Новгородская земля, Мши, январь 2012 года
Никита, князь Захарьин
Князю не спалось. Вернее, спал он крепко, но проснулся от непонятной тревоги, толкнувшей его под ребра. Ощутимый такой толчок, похожий на ментальное воздействие. И вот уже полчаса ворочается под одеялом, переворачиваясь с одного бока на другой. В конце концов Захарьину надоело мучится от неизвестности. Приподнявшись, он перешел на магическое зрение, тщательно осматривая спальню. Никого. Совершенно никого. Да и кто бы проник внутрь хорошо охраняемого имения? Несколько линий защиты, плюс магические ловушки по периметру; даже в доме на ночь сюрпризы выставляют, несмотря на множество людей внутри.
Неслышно вздохнув, чтобы ненароком не разбудить супругу, Данила Васильевич привычно нащупал на полу тапки, накинул на себя халат и подобно призраку тихо переместился к окну. Внимательно посмотрел вниз. Что и следовало ожидать: пустынный двор, освещенный фонарями, да так, что ни единой тени, в которой может спрятаться супостат, нету. Все просматривается. Камеры засекут любое движение.
Пожав плечами, князь неожиданно прислушался к своим ощущениям. Может, ментальное воздействие ему почудилось? Ну, всякое бывает и без вмешательства магии. Проснулся посреди ночи оттого, что в туалет захотел, к примеру.
А хочется ли? Снова задумчивый взгляд во двор. Потом решившись на что-то, пошел в сторону двери. Раскрыл ее и оглядел тамбур, где постоянно находились двое рынд. Удивление сменилось тревогой. Оба дрыхли. Беззастенчиво, нагло. Один из них, сидя на тахте, прислонился спиной к стене и вытянув ноги, тихо посапывал. Второй примостился на стуле возле дверей кабинета. Голова откинута назад, затылком упираясь в деревянную перегородку, рот открыт, похрапывает.
— Чертовщина какая-то, — пробормотал князь, выходя в тамбур. Тщательно закрыл дверь в спальню. — Эй, бойцы! А ну, подъем!
Даже уснув, один из них обязательно бы подскочил от оклика хозяина, потому что, совершив такое неслыханное преступление на посту, можно было готовиться к большим неприятностям.
Эти же продолжали смотреть свои сны.
Рука князя легла на плечо рынды, спящего возле рабочего кабинета. Резкий рывок, голова клюет вниз, но телохранитель не просыпается.
— Чертовщина, — повторил Захарьин, механически выстраивая защитный «шильд». Дураком он никогда не был, а наивность оставил далеко в юности. Просто так странности в хорошо защищенном доме не происходят.
Он решил удостовериться в нехороших предчувствиях и вышел в коридор, перевесился через перила и поглядел сверху на гостиную. Тишина. Глухая тишина. Нет, не зловещая, а обычная, когда все дрыхнут без задних ног. Ночные магические светильники окружены ореолом какой-то непонятной изморози, словно их поместили в морозильную камеру на долгое время. Отчего и освещение в коридорах и в парадной прихожей поблекло.
— Эй! — гаркнул Захарьин. Не ради шутки. Тревога толкнула еще раз, уже под сердце. — Нет, так не бывает!
Он не стал паниковать и бегать по огромному особняку, выискивая уснувших и пытаясь разбудить их. Князь направился в свой кабинет, раз уже с самого начала хотел туда попасть. Толкнул дверь и остановился на пороге. Мрак помещения разбавлялся слабым светом уличных фонарей.
— Наконец-то вы соизволили зайти, — раздался из угла молодой голос. — Закройте дверь, князь, и присядьте.
Машинально, выработанным годами автоматизмом, Захарьин сжал кулак и ткнул им впереди себя. Сейчас спрессованный магическим плетением воздух ударит в наглеца, посмевшего каким-то образом проникнуть в дом, сломает его ребра и расплющит все внутренние органы. К его досаде, ничего не вышло. Зато перед глазами вспыхнула сиреневая дуга, и на сетчатке запрыгали зигзаги, черточки, изломанные линии. Князь ослеп.
— Кто вы? — не сходя с места, пока не прозреет, спросил Захарьин. Он вдруг почувствовал, насколько холодно в кабинете. Через окно влезли? Нет, не может такого быть. Там защита не хуже, чем по периметру забора. Под махровым халатом ледяные щупальца нахально пробежали по животу и пояснице. — Как здесь оказались?
Его вопросы, к собственной досаде, прозвучали столь жалко, что Данила Васильевич предпочел замолчать и сначала выяснить желания таинственного гостя. Не убили сразу — значит, нужен зачем-то.
— Неужели непонятно? — удивленно произнес голос. — Я всех усыпил. Очень качественно. У меня есть великолепные заготовки, валящие с ног любое количество народа. Ваш особняк поголовно видит десятый сон. Даже собаки. Вот так…
— Мне незнаком ваш голос, — князь сел в кресло, тщательно пытаясь рассмотреть в магическом зрении того, кто так нахально вломился в его дом. В отличие от ослепших глаз магия никогда не подводила. И никого не увидел. Только черное размытое пятно, фонящее холодом.
— Я — Назаров, — оглушило Захарьина.
— Проклятье, — пробормотал князь, прирастая к креслу. — Даже не знаю, что еще сказать. Достал-таки.
— Удивлены? — рассмеялся гость. — Признаться, я настраивался на более тяжелое проникновение в ваш дом. Но чародеи оказались совершенно никудышными. Сомлели наравне с обитателями.
— Вы пришли убивать меня, барон? — страха у Захарьина не было, даже сосущая под сердцем тревога куда-то убежала. — Не оценил я вас, Никита Анатольевич. Не оценил.
— Давайте поговорим конструктивно, Данила Васильевич, — черное пятно дернулось, расплылось в пространстве и снова замерло. — Меня очень огорчает, что вы прилагаете столько сил, чтобы сжить меня со свету, хотя я и прямо, и косвенно не причастен к событиям прошлых лет. Мне просто повезло (или не повезло) родиться вдали от своей Семьи. Я появился в Вологде не для того, чтобы мстить своим кровникам. Задача вполне прозаическая: вернуться к Роду. А вы стали причиной, по которой я вынужден отвлекаться от главного дела. Зачем мешаете?
— Не совсем понимаю, — признался Захарьин, поджимая пальцы ног в тапках. Холод играючи и туда пробрался. — Если в вашем появлении кроется какая-то тайна, я готов выслушать ее и принять окончательное решение.
— Нет, так не пойдет, — голос построжел. — Диктовать условия придется мне, потому что жить в постоянном ожидании удара в спину мало кому нравится. Пока же я просто предлагаю завершить вековые разборки между Родами и разойтись миром.
Захарьин улыбнулся. Странная попытка без энергичного давления, шантажа и выбивания условий. А ведь Назаров в выигрышном положении. Мог бы похитить детей, например, чтобы через них ломать князя. Вместо этого сидит в кабинете и рассуждает о каком-то примирении.
— Я не могу забыть кровь своих родственников, убитых Назаровыми, — князь лихорадочно искал возможность отключить магические воздействия на своих людей, чтобы они проснулись и прибежали на помощь. Но пока не получалось. Удивительно прочная блокировка стоит. — У нас шла вражда до полного уничтожения. Кажется, мне удалось победить. Ан, нет. И после этого вы, единственный потомок мертвого рода, предлагаете мне мир? Да уж лучше убейте меня, барон, в этом кресле. Так будет справедливее и понятнее.
— Хм, вы совсем меня не понимаете, — Назаров говорил спокойно, не повышая голос, с какой-то ленцой. — Князь, вы вообще интересуетесь, что происходит вокруг вас? Или решили запереться в своей норе и сладострастно кусать меня? Не жалко терять людей? Сколько уже магов погибло? И до сих пор не остановитесь?
— Не стоит кичиться своими способностями и силой, — передернул плечами Захарьин. Дьявольщина, до чего же холодно! — Даже на такого прыткого можно узду накинуть.
— Пошли обвинения, — вздохнул Назаров. — Дуарх, покажи наши намерения!
Внезапно Захарьин почувствовал на своих плечах ледяные ладони неведомого человека или существа. Размеры стоящего позади нечто ощущались даже спиной. Ладони медленно сжимались, вымораживая плоть и проникая внутрь. Дикий страх превратиться в ледяную статую настолько завладел им, что князь задергался. И понял, что не может двигаться. Его ноги в самом деле превращались в ледяные тумбы, а дьявольский холод полз все выше и выше. А голос молодого Назарова звучал размеренно и бесстрастно.
— Утром сюда придут ваши слуги из поселка. И очень удивятся, когда увидят во дворе великолепные ледяные фигуры людей и животных. Сочтут это удачной шуткой к Коловороту. Но когда такие же ледышки, внутри которых будут находиться люди, они обнаружат в доме, вот тогда наступит понимание, какой ужас посетил особняк князя Захарьина. Весь род разом, до единого человека… Вымерз. Представляете, каким ореолом тайны будет окутана смерть во Мшах?
— Что тебе надо, щенок? — прохрипел князь. Лед дошел до паха и продолжал ползти вверх. Надо повернуться, чтобы посмотреть, кто там занимается магией. «Ночной гость»? Невозможно ведь терпеть!
— Мир на очень выгодных условиях, — ответил Никита. — Я получаю гарантию безопасности, а также ваше слово, что все кровники Назаровых перестанут точить зуб на меня и мою семью. Знаете, что у меня сестры появились? Славные и красивые девушки, которым в жизни и так пришлось хлебнуть горя и родительской потери.
— А я? Какова твоя плата?
— Даю наводку как создать портал, ведущий в другую Явь.
— Что? — не поверил Захарьин.
— Я знаю, что в вашем доме скрывается артефактор, работающий над созданием телепорта, а второй помощник все пытается играть на две стороны. Кое-что у вас получилось: нашли Источник, который даст бесперебойную энергию для мощного портала. Но в конечном итоге вас ждет провал…
— Почему? — лед перестал сжирать внутренности.
— Фактор нестабильности, — пояснил Никита. — Он срабатывает во время перехода из одной точки в другую, если не подстраховать тоннель. Установив маячки между мирами, нельзя быть уверенным в точном попадании туда, куда хочешь. Малейшая ошибка — и сигнал искажается, уводит в сторону.
— Откуда тебе известны такие подробности? — неожиданно для себя хохотнул князь, стараясь не думать о страхе, маячившем за спиной.
— Потому что я после такой ошибки провалился не туда, куда планировал, — вскрыл один козырь Никита. Иначе этого старого упертого хрыча не уломать.