчасти. Трое.
Они приблизились и резко затормозили футах в ста от крыльца.
По размеру меньше, чем люди, черные, как вороново крыло, пришельцы носили плотно облегающие брюки и жилеты, которые странным образом слегка топорщились. И брюки, и жилеты были цвета голубого апрельского неба.
Но это было еще не самое удивительное.
Пришельцы восседали в седлах со стременами, сзади к седлам были приторочены какие-то одеяла, однако самое удивительное: у них не было лошадей!
Седла парили в воздухе, стремена болтались футах в трех от земли, пришельцы смотрели на Тейна во все глаза, а он смотрел на них.
Наконец Тейн решился, встал и шагнул к ним. В то же мгновение они спешились, а седла так и остались висеть в воздухе.
– Они рады тебя приветствовать, – сказал Бизли.
– Отлично, скажи им… Постой, откуда ты знаешь?
– Сурок сказал мне, а я передал тебе. Теперь ты скажи, я передам Сурку, а он передаст им. Так у них принято. Сурок здесь для этого.
– Значит, ты и вправду с ним разговариваешь?
– Сколько можно повторять? – возмутился Бизли. – Я всегда разговаривал с Таузером, но ты считал меня чокнутым.
– Телепатия! – воскликнул Тейн. Выходит, существа с крысиными мордочками знали про Бизли?
– О чем это ты сейчас подумал, Хайрам?
– Неважно. Попроси своего друга передать им, что я рад их видеть. И пусть спросит, чем я помогу им помочь.
Тейн мялся на месте, разглядывая пришельцев. Многочисленные карманы на их жилетах были туго набиты, вероятно, инопланетным табаком, носовыми платками и перочинными ножиками.
– Они говорят, – произнес Бизли, – что хотят меняться.
– Меняться?
– Ну да. Что у тебя есть на продажу?
Бизли хихикнул.
– Собрались учить тебя мухлевать! Генри говорит, ты любого обдерешь как липку.
– При чем тут Генри? – возмутился Тейн. – Нигде нет от него проходу!
Он уселся на землю, а три пришельца уселись напротив.
– Спроси их, чем они хотят обменяться.
– Идеями, – ответил Бизли.
– Идеями? Что за странная мысль…
А что тут странного, внезапно подумал он. Из всех товаров, которыми могли бы обмениваться представители разных миров, идеи были самым ходовым и удобным в транспортировке! Идеи не требуют грузовых трюмов и едва ли способны, по крайней мере поначалу, подорвать экономику. К тому же с точки зрения культурного обмена идеи куда лучше товаров!