Джексон вздохнул.
– Да, наверное, вы правы. Ничего случиться просто не может. Ни единого шанса. Ни единого.
– Вот и прекрасно. – Декер вынул себя из кресла, встал и потянулся. – Пойду займусь делом. Контрольная проверка и все такое.
– Я еще немножко посижу тут, – сказал Джексон. – Мне нравится наблюдать. Все для меня внове.
– Привыкнете, – утешил Декер. – Каких-нибудь двадцать лет, и привыкнете.
У себя в кабинете Декер вынул из стола толстую пачку рапортов предварительной разведки и принялся внимательно их просматривать, фиксируя в памяти основные параметры раскинувшегося снаружи мира. Он работал неторопливо и методично, слюнявя палец и сдвигая вправо очередной изученный лист.
Атмосферное давление чуть выше, чем на Земле. Процент кислорода тоже чуть выше…
Сила тяжести. Чуть больше земной.
Температура среды. Жарко. В мирах с таким количеством растительности всегда так. Будем надеяться, что там, снаружи, ветерок. Тогда жить можно.
Суточный цикл. Тридцать шесть часов.
Радиация. Ничего особенного, все в норме, однако от звезды идет какое-то интересное излучение.
Он сделал мысленную пометку: обратить внимание.
Бактериологическая и вирусная обстановка – разнообразная, хотя вряд ли опасная, учитывая, что каждый член команды залит вакцинами и биопротекторами аж по самые брови. Впрочем, подумал Декер, гарантий не бывает. Стопроцентных – не бывает никогда. Он недавно сказал Джексону: никакого, даже случайного, риска. А ведь вот он, заложенный изначально риск, и его никак не устранить. Одна неучтенная букашка – и останется только молиться.
Высшие формы жизни присутствуют, о чем ясно говорит повышенный психофон; растительность и даже почва кишит разного рода биологической пакостью. Более чем вероятно, пакостью агрессивной. Впрочем, для изыскательских отрядов это дело привычное, рутина. Надо выходить из корабля, даже если там вообще нет признаков жизни: просто убедиться, что их нет.
В дверь постучали, и Декер отвлекся от бумаг.
Пришел капитан Карр, командир штурмового подразделения Легиона, и четким отработанным движением отдал честь. Декер не стал подниматься из-за стола. Его ответный салют был намеренно расхлябанным. Нельзя, напомнил он себе, позволить этому парню создать даже иллюзию равенства: никакого равенства на самом деле нет в помине. Офицеру Легиона далеко до начальника изыскательского отряда.
– Докладываю, сэр. Мы готовы к высадке.
– Отлично, капитан. Отлично.
Ну что поделаешь с этим дураком? Еще бы Легион не был готов! Он и должен быть готов, доклад – всего лишь дань традиции. Так зачем, спрашивается, следовать глупым пустым формальностям?
Декер полагал, что дело в природе людей, подобных Карру. Легион, с древними традициями воинской службы, со своими представлениями о долге и чести, привлекал именно таких людей. Самое место для любителей жесткой дисциплины и муштры.
Оловянные солдатики, зато какие дисциплинированные! Самые несгибаемые бойцы галактики. Обученные к действию в экстремальных условиях, привитые против всех мыслимых болезней, знающие неземную психологию, с огромным потенциалом выживания, испытанные в самых крутых мясорубках.
– Позже, капитан. Роботы еще не закончили.
– Слушаюсь, сэр. Ожидаем приказа, сэр.
– Благодарю, капитан. – Декер ясно дал понять, что разговор окончен. Однако когда Карр развернулся к двери, он снова его окликнул.
– Да, сэр?
– Мне любопытно, – сказал Декер. – Просто любопытно, понимаете? Можете ли вы вообразить обстоятельства, при которых Легион не справится с поставленной задачей?
Наблюдать за Карром в тот момент было упоительно. Чистый восторг.
– Боюсь, сэр, я не понял вопрос.
Декер вздохнул:
– Я и не надеялся.
К сумеркам роботы наконец запустили часть техники, достаточную для организации малого периметра защиты.
Огнемет выжег вокруг корабля круг в две сотни шагов диаметром. Потом по выжженному участку прошелся генератор жесткого излучения, уничтожая на поверхности и в почве все живое. Кое-где земля прямо вскипала: погибающие живые существа пытались оказать краткое, яростное и бесполезное сопротивление и скрыться от настигающей их смерти.
Роботы установили гигантские прожекторы, и теперь вершину холма заливал слепящий белый свет.
Впрочем, люди по-прежнему не высовывали из корабля и носа.
В кают-компании робот-стюард накрыл стол; собравшиеся члены отряда любовались происходящим снаружи.
Весь отряд – кроме легионеров, которые остались у себя в казармах, – уже был в сборе, когда вошел Декер.
– Добрый вечер, джентльмены.
Он шагнул к своему месту во главе стола и сел. Заскрипели стулья: рассаживались члены отряда.
Декер сцепил руки, наклонил голову, и его губы раскрылись для традиционной молитвы. В последний момент он запнулся и произнес совсем не те слова, которые механически произносил тысячи раз прежде.
– Отец Небесный, нас, слуг Твоих, привела в этот незнакомый мир гордыня. Научи нас смирению, даруй знание, пока еще не поздно: ведь все собравшиеся здесь, невзирая на расстояния и мощь человеческой цивилизации, – по-прежнему дети Твои пред очами Твоими. Исполни мольбу нашу и благослови преломляемый нами хлеб; храни нас – отныне, и присно, и во веки веков. Аминь.
Он поднял голову и оглядел стол. Некоторые, как он видел, были напуганы. Другие посмеивались.
Они гадают, не слетел ли я с катушек, подумал Декер. Мол, вот и Старик рехнулся. Может, и так. Хотя до сегодняшнего дня со мной точно все было в порядке. До разговора с юным Дагом Джексоном.
– Отличные слова, парни, – сказал старый Макдональд, стармех. – Спасибо за них, сэр. Некоторым из нас не мешало бы прислушаться.
Позвякивало столовое серебро, звенел фарфор, вдоль стола передавали блюда и тарелки. Привычные, уютные звуки.
– А мир-то интересный, – сказал Уолдрон, антрополог. – Мы с Диксоном перед закатом успели провести наблюдение. У реки что-то копошилось. Какая-то живность.
Декер хмыкнул и положил себе на тарелку картофель фри.
– А что интересного?
– Существо, которого мы с Диксоном видели, – пояснил Уолдрон, – вполне гуманоидное по виду.
Декер воззрился на биолога:
– Точно?
Диксон покачал головой:
– Видимость была неважная, поэтому полной уверенности нет. Мне показалось, их там двое или трое. Такие… как из палочек.
Уолдрон закивал:
– Как на детских рисунках. Палка-палка-огуречик… Угловатые, тощие, неловкие.
– Да нет, движутся вполне шустро, – возразил Диксон. – В движении чем-то кошек напоминают.
– Вскоре все узнаем наверняка, – мягко пообещал им Декер. – Через день-другой. И наберем образцов.
Как все-таки забавно, подумал он. Почти в каждой экспедиции кто-нибудь заявляет, что видел гуманоидов. Обычно за этим нет вообще ничего, богатое воображение. Впрочем, что тут странного? Оторванные от человечества исследователи во все эпохи мечтали обнаружить жизненные формы, хоть немного похожие на нас.
Однако попадись нам и впрямь гуманоид, он будет столь омерзительно чуждым, что рядом с ним даже осьминог покажется человекообразным и вообще братом по разуму.
В беседу тем временем вступил Фрэни, главный геолог:
– Горы к западу от нас… Помните, видели во время приземления? Хорошо бы посмотреть поближе. Молодой горный массив – интересный объект для изучения. Еще без следов сглаживания. Проще работать.
Декер кивнул.
– Значит, первый маршрут пойдет в том направлении.
По ту сторону иллюминаторов в слепящем свете прожекторов работа не останавливалась даже ночью. На корпусах суетящихся роботов играли блики. С грохотом проезжали тяжелые машины, те, что помельче, сновали взад-вперед, как перепуганные букашки. К югу посверкивали вспышки огнеметов.
– Готовят взлетно-посадочную полосу, – пояснил Декер. – Там выступает язык джунглей, надо сгладить. Под ноль, как полированный пол. Скоро закончат.
Стюарды подали кофе с коньяком и хорошие сигары. Декер и его подчиненные откинулись на спинки стульев, расслабились и смотрели через иллюминаторы, как снаружи корабля кипит работа.
Фрэни неспешно раскурил сигару.
– Ненавижу ожидание.
Декер пожал плечами:
– Это тоже часть работы.
И плеснул себе в кофе еще коньяка.
К рассвету полный монтаж техники завершился. Нужные для обороны машины выдвигалась на установленные позиции; остальные ждали своей очереди в моторном отсеке. Огнеметы увеличили площадь поражения; излучатели не отставали. К югу уже достроили аэродром, и на нем застыли ровные ряды джетов.
Освободившиеся от заданий роботы образовали ровный квадрат, вставая почти вплотную друг к другу, чтобы занимать как можно меньше места. Так они будут стоять до тех пор, пока не понадобятся: полный парк роботов, бесценный ресурс рабочей силы.
Наконец опустили трап, и на планету ступили легионеры. Броня гремела и отблескивала; люди шагали по двое в ряд с такой безупречной точностью, что впору позавидовать бездушным механизмам. Ни знамен, ни барабанов – здесь они бесполезны, а Легион, невзирая на шум и блеск, – организация до ужаса эффективная.
Колонна спускалась и выстраивалась повзводно. Теперь все было правильно: механизмы, роботы и легионеры образовали неодолимый рубеж, с которого, собственно, и начинаются все миссии Земли в чужие миры.
Роботы сноровисто собрали легкий павильон – яркий полосатый навес колыхался под дуновением местного ветерка, – суетливо расставили в тени столики и стулья, притащили холодильник с пивом и запасами льда.
Наконец здесь стало достаточно удобно и безопасно и изыскатели могли покинуть надежный кров корабля.
Организация, напомнил себе Декер. Эффективная организация сводит риск к нулю. Заткни любую лазейку, прежде чем она успеет стать лазейкой. Сокруши всякое сопротивление, прежде чем о сопротивлении вообще возникнет мысль. Держи под полным контролем каждую точку планеты, а если требуется, отступи под защиту периметра и действуй оттуда.