Глава 16
Лео и Дуки прислонились к двери, прижав уши к шершавой деревянной поверхности, и напряженно вслушивались.
- Все еще ничего не слышно, - сказал Дуки. - Все тихо, как в морге. Если они там, то не разговаривают и не двигаются.
Мистер Уоткинс кивнул.
- Хотелось бы знать наверняка, прежде чем выбивать дверь. Я не сказал вам, ребята, но раньше, когда вы проверяли окна, я мог бы поклясться, что кто-то наблюдал за нами через глазок.
- Ты видел их? - спросил Лео.
- Нет, я ничего не видел. Это было скорее предчувствие. Я чувствовал, что они стоят там, понимаешь?
Усмехаясь, Маркус толкнул Криса локтем в ребра и прошептал:
- Мистер Уоткинс - экстрасенс и все такое. Он как гетто-версия долбаного шептуна-призрака, йоу.
- Заткнись, блядь. Проявите к человеку уважение. - Лео посмотрел на них обоих, затем он снова повернулся к Перри. - Так кто, по-вашему, это был?
- Я не знаю, - сказал мистер Уоткинс. - Я и сам об этом думал. Если это были те детишки, которых вы напугали, то я думаю, что они позвали бы на помощь, когда увидели нас. Если только они не боятся вас больше, чем того, что находится в доме.
- Если в этом доме вообще что-то есть, - пробормотал Маркус.
Мистер Уоткинс сделал размашистый жест рукой.
- Ну, поднимайся и будь моим гостем, солнышко. Ты можешь быть первым, кто войдет в эту дверь.
- Не могу, - сказал Маркус.
- Почему?
- Потому что вы еще не открыли дверь.
- Я же сказал тебе, я думаю над этим.
Маркус усмехнулся.
- По мне, так вы больше говорите, чем думаете. Может, вы не хотите заходить внутрь? Может быть, все эти разговоры о том, что поступать правильно, помогать нашему району, просто чушь?
Лео шагнул к своему другу, сжав кулаки. Гнев буквально распирал его. Он не мог поверить, что Маркус ведет себя так по-хамски. Конечно, Маркус всегда относился к людям свысока. Сколько Лео его знал, он всегда был слишком заносчив. И да, до сегодняшнего вечера мистер Уоткинс был старым ворчливым пердуном. Но, несмотря ни на что, мистер Уоткинс не заслуживал такого дерьма. Он просто пытался помочь. В конце концов, они постучали в его дверь и втянули его в это. Если бы не они, он бы, наверное, уже спал.
- Йоу, я же говорил тебе проявить к нему уважение. Да что с тобой такое?
- Да пошли вы оба.
- Да ладно, - Джамал примирительно поднял руки, становясь между Лео и Маркусом. - Вам обоим просто нужно остыть.
Маркус отказался отступать.
- Что ты собираешься делать, Лео? Хочешь подраться? Ну, давай.
Дуки, Джамал и Крис отступили.
- Давай, - ответил на вызов Лео.
- Думаешь, я тебе не врежу? С меня хватит твоего дерьма.
- О чем ты говоришь, Маркус?
- Ты мне не начальник. Ты не главарь. Говоришь о переменах, делаешь правильные вещи и помогаешь людям - когда это нам кто-нибудь помогал? Для нас никогда ничего не меняется. Ты только и делаешь, что мечтаешь, Лео. Ты чертов дурак.
Лео был ошеломлен язвительными словами Маркуса. Он изо всех сил старался не показать этого. Нельзя сейчас было проявить слабость, иначе у остальных тоже начнут возникать сомнения.
- Если тебе это не нравится, Маркус, то убирайся отсюда. Нам не нужна твоя жалкая задница.
- Никуда я не уйду. Ты, черт возьми, мне не указ. Я останусь, если захочу.
Кулаки Лео сжимались и разжимались.
- Как хочешь. Но если ты остаешься, тогда ты, черт возьми, перестанешь нести чушь и извинишься перед мистером Уоткинсом.
- К черту. Что этот старик когда-либо сделал для меня, кроме как смотрел на меня с подозрением, когда я гулял слишком поздно? Помнишь, пару лет назад на Хэллоуин, когда кто-то разбил стекла всех машин в квартале и закидал дома яйцами? Помнишь, как он смотрел на нас после этого?
Мистер Уоткинс зашевелился. Прежде чем он успел заговорить, Лео сказал:
- Он обвинил тебя, Маркус? А? Он обвинил кого-нибудь из нас?
Маркус ухмыльнулся.
- Ему и не нужно было. Все читалось в его глазах.
- Знаешь что? Просто убирайся отсюда. Иди домой.
- Ты не можешь заставить меня делать дерьмо, Лео. И если ты будешь продолжать давить на меня вот так, я урою тебя на хрен.
- Я слышу, как ты говоришь, но не вижу, чтобы ты что-то делал.
- Пошел ты, ублюдок.
- Нет, - сказал Лео, ткнув друга в грудь указательным пальцем. - Пошел ты. Это твоя задница, Маркус, обосралась.
- Хватит! - Мистер Уоткинс засунул револьвер за пояс, шагнул между подростками и положил руку на грудь каждому из них. - Хватит. Прекратите это дерьмо. Что, черт возьми, с вами обоими не так? Думаете, это как-то поможет?
Лео напрягся.
- Это он начал. Я просто заступался за вас.
- Мне не нужно, чтобы ты прикрывал меня здесь, - сказал мистер Уоткинс, кивнув на дом. - Мне нужно, чтобы ты прикрывал мне спину там. Мы должны присматривать друг за другом. - Он сделал паузу, затем повернулся к Маркусу. - Я понимаю, почему ты взбеленился.
- Да? Почему?
- Потому что тебе страшно.
- Пошел ты, старик. Я ни черта не боюсь.
- Нет, боишься, - сказал мистер Уоткинс, не обращая внимания на сжатые кулаки Маркуса. - Ты напуган.
Лео должен был отдать ему должное. У мистера Уоткинса были яйца. По выражению лиц Джамала, Криса и Дуки он понял, что они тоже впечатлены. Глаза Маркуса метнулись к револьверу на поясе мистера Уоткинса. Лео затаил дыхание, готовый к прыжку, если Маркус схватится за оружие.
- Даже не думай об этом, - предупредил мистер Уоткинс. Затем его голос снова стал успокаивающим. - Я знаю, что ты боишься, потому что я тоже боюсь. Мы все боимся. Черт, надо быть сумасшедшими ублюдками, чтобы не испугаться, идя сюда. Но ссоры не помогут. Ясно?
Маркус оглядел своих друзей. Затем уткнул взгляд в землю.
- Да, - пробормотал он. - Вы правы.
- Извинись перед ним, - сказал Лео.
- Не нужно, - сказал мистер Уоткинс. – Не зачем извиняться за то, что он чувствует то же самое, что и все мы. Но я скажу тебе, что ты можешь сделать, Маркус.
- Что именно?
- Беги назад по улице к моему дому. Скажи Лаванде, чтобы она спустилась в подвал и взяла мой ломик и кувалду. Потом принеси их сюда.
- Вы собираетесь взломать дверь? - спросил Крис.
- А нас не услышат?
Мистер Уоткинс пожал плечами.
- Если в доме есть кто-то еще, кроме тех ребят, то можете не сомневаться, они уже знают, что мы здесь. Особенно если учесть все эти крики и разговоры. Мы потеряли элемент неожиданности. Теперь мы просто набросимся на них.
Пока Маркус рысью бежал вверх по улице, мистер Уоткинс вытащил пистолет и встал лицом к входной двери.
Ухмыляясь, Лео игриво ударил пожилого мужчину в плечо.
- Черт, мистер Уоткинс. Я и не знал, что вы такой крутой. Настоящий гребаный гангста!
Мистер Уоткинс не улыбнулся. Он прикурил очередную сигарету. Когда мужчина заговорил снова, его голос был тихим и казался печальным.
- Я не гангстер, Лео. Я - черный мужчина средних лет, у которого пузо торчит над членом, и которому жена дает только по праздникам, и кричат на него, за то, что он курит в доме, и он ненавидит свою дерьмовую работу, и устал смотреть, как этот район превращается в дерьмо, потому что этот район - все, что у него осталось в этом мире. И нет на земле ничего более печального, чем это.
Они ждали, и когда Маркус вернулся, снова двинулись к дому. Не говоря ни слова, мистер Уоткинс передал револьвер Лео, а ломик - Крису. Ворча, он взял в руки кувалду. Ярко-желтая стеклопластиковая рукоятка, казалось, светилась в темноте.
Мистер Уоткинс выбросил окурок и шагнул вперед.
- Ладно, ребята. Пойдемте еще раз постучим в дверь.
Они поднялись на крыльцо, не пытаясь больше скрывать свое присутствие. Затем мистер Уоткинс поднял кувалду и замахнулся, вложив в удар весь свой вес. Дверь содрогнулась в своей раме. Дерево раскололось с громким треском.
- Послушайте, - вздохнул Дуки.
Изнутри дома послышался звук удаляющихся шагов.
- Думаете, это те белые детишки? - спросил Лео, нервно перекладывая револьвер из руки в руку.
- Есть только один способ узнать это, - сказал мистер Уоткинс и снова взмахнул кувалдой.
Глава 17
Хизер сжимала в одной руке заточенный нож, а в другой - шипящую лампу. Ее била неконтролируемая дрожь и предметы в ее руке потрагивались. Попытки взять себя в руки результата не принесли. Пот прошиб ее с головы до ног, несмотря на то, что здесь было прохладно настолько, что изо рта выходил пар при каждом выдохе. Творящееся вокруг безумие сводило ее с ума. Единственной частью тела, которая не дрожала, были ноги. Они были полностью онемевшими. Она попробовала пощипать подошвы, но не почувствовала ничего. Она все еще могла идти, но ноги были словно чужими.
С тех пор как Хизер покинула странный грот, тоннель неуклонно поднимался вверх. Она потеряла счет времени и никак не могла понять, как долго уже идет. Темнота и собственная усталость давили на нее, и ей становилось все труднее сосредоточиться. Ее мысли то и дело возвращались к причудливой коллекции фотографий и рисунков, пытаясь найти в них какой-то смысл, какое-то объяснение ужасающим событиям. Но каждый раз заходила в тупик, пытаясь разобраться во всем этом. Девушка не могла понять, как такая раса существ могла существовать незамеченной под городом размером с Филадельфию так долго. И кем они были? Мутанты, очевидно, но откуда? Казалось, у них нет ни одной расовой характеристики или генетического фона. Как давно они здесь? Сколько людей они убили?
Она не могла знать. На самом деле, все, что Хизер знала наверняка, это то, что у нее болят ноги, спина, а глаза слезятся от пота и грязи. На ладонях и коленях появились волдыри, а порез на ноге снова кровоточил. Фонарный дым лениво окутывал ее лицо, затуманивая зрение и забиваясь в горло, отчего она задыхалась. При каждом новом приступе дрожи Хизер сжимала зубы. Несколько раз она прикусывала язык и внутреннюю сторону щек. Рот наполнялся кровью и от ее вкуса у нее бурлил желудок.