Оба полицейских прыгнули в свою патрульную машину и помчались за ней, оставив меня выпутываться из кустов самостоятельно.
В общем, я кое-как вылез, присел на крылечко и стал думать. Чинить штакетник, пожалуй, не имело смысла, проще было пустить то, что от него осталось, на растопку. О Бетси я тоже думал, хотя за нее не особенно беспокоился. Я знал, она нигде не пропадет.
И на этот счет не ошибся. Через некоторое время полицейские вернулись. Припарковались у дома, вылезли и пошли ко мне.
– Где Бетси? – спросил я.
– Какая Бетси?
– Машина моя!
Слэйд выругался.
– Удрала. Сто миль в час, без фар! Точно во что-нибудь врежется.
Я помотал головой.
– Не. Только не Бетси. Она тут все окрестные дороги знает.
Слэйд явно решил, что я над ним издеваюсь. Снова сгреб меня за воротник и рывком поднял на ноги.
– А тебе придется многое нам объяснить. – Он толкнул меня в сторону второго копа, и тот меня подхватил. – Сажай его назад, Эрни, и поехали.
Эрни был совсем не такой злобный, как Слэйд.
– Идемте, папаша, – сказал он мне.
Усадив меня в машину, оба перестали со мной разговаривать. Эрни ехал со мной на заднем сиденье, Слэйд сидел за рулем. Я почти сразу задремал. А когда проснулся, мы уже въезжали на парковку перед казармами полиции штата. Я хотел пойти сам, но они взяли меня под обе руки и практически потащили.
Привели они меня в какой-то кабинет, в котором стоял письменный стол, несколько стульев и скамья. За столом сидел какой-то тип.
– Что у вас тут? – спрашивает.
– Да без понятия! – отвечает ему Слэйд, а сам весь аж красный. – Вы не поверите, капитан!
Эрни подвел меня к стулу и усадил.
– Сейчас принесу вам кофе, папаша. Надо с вами поговорить. А для этого вам надо бы протрезветь.
Я подумал, что это очень любезно с его стороны.
Я выпил много кофе и стал видеть гораздо лучше. Теперь вещи вокруг стояли на своих местах, а не плыли кругами. Зато то, что совсем недавно казалось нормальным, теперь вдруг сделалось очень странным. Например, что Бетси поехала домой сама.
Капитан долго расспрашивал меня, кто я такой, сколько мне лет, где живу и все такое прочее, пока наконец не перешел к тому, что их действительно интересовало.
Я ничего утаивать не стал. Изложил все как есть в подробностях – и про самолеты, и про скунсов моих, и про разговор с полковником, и про псов, и про скунса, который мурчал, и про то, как Бетси на меня рассердилась и поехала домой сама.
– А вы, часом, не механик, мистер Бэйлис? – спросил капитан. – Говорите, вы поденный рабочий и беретесь за все подряд. Так, может, вы и в технике разбираетесь? Может, колдовали над своей машиной в свободное время?
На это я ответил со всей искренностью:
– Капитан, я даже не знаю, за какой конец положено держать разводной ключ.
– То есть над Бетси вы никак не работали?
– Я содержал ее в порядке. Больше ничего.
– И никто другой над ней не работал?
– Еще бы я кого к ней подпустил!
– Значит, вы не можете объяснить, как она вдруг поехала сама?
– Нет, сэр. Бетси очень умная машина…
– Вы уверены, что не вы ею управляли?
– Уверен. Я прилег отдохнуть, а Бетси повезла меня домой.
Капитан в ярости отбросил карандаш и встал.
– Все, я умываю руки. – Он повернулся к Слэйду. – Пойду сделаю еще кофе. А вы тут разбирайтесь.
– Было ведь еще кое-что, – сказал Эрни, когда капитан вышел. – Скунс.
– А что скунс?
– Скунсы не виляют хвостом. И не мурчат.
– Этот и вилял, и мурчал, – едко заметил Слэйд. – Особенный какой-то скунс. Не скунс, а чудо природы. И он не имеет к делу никакого отношения. Он просто катался за компанию.
– Ребятки, а у вас выпить нечего? – спросил я, как-то совсем уж приуныв.
– Есть, – ответил Эрни.
Он пошел к ящику в углу и вынул бутылку.
Я посмотрел в окно. Небо на востоке начинало светлеть.
Тут зазвонил телефон. Трубку взял Слэйд, а Эрни поманил меня к себе, вручил бутылку и попросил:
– Вы только полегче, папаша. Не стоит вам сейчас напиваться.
Я внял его совету и выпил всего один стаканчик. Или полтора.
И тут Слэйд как заорет:
– Эй!
– Что такое? – спрашивает его Эрни.
А сам бутылку у меня забирает – не то чтобы силой, но почти.
– Там фермер нашел машину. Она выстрелила в его собаку.
– В к-каком смысле, выстрелила? – запинаясь, переспросил Эрни.
– Ну, так он сказал. Он пошел на поле загнать коров пораньше. Собирался на рыбалку, хотел поскорее закончить все дела. По пути на грунтовке наткнулся на машину, думал, брошенная.
– И как она выстрелила?
– Сейчас узнаешь. Собака принялась лаять и кидаться, а машина в нее чем-то пальнула. Вроде как большой искрой. Собака упала, потом вскочила и побежала назад, а машина выстрелила еще раз, в ляжку попала. Фермер говорит, у пса ожоги.
Поднявшись, Слэйд пошел к двери и скомандовал:
– За мной, вы оба.
– Вы можете нам там пригодиться, папаша, – пояснил мне Эрни.
Мы снова набились в патрульную машину и поехали.
– Где эта ферма? – спросил Эрни.
– К западу от базы, – ответил Слэйд.
Фермер ждал нас у ворот скотного двора. Завидев Слэйда, он вскочил и отчитался:
– Она еще там. Я следил. Она не выезжала.
– Другим путем улизнуть не могла?
– Нет. Вокруг поля и леса. А дорожка эта тупиком заканчивается.
Слэйд хмыкнул, удовлетворенный ответом, развернул патрульную машину и поставил поперек грунтовки, полностью ее перегородив.
– Дальше пешком пойдем, – объявил он нам.
– Она прямо за поворотом, – сказал фермер.
Мы дошли до поворота, и там стояла Бетси собственной персоной.
– Моя машина!..
– Давайте-ка чуть пошире разойдемся, – скомандовал Слэйд. – Вдруг стрелять начнет.
А сам уже портупею расстегивает. Я ему говорю:
– Вы в мою машину палить не смейте.
Но он и ухом не повел.
Мы вчетвером разошлись чуть пошире и стали осторожно приближаться к Бетси. Странно, как будто она нам враг и мы пытаемся ее окружить. Меж тем на вид она была все та же – очень умная и верная старенькая колымага. И я шел и думал о том, как она исправно доставляла меня до места и всегда возвращала назад.
А потом она вдруг бросилась в атаку. Причем ехала ведь на нас задним ходом, но это, ей, похоже, совсем не мешало. Она чуть подпрыгнула, начала разгоняться и вот уже мчалась во весь опор. Слэйд выхватил револьвер.
Тогда я выскочил на середину дорожки и замахал руками. Не нравился мне этот Слэйд. Я испугался, что он, не ровен час, превратит Бетси в решето.
А Бетси все набирала скорость. Просто удивительно, на какую прыть оказалась способна старенькая развалюха.
– Уйдите, болван! – закричал мне Эрни. – Она же вас переедет!
Я вроде как отскочил в сторону, но без особого рвения. Уж если дошло до того, что моя Бетси решила меня задавить, тогда и жить мне незачем. Так я подумал.
Споткнувшись обо что-то, я упал плашмя, но еще в падении увидел, что Бетси отрывается от земли, будто собираясь через меня перепрыгнуть. И сразу понял, что мне ничего не грозит. У моей старушки в мыслях не было давить меня. Она взмыла ввысь, а колеса ее продолжали вращаться, словно она въезжала на длинную и крутую невидимую горку.
Я перевернулся и сел, глядя на нее во все глаза. Летела она очень красиво. Прямо как самолет. Меня аж гордость пробрала.
Слэйд тоже таращился в небо, разинув рот и опустив свою пушку. Даже не попытался выстрелить. Наверное, вообще про нее забыл.
Бетси плыла над деревьями, сверкая на солнце начищенными боками, – я ведь отполировал ее не дале как на той неделе, – и я смотрел на нее и думал, как же все-таки здорово, что она у меня научилась летать.
И тут я увидел самолет.
Я хотел закричать, предупредить Бетси, но во рту у меня все пересохло, как от полоскания с квасцами, и я не смог издать ни звука. Прошло, наверное, не больше секунды, хотя мне показалось, что самолет и Бетси висят в воздухе целую вечность. А потом они столкнулись.
С неба посыпались обломки. Самолет, оставляя за собой след черного дыма, стал быстро терять высоту и рухнул на кукурузное поле слева от нас.
А я сидел, как куль, на грунтовой дороге, глядел на сыплющиеся с неба куски моей Бетси, и было мне очень плохо. Жуткое зрелище.
Обломки со стуком попадали на землю – все, кроме одного. Один словно парил в воздухе. Я изумленно следил за его движением. Это было крыло, и оно медленно скользило по воздуху, то в одну сторону, то в другую, постепенно снижаясь. Как будто ему тоже хотелось упасть, но что-то его удерживало.
Наконец оно мягко опустилось на землю у опушки леса, чуть покачалось и завалилось набок. И в этот миг из него кто-то выкатился. Кто-то маленький вскочил, отряхнулся и потрусил прямиком в лес. Это был мой странный скунс!
Все вокруг уже, конечно, забегали. Эрни побежал в дом фермера звонить на военную базу, а фермер и Слэйд побежали на поле, где упавший самолет пропахал в кукурузе такую борозду, что хватило бы места амбар поставить.
Я встал на ноги и направился туда, куда сыпались обломки. Отыскал фару, в которой даже стекло не разбилось, погнутое и перекрученное колесо, решетку радиатора… Я понимал, что собирать их не имеет смысла. Бетси уже не вернешь. Стоял там, держа в руке решетку, и вспоминал наши с Бетси старые добрые времена – как она возила меня в кабак и терпеливо дожидалась моего возвращения, как мы с ней ездили на рыбалку, прихватив с собой обед, а по осени забирались подальше на север охотиться на оленей.
Тем временем с поля показались Слэйд и фермер, ведя под руки пилота. Пилот на них почти висел, и глаза у него были стеклянные, и он все время что-то бормотал. Довели бедолагу до грунтовки, отпустили, и он тут же тяжело опустился прямо на землю.
– Это с каких это пор у нас выпускают летающие машины? – проговорил пилот.
Никто ему не ответил. Вместо этого Слэйд заорал на меня: