- Алиса Борисовна, я не из налоговой полиции и даже не из инспекции, я ищу убийцу, и меня совершенно не интересует, какие зарплаты вы показываете в ведомостях и какие платите на самом деле. Мне нужно восстановить всю жизнь Погодиной и ее финансовое положение в каждый период жизни. Вам это понятно?
Настя обернулась к кадровику и обворожительно улыбнулась ему.
- Значит, дата поступления на работу, дата увольнения и два оклада, официальный и реальный. Будьте так добры.
Кадровик перевел взгляд на начальницу, которая подумала немного и снисходительно кивнула, мол, делай, что велено. Он понимающе крякнул в ответ и скрылся за дверью.
- А вас, Алиса Борисовна, я очень попрошу вспомнить все подробности о Милене, начиная с того, как она попала к вам на работу, и заканчивая тем, при каких обстоятельствах она ушла.
Память у Алисы Борисовны была очень даже неплохой, и она поведала, что к ней обратился ее давний, но не очень близкий знакомый, бывший одноклассник, с вопросом, нет ли у нее места для красивой толковой девушки. Алиса Борисовна в то время руководила своей фирмой около полугода, это было ее первое «дело», в вопросах подбора персонала она была совсем не искушена, набрала по первости кого попало и вот спустя полгода начала пожинать плоды, обретя некоторое понимание того, как нужно искать людей и кого можно и нужно принимать на работу, а кого ни в коем случае нельзя. Звонок одноклассника пришелся на момент массовых увольнений «первого набора», мест в фирме было предостаточно, и Алиса Борисовна поинтересовалась квалификацией «красивой толковой девушки». Одноклассник сказал, что у девушки за спиной средняя школа и приличный жизненный опыт, а в активе - хорошие мозги, честность и добросовестность. Иностранный язык? Нет, учила только в школе, потом не пользовалась. А кто она такая, откуда взялась? Одноклассник объяснил, что речь идет о подруге его товарища. Хороший парень, и она - хорошая девчонка, очень хочется помочь. Ладно, согласилась Алиса Борисовна, пусть приходит.
Милена пришла на следующий день и сразу понравилась хозяйке фирмы. Алиса Борисовна, видно, была не из тех женщин, которые ненавидят молодых красавиц. Сама очень красивая, яркая, в дорогих украшениях, она ни секунды не сомневалась в том, что соперниц у нее быть не может. Если бы Милена знала хоть один иностранный язык, ей предложили бы работу, связанную с общением с иностранными туроператорами, но она оказалась пригодной только для того, чтобы привечать посетителей, отвечать на их вопросы и на телефонные звонки, зато даже такую несложную работу она выполняла очень хорошо. Более того, Алиса Борисовна как-то заметила, что Мила, как принято говорить, делает лицо фирмы: входит с улицы потенциальный клиент, и первое, что он видит, - это красивая, безупречно вежливая и доброжелательная девушка с приятным голосом и такой улыбкой, что непременно хочется остаться и заключить с этой фирмой договор. Алиса Борисовна повысила ей зарплату до трехсот долларов. Конечно, была некоторая проблема с тем, что Милена жила в Москве на птичьих правах, по липовой справке о регистрации, но в случае возникновения осложнений богатый и влиятельный муж Алисы Борисовны готов был подключиться и все уладить.
Погодина проработала в турфирме чуть больше года, а потом уволилась. Один из клиентов оценил потенциал девушки и предложил ей другую работу.
- Вот об этом, пожалуйста, поподробнее, - попросила Настя.
Интересно, какую работу ей предложили и сколько Милена на ней продержалась? К моменту, когда она познакомилась с Седовым, она уже нигде не работала. Или Седов и здесь наврал?
Пескову кто-то позвонил на мобильный. Настя краем уха уловила его слова: «Уже не надо, мы ее нашли» и поняла, что звонит тот самый угрюмый. Вот ведь характер! Она же специально дала ему свою визитку с номерами телефонов, так нет, не захотел он с ней общаться, коллеге позвонил. Не понравилась ему «баба с Петровки». Ну и ладно.
- Видите ли, - начала, немного помявшись, Алиса Борисовна, - у Милены, когда она ко мне пришла, был молодой человек, ну, тот, что попросил своего товарища помочь устроить ее на работу. Олег, кажется. Я его часто видела, он встречал Милу вечером после работы.
- Каждый день? - уточнила Настя.
- Ну, этого я не знаю, но, по-моему, нет. Не каждый день, но часто. Он мне не показался… Словом, ничего особенного. Я была уверена, что такая девушка, как Мила, достойна лучшего.
- Вот этот? - Настя протянула ей фотографию Канунникова.
- Да-да, именно этот. Надо же, как много вы о ней уже узнали! Ну так вот, когда девочки мне сказали, что ей начал оказывать внимание один из наших клиентов, я от души порадовалась за Милу.
- Этот клиент ухаживал за Погодиной?
- Во всяком случае, я так поняла, - уклончиво ответила Алиса Борисовна. - А спустя какое-то время Мила пришла ко мне и сказала, что ей предложили другую работу, на которой больше платят.
- И вы не пытались ее удержать?
Хозяйка фирмы поморщилась.
- Анастасия Павловна, мы с вами взрослые люди и прекрасно понимаем, что стоит за словами. Я поняла это тогда таким образом, что нашелся состоятельный мужчина, который готов взять Милу под свое крыло. Как я могла ее удерживать? Я была рада, что девочка наконец устроит свою личную жизнь. Не болтаться же ей до старости со своим этим… Олегом. У него даже машины не было.
Н-да, это, конечно, аргумент. Если нет машины, то о личной жизни нечего и мечтать. Ну что ж, у богатых свои причуды.
- Алиса Борисовна, мне нужно имя этого клиента, - сказала Настя.
- Где же я вам его возьму? - неподдельно удивилась Алиса.
- Спросите у своих сотрудников, возможно, кто-то из них его помнит.
- Сотрудники?
Алиса Борисовна вытащила из стола папку, открыла и стала внимательно что-то читать.
- Нет, - произнесла она через некоторое время, покачав головой, - вряд ли получится. У меня за эти годы весь персонал поменялся, остались только три человека: главный бухгалтер, кадровик и мой водитель. Менеджеры все новые, никто из них Милу не застал.
Словно услышав эти слова, в дверь просочился кадровик.
- Вот, - сказал он, протягивая Алисе Борисовне листок бумаги, - как вы просили.
Та взяла листок и, прежде чем отдать его Насте, прочла сама.
- Ну вот, Погодина была принята на работу 14 мая 1999 года, уволилась 1 августа 2000 года.
- Сколько прошло времени с того момента, как вы узнали, что за Миленой ухаживает один из клиентов, до увольнения?
- Недели две примерно. Может быть, три.
- Значит, Алиса Борисовна, сделаем так: вы сейчас пригласите одного из менеджеров, самого толкового, и попросите его найти сведения о том, кто и какие путевки оформлял у вас в июне - июле 2000 года.
- Но это займет много времени, - попыталась возразить та.
- Я поэтому и прошу вас пригласить самого толкового вашего сотрудника, - улыбнулась Настя. - У бестолкового это действительно может занять много времени. Я подожду.
Алиса Борисовна с обреченным вздохом просьбу выполнила. Молоденький невысокий мальчик с обритым налысо черепом, выслушав суть задания, пожал плечами и сказал, что ему потребуется примерно час.
- Значит, я вернусь через час, - обратилась Настя к хозяйке фирмы. - До встречи.
На улице она поблагодарила Пескова за помощь и, расставшись с ним, решила сходить в Дом книги. Она уже прошла примерно полпути, когда проведенная без сна ночь вдруг обрушилась на нее всей мощью, безжалостно придавливая к тротуару. Настя почувствовала, что если немедленно не сядет где-нибудь, не выпьет крепкого кофе и чего-нибудь не съест, то просто свалится без сил. Ноги не хотят идти, руки не хотят держать сумку, глаза не хотят смотреть, а голова - думать. Не дойдя до Дома книги, она нырнула в первое попавшееся кафе и рухнула за первый же столик, оказавшийся у нее на пути. Девушка-официантка подала ей меню, которое Настя даже не смогла прочитать: от слабости мутилось в голове, и она не понимала, в какие слова складываются буквы и что эти слова означают.
- Два двойных эспрессо, - попросила она. - И поесть чего-нибудь.
- Что именно? Салаты, горячее, выпечка, десерты?
- Горячее, и как можно быстрее.
Девушка оказалась сообразительной, впрочем, может быть, она по Настиному лицу все поняла, и уже через пару минут на столе стояли две чашки крепкого кофе и огромный разогретый в микроволновке клубный сэндвич. Настя залпом выпила первую чашку и вонзила зубы в немыслимой толщины бутерброд, который показался ей волшебно-вкусным. Она помахала сообразительной официантке рукой, та немедленно подошла.
- Слушаю вас.
- Скажите, когда сильная слабость, что надо делать?
- Надо кушать сладкое, - очень серьезно ответила девушка. - Если слабость - значит, организму нужен сахар. Сердцу обязательно нужна глюкоза.
- Правильно, - кивнула Настя. - Давайте я съем самый вкусный десерт, какой у вас есть. Что вы мне порекомендуете?
- Возьмите «Голливудскую мечту», вам понравится. Там бисквитное тесто, свежие фрукты, шоколадный мусс и взбитые сливки. Очень вкусно.
- Несите, - одобрила Настя.
Она-то, дурочка, была уверена, что голливудская мечта - это главные роли в фильмах, съемки, миллионные гонорары, виллы на берегу океана и бриллианты величиной с кулак. А оказывается, это всего лишь фрукты с шоколадным муссом и взбитыми сливками. Как все просто…
Сэндвич, вторая чашка кофе и десерт привели Настю в чувство. Теперь можно и позвонить. Первым делом - следователю Давыдову. Она, конечно, совершила вчера страшную ошибку, и пришло время каяться. Дядя Федор, конечно, начнет ругаться, но это и правильно, она вполне заслужила.
- Федор Иванович, - начала она, но следователь тут же перебил ее:
- О, Настюха, ты как раз вовремя. Только что ответ пришел по тем пальцам, которые с банки с окурками сняли. Ну там, на лестнице, возле квартиры Канунникова, помнишь?
- Помню. И что там?
- Настюха, ты не поверишь! Пальцы есть в «Дельте», это ранее судимый за хранение наркотиков Щеколдин по кличке Чигрик. Ты чуешь, как все складывается?