Первый этап культурной революции. Захват культурной и политической власти
Даже если содержание всех моих мыслей ставится под вопрос, или если претензия на истинность того, о чем я думаю или вообще возможность того, что я могу осознать истину, сомнительна, вне сомнений остается эмпирический процесс операции мышления.
Чисто условно культурную революцию можно разделить на два этапа. Первый этап — это захват культурной и политической власти в государстве. В современном мире культурная революция вначале происходит как совокупность сравнительно мелких преобразований внутри государственного аппарата, причем на высшем уровне (революция «сверху»). Если при этом происходит какая — либо борьба, она не выходит за рамки госаппарата. Мероприятия, в совокупности осуществлявшие культурную революцию, постепенно сверху спускаются в низшие инстанции и постепенно охватывают всю систему власти. И уже на втором этапе происходит полное разрушение того культурного пласта, на котором держится «старое» государство (религия, образование, культура, семья и т, д.).
Обычно практически любая революция начинается как революция политическая, и смена власти ограничивается рамками существующей элиты. Но культурная революция отличается тем, что захват власти проводится целенаправленным внедрением культреволюционеров в органы власти, формирующие культурные и идеологические установки населения. Согласно теории революции Антонио Грамши, эта операция называется «молекулярная агрессия в ядро культуры». В современных высокоразвитых демократических государствах завоевать политическую власть можно лишь путем достижения культурной гегемонии и руководимой интеллектуалами революционной перестройки общественного сознания. Конечно, можно захватить власть с помощью военного переворота или путча, но такая власть не будет выглядеть легитимной и обречена на поражение.
По мнению ряда специалистов, применение силы в революциях в основном не связано с содержанием революций, а с формой, способом, в которой они протекают. Именно такая мысль выражена знаменитой формулой Маркса о том, что насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым. Но при определенных технических, экономических и исторических условиях революция может осуществиться с минимальным применением насилия и относительно мирным путем. «Суть культурной революции заключается в захвате культуры, лишь затем она переносит действие на политику. Любая форма правления, не укорененная в культуре, обречена на исчезновение». Кто влияет на культуру — тот является властителем дум и в конечном счете определяет политику государства.
Этим можно объяснить ряд неудачных революций в Болгарии, Германии, Эстонии и Китае в 1922–1927 годах. Спецслужбы СССР обучили и вооружили местные коммунистические партии, разработали планы вооруженных восстаний, но все равно революции потерпели поражение. Основная причина неудач — пассивность населения, в том числе рабочего класса и крестьянства в период проведения революции. Компартии перечисленных стран не провели должной информационной и культурной работы среди местного населения. Не подготовили, так сказать, культурную почву для проведения революции. Поэтому народ в целом не знал и не понимал лозунгов, целей и причин восстания. Подобная ошибка была заложена еще в трудах В. Ленина, который утверждал, что вначале нужно захватить политическую власть, а затем обратить внимание на культуру. В частности, в статье «О кооперации», он утверждал: «Нам наши противники не раз говорили, что мы предпринимаем безрассудное дело насаждения социализма в недостаточно культурной стране. Но они ошиблись в том, что мы начали не с того конца„как полагалось по теории (всяких педантов) и что у нас политический и социальный переворот оказался предшественником тому культурному перевороту, той культурной революции, перед лицом которой мы все — таки теперь стоим».
Покончить с государством можно, захватив его культурные институты, превратив последние в оружие культурных революций. В современном мире это стало возможно только благодаря революции «сверху» — то есть действиями правящей элиты через государственный аппарат. Что такое революция «сверху»? Для такого типа революций характерна смена режима в рамках прежнего господствующего слоя, приводящая к изменению политической формы правления и приходу к власти новой элиты. В дальнейшем новая власть проводит политику глобальных культурных преобразований, то есть того, что носит название культурная революция. Не случайно Горбачев так обозначил проводимые им преобразования: «Перестройка — это революция сегодня».
На Западе популярны исследования различных обществ с точки зрения философских категорий системности и порядка, присущих любому явлению живой природы. Как известно, государство подчинено закону системности. Оно представляет собой единство элементов и процессов, связанных определенными системообразующими отношениями. Более того, государство является постоянно развивающейся системой, элементы которой находятся в движении и постоянно обновляются, что связано с ограниченностью времени их существования и необходимостью периодической замены. Совокупность отношений и процессов, необходимых для стабильного существования системы, можно назвать порядком. Порядок можно также охарактеризовать как равновесие устойчивости и обновления.
Кризис любого из элементов системы, вызванный нарушением его внутреннего порядка (баланса соотношения устойчивости и обновления), требует исправляющего вмешательства со стороны системы «сверху». Если же система оказывается неспособной на такое вмешательство, либо вмешивается неправильно или неэффективно, кризис элемента может привести к кризису всей системы в целом.
Следует отметить тот факт, что любая революция, переворот или восстание нагнетается, финансируется и управляется «сверху» — людьми высокого положения, чтобы обеспечить себе средства и оправдание для захвата еще большей власти. Конец XX века характеризуется не как «восстание масс», а как «восстание элит». Мустафа Кемаль, известный как Ататюрк, однажды сказал: «Начало всякого предприятия требует действия сверху вниз, а не снизу верх». Такая революция обычно завершается глубокими изменениями политической системы, общественно — экономического строя, национальных отношений, образа жизни и культуры всех граждан. В качестве классического примера революции «сверху» обычно рассматривается революция Мейдзи в Японии, когда пришедшие к власти представители новой элиты провели глубокие экономические, культурные и социальные преобразования. Февральская революция в России также является революцией «сверху», как и перестройка, начатая Горбачевым.
По мнению ряда исследователей, революции «сверху», проводимые в современном мире, отличаются от реформ или переворотов тем, что глубокие преобразования, совершаемые в их рамках, приводят к «разрушению доминирующей социальной группы», смене культуры, нравственных и этических ценностей.
Касаясь теории революции «сверху», значительный интерес представляет концепция Элен Тримберг — одной из основных исследователей этого феномена. Она видит причины успеха такого типа революций в первую очередь в существовании сильного бюрократического аппарата, не связанного непосредственно с интересами господствующего класса и потому способного в кризисной ситуации пожертвовать его интересами, чтобы осуществить глубокие социальные преобразования. СССР обладал мощным бюрократическим аппаратом и многомиллионной коммунистической партией, но в августе 1991 года ни один госчиновник или сотрудник ЦК КПСС не вышел на защиту своей страны. Более того, огромное число прежних чиновников партийного и государственного аппарата молниеносно изменили свою политическую ориентацию и влились «стройными рядами» в ряды защитников демократии.
Элита и ее роль в революционных событиях
Как мы выяснили ранее, движущей силой как культурной революции, так и революции «сверху» является союз таких социально — культурных групп: части государственной политической элиты и части интеллигенции, проникнутых революционными идеями. Рассмотрим роль каждого компонента в ходе проведения культурной революции.
Элита, не важно — культурная или политическая, составляет культурное ядро общества. Без настоящей правящей элиты управление страной невозможно. Лишенное настоящей элиты общество, государство или политическое движение обречены на провал. Без элиты, без «ядра» — невозможна реализация любого дела, любого замысла. Политическая элита выбирает президентов и монархов, она же их и убирает, без нее не обходится принятие ни одного важного государственного решения. В этом смысле элитарные группы существовали всегда. Элита не только формирует, но и выражает интересы и вкусы масс. Историк А. Тойнби на огромном материале показал, что глубокие преобразования начинаются благодаря усилиям небольшой части общества, которую он назвал «творческим меньшинством». Основная задача первого этапа революции — определить, кто является элитой в том или ином обществе, кто составляет ее культурное ядро.
Если в варварские времена главными действующими лицами истории были вождь и жрец, воин и атлет, то в современных условиях о себе как о творцах истории и культуры заявляют политики, философы, ученые, представители искусств.
Кроме того, большое значение имеет тот фат, что в XX веке на авансцену европейской культуры выдвигается научно — техническая интеллигенция. Параллельно происходит ее сращивание с бюрократической верхушкой общества. А потому в XX веке понятие «элита» значительно расширилось. Теперь в элиту входят ведущие политики и военные, ученые и деятели искусства.
Бытующее в массовом сознании представление о том, что в демократических условиях широкие слои населения могут осуществлять властные функции, в полной мере участвовать в политическом процессе — глубоко ошибочно. На практике их участие ограничивается выборами, реальную же власть осуществляют политические элиты. Элиты во многих отношениях определяют лицо любого общества, поскольку именно они формируют цели и перспективы его развития. Но самая главная и важная функция элит — определять культуру и идеологию общества. Делают они это путем принятия стратегически важных решений — с использованием ресурсов государственной власти для их реализации.
В нормально функционирующем государстве должны существовать по крайней мере четыре вида элит:
культурная элита страны — ученые, творческая интеллигенция, философы, религиозные деятели, культурологи. Они определяют мировоззренческую основу государства и на основе ее — стратегическую перспективу развития;
финансово — промышленная элита — крупные предприниматели и финансисты. Они обеспечивают конкретные развивающие стратегии деньгами и техническими возможностями;
элита менеджеров — специалисты управления и бюрократии — разворачивают эти стратегии в текущей реальности;
и, наконец, политическая элита — собственно политики как исполнительной, так и законодательной власти — ответственна за выбор одной стратегии из всех имеющихся и за конкретные этапы ее воплощения.
Организующим началом общества является политическая элита. Политическая элита — вот тот мозг, который управляет всем государственным организмом. Именно она опирается на стратегические идеи, которые воспроизводит интеллектуальная элита, организует их первичный отбор, отделяя реальные построения от нереальных, привлекает средства и технологии, детализирующие избранную схему развития, а затем — через элиту менеджеров — осуществляет ее продвижение. Еще важнее тот факт, что элита правящего класса является одновременно творцом официальной идеологии государства.
Огромное значение для культурной революции имеют культурные элиты. Причем они имеют большое значение на «сломе» культурных эпох, при смене культурно — исторических обществ. Они своеобразно выражают кризисные состояния культуры, неустойчивый баланс между «старым» и «новым». Культурные элиты в области культуры выступают как зачинатели всего нового, прогрессивного. Как люди, опережающие свое время. Как творцы, не понятые своими современниками (таковы, к примеру, в своем большинстве романтики и модернисты — символисты, культурные деятели авангарда и проф. революционеры, осуществлявшие социокультурную революцию). Писарев и Плеханов трактовали культурную элиту — как демонстративную форму неприятия социально — политической действительности, как выражение скрытого, пассивного протеста против нее.
Маркс и Энгельс, Ленин и Троцкий, Бухарин — все они были интеллектуалами и представляли широкий круг революционно настроенной интеллигенции.
Элиты политические и культурные, тем не менее, не совпадают между собой и лишь иногда вступают во временные альянсы, которые оказываются крайне неустойчивыми и хрупкими. Это обусловлено искусственностью исходного единства, построенного не на позитивной, а на негативной программе. Как только основная задача, объединившая различные силы — а именно свержение старого строя — оказывается достигнутой, база для объединения исчезает.
История дает нам интересный пример, как при помощи культурной и политической элиты разрушить государство и сменить власть. Великая французская революция — это, прежде всего, революция интеллектуалов. По словам Кара — Мурзы, «эта революция была грандиозный проект, который вызревал в течение полувека и сам вытекал из философского и культурного течения, которое было названо Просвещение».
Как же вызревал этот проект и в чем он выразился? Группа прогрессивных французских философов, естествоиспытателей, писателей и публицистов (Вольтер, Руссо, И. Гольбах, Ш. Монтескье, Ж. Бюффон и др.), объединившись вокруг издававшейся Д. Дидро, Ж Л, Д'Аламбером «Энциклопедии или толкового словаря наук, искусств и ремесел» (всего 35 томов), вкупе с нарождавшимся классом буржуазии, в течение длительного времени целенаправленно и систематически убеждали французское общество в том, что существующая власть нелегитимна и должна быть изменена. Среди «энциклопедистов» были люди различных политических и философских убеждений. Но всех их объединяло отрицательное отношение к существующей власти, к правящей элите, ненависть к католической церкви. Каждый научный вопрос излагался ими так, чтобы доказать негодность старого порядка. Идеи энциклопедистов имели первостепенное значение в идеологической подготовке французской буржуазной революции.
Исследователь французской революции Э. Берк писал: «Вместе с денежным капиталом вырос новый класс людей, с кем этот капитал очень скоро сформировал тесный союз — я имею в виду политических писателей. Немалый вклад внесли сюда академики Франции, а затем и энциклопедисты, принадлежащие к обществу этих джентльменов.
Писательские интриги несколько лет назад создали что — то наподобие регулярного плана разрушения христианской религии. Они обуреваемы духом прозелитизма, а значит, и чувством легкого успеха и манией преследования. Что не удавалось достигнуть на пути к их великой цели с помощью прямого или немедленного закона, могло быть достигнуто обходным путем — благодаря общественному мнению. Чтобы управлять общественным мнением, необходимо сделать первый шаг — оказать давление на тех, кто руководит. Они задумали методично и настойчиво добиваться этого всеми средствами литературной славы. Многие из них действительно стояли высоко на ступеньках литературы и науки. Мир воздал им должное: учитывая большие таланты, простил эгоистичность и злость их тщеславия… Эти отцы атеизма обладали своим собственным фанатизмом, они научились бороться с монахами их же методами. Для восполнения недостатков аргументации в ход пошли интриги. К этой системе литературной монополии присоединилась беспрестанная индустрия очернительств и дискредитации любыми способами всех тех, кто не вошел в их фракцию…
Писатели, особенно когда они действуют организованно и в одном направлении, оказывают на общественное мнение огромное влияние, поэтому лояльность этих писателей плюс денежный капитал были немаловажным фактом в устранении народной зависти по отношению к тем, кто оказался приобщенным к благосостоянию. Эти писатели претендовали на огромный энтузиазм беднейших слоев населения, в то время как в своих сатирах они с ненавистью представляли чрезвычайно преувеличенные ошибки суда, аристократии и священнослужителей. Они стали демагогами, связующим звеном союза отвратительного благополучия с беспокойной и доведенной до отчаяния бедностью».
Подобная ситуация была и в СССР. Видные деятели интеллигента целенаправленно и методически убеждали граждан в негодности всех устоев советского порядка, требовали кардинальных перемен, разрушения существующего строя. Тот же академик Сахаров писал: «Компактные национальные области должны иметь права союзных республик». По этой схеме вместо 15 союзных республик должно быть около 150. Представьте, что по такой схеме стало бы с Россией после развала СССР! И таких, как Сахаров, среди советской интеллигенции было очень много. Это несмотря на то, что согласно социальным законам, они по своему положению в обществе должны были быть опорой этого общества, его защитниками, а не разрушителями.
Одним из важнейших факторов, обеспечивающих успех не только революции «сверху», но и всей культурной революции в целом, является то, что накануне революционных процессов в элите наблюдаются сильные процессы разложения. Верхние слои общества превращаются в сложную мозаику социальных групп с различными интересами, противостоящими друг другу. Это связано непосредственно с разрушением единой системы ценностей, норм, правил, обычаев и традиций — всего того, что способствует объединению общества. Современные исследователи революционных процессов полагают, что фрагментация общества является не только главным фактором, определяющим неизбежность революции. Но она же и решающим образом воздействует на ход революционных событий, способствует ослаблению общества. Главное — в первую очередь фрагментация охватывает элиту, которая из относительно единого слоя постепенно превращается в сложную мозаику разнообразных и разнонаправленных сил и интересов. В рамках элиты формируется сложная система с широким спектром различных экономических, политических и социальных интересов. Перераспределение богатств — один из факторов, способствующих революции «сверху». В то же время, по мнению ряда исследователей, фрагментация охватывает не только элиту, но и народные массы в целом.
Глубокие культурные изменения и фрагментация общества приводят к ослаблению государственной власти в Стране и способствуют возникновению революционной ситуации. Особенно важно то, что фрагментация общества сохраняется на протяжении всего периода культурной революции. А это только способствует успешному продвижению культурных преобразований.
Не вызывает никаких сомнений постулат, что настоящая элита является главной движущей силой исторического процесса. Особенно это важно на переломных этапах истории. Кроме того, истинная элитарность предполагает необходимый элемент жертвенности во имя той общности, которая выдвинула человека в элиту. Элемент жертвенности обязательно должен присутствовать в элите — иначе это грозит гибелью государства,
В современной американской политологии к элите причисляют людей, способных благодаря своему положению во влиятельных организациях воздействовать индивидуально, регулярно и серьезно на национальную политику. На рубеже 1980–1990‑х годов интерес к изучению элит был резко усилен начавшимися процессами бурных революционных изменений в странах Восточной Европы. Важно отметить, что поражение СССР нанесли поражение именно в культурной сфере, и, прежде всего — сознанию правящей и культурной элиты государства.
А сегодня государственные структуры Запада проявляют огромный интерес к политической и культурной элите других стран, особенно СНГ. Они отслеживают карьеры перспективных политиков и госчиновников. К тем, кто обнаруживает особенные способности с точки зрения их целей, мягко приближаются, различным образом проверяют, затем приглашают во «внутренние круги». Таким, образом, была создана оппозиция, которая впоследствии осуществила югославскую, «розовую», «оранжевую» и «тюльпановые» революции.
Псевдоэлита и экспорт революции
Для нашего исследования интерес представляет как традиционная элита, которая способна своими преобразованиями укрепить государство, так и та элита, которая работает на крушение культурных и идеологических составляющих государства. Чтобы терминология была отчетливой, введем еще одно определение — псевдоэлита. Очень часто для нужд культурной революции требуется именно псевдоэлита, способная выполнить программу по разрушению культуры, образования, смене моральных и этических ценностей. Поэтому довольно часто в современной истории при сломе старого мира элиты подменяются псевдоэлитами. Они имеют все элитарные преимущества, но не выполняют элитарных функций. Предполагается, что в определенных условиях именно псевдоэлиты способны выполнять роль основных агентов реформирования общества, и произвести необходимый институционный сдвиг в развитии обществ. Именно представители псевдоэлиты претворяют в жизнь один из главных этапов революции — крушение культурного пласта, на котором держится государство. Такая псевдоэлита была в СССР — особенно в эпоху перестройки. Благодаря ей удалось так быстро поменять идеологию, моральные и этические ценности народа. В понимании псевдоэлиты морально все, что помогает утверждать революционные ценности, а все, что опровергает эти ценности, — аморально.
Как технически осуществить проникновение псевдоэлиты в управленческий аппарат государства? Вариантов множество. Все зависит от сложившейся ситуации и финансового обеспечения мероприятия. Во — первых, это осуществляется мирным способом — путем проникновения в парламент государства. Для этой цели финансируются специально созданные политические партии. Во — вторых, очень часто осуществляется скрытое финансирование перспективных государственных чиновников и политических лидеров. И уже в крайнем случае — в качестве последнего шага — используется проведение «бархатной» революции. Но этот метод применяется тогда, когда другие способы потерпели неудачу.
Как известно, в конце 1980‑х й начале 1990‑х в СССР произошла «революция сверху». Был изменен политический и государственный строй, идеология и культура. Эта революция была совершена без насилия и даже без явного столкновения крупных социальных сил. Эффективность разрушения во многом определялась тем, что партийно — государстве иная элита СССР выступала уже в союзе с противниками государства и получили от них большие интеллектуальные, культурные и технические ресурсы.
Москва, 1980–1991 годы
К концу 1970‑х годов западные деятели холодной войны поняли, что основу советского государства составляет его партийный аппарат. Изучив досконально структуру КПСС, характер отношений между сотрудниками, их психологию, способ отбора и прочее, стратеги холодной войны пришли к выводу, что разрушить советское общество можно только «сверху» — путем разрушения партийного аппарата. Причем начать это разрушение с самого высшего уровня. Как вспоминает один из стратегов холодной войны Дж. Кеннан, политическая переориентация верхушки КПСС в конце 1960‑х годов представлялась еще нереальной, но возможность победы в холодной войне связывали именно с таким поворотом.
Возможность представилась, когда начался кризис высшего уровня власти в связи с преклонным возрастом большинства членов Политбюро ЦК КПСС. В этот период, по мнению А. Зиновьева, на Западе была разработана и осуществлена целая серия стратегических операций. Одна из них — проведение Горбачева на пост Генсека.
Итак, к концу 1970‑х на Западе был составлен четкий план завершения холодной войны. Он заключался в следующем: захватить высшую власть Советского Союза в свои руки, проведя на пост Генерального секретаря ЦК КПСС «своего» человека, вынудить его разрушить аппарат КПСС и осуществить преобразования, которые должны породить цепную реакцию распада всего советского общества. По словам А. Зиновьева, он часто участвовал в различного рода закрытых совещаниях по вопросам планирования холодной войны. Незадолго до прихода Горбачева некий сотрудник спецслужб, имевший отношение к британской «Интеллиджент сервис», сказал: «Скоро в Кремле у нас будет свой человек». Это вовсе не значит, что Горбачев был агентом западных спецслужб. Просто иностранным разведкам удалось провести на пост генсека КПСС прозападно настроенного человека. Кроме того, зарубежные аналитики составили психологический портрет Горбачева. Был сделан главный вывод: по своей природе он не диктатор, и готов к всевозможным компромиссам и отступлениям.
Проведение Горбачева на пост Генерального секретаря ЦК КПСС было фактически первой операцией в грандиозном Иране по осуществлению культурно — социальной революции в СССР. И Горбачев вполне оправдал расчеты западных политиков.
Ускорить процесс прихода Горбачева на пост генсека помогла смерть Андропова и Черненко. Если смерть Юрия Андропова можно назвать закономерной, то смерть Константина Черненко выглядит загадочно. J983 год. Черненко отдыхает в Крыму. Он весь день на море, купается, загорает. Несмотря на возраст, заплывает далеко в море и ворчит на охрану, плавающую рядом. В трех или четырех километрах от его дани располагается другой правительственный санаторий. Там отдыхает В. В. Федорчук — недавний председатель КГБ Украины, после Андропова ставший Председателем КГБ СССР (потом его назначают министром внутренних дел).
Именно Федорчук и появляется в один из летних вечеров в резиденции Черненко с увесистым пакетом рыбы из собственного улова. По словам очевидцев, ставрида была очень хороша. Свежая, жирная, чуть солоноватая. Жене Черненко рыба очень понравилась. По ее словам, трудно было оторваться. А ночью с Константином Устиновичем стало плохо. Боли в животе. Рвота. Сильное отравление. В крайне тяжелом состоянии его срочно переправляют в Москву. Что произошло? Рыба, говорят, была не слишком свежая.
Черненко с трудом откачали. Но состояние его здоровья сильно ухудшилось. Проходит время. Умирает Андропов. Черненко становится Генеральным секретарем. Снова дела позволили ему выкроить некоторое время для отдыха. И по совету члена Политбюро М. Горбачева и самого главного медика страны — академика Евгения Чазова он отправляется в высокогорный санаторий «Сосновый бор» (и это при его сильной астме!). В «Сосновом бору» Черненко смог пробыть лишь 10 дней. Он ни разу не выходил из помещения. А потом даже по комнатам начал передвигаться с трудам.
Сразу после высокогорного курорта Черненко спешно перевозят на бывшую дачу Брежнева — «Завидово». Приступы астмы становятся все чаще, хотя они раньше были редкостью. Всем ясно, что здоровье Черненко подорвано окончательно, До неминуемой смерти остается несколько месяцев.
После смерти Черненко Генеральным секретарем становится М. Горбачев, Начинается эпоха реформирования. Если припомнить, что конкретно делал Горбачев, то без особых усилий станет очевидно, что вся его деятельность была планомерным и преднамеренным разрушением партийного аппарата КПСС и развала СССР, а если подвергнуть анализу его команду, то возникает больше вопросов, чем ответов.
Секретарь по идеологии ЦК КПСС А. Яковлев, правая рука М. Горбачева, со слов председателя КГБ Крючкова, на протяжении 30 лет сотрудничал с ЦРУ. Фактически он обвинялся в шпионаже. Как чиновник он заложил основу перестройки. Не случайно его называли «архитектором» перестройки. Именно при нем начались необратимые процессы в советском обществе, приведшие к катастрофе. Именно в его бытность главного идеолога СССР началось преклонение перед Западом, причем в сфере официальной идеологии. Советским людям стали с неслыханной силой навязывать позитивный образ Запада и западофилию. Словно по теории Грамши — революция начинается с захвата культурных центров. В руках же Яковлева находилось телевидение, радио, газеты и журналы. Все средства массовой информации были в руках одного центра и подчинялись единой программе (тоталитарность контроля за прессой в годы перестройки была несравненно большей, нежели в «годы застоя»). Г. Шиллер утверждает: «Для успешного проникновения держава, стремящаяся к господству, должна захватить средства массовой информации».
Негативную деятельность Яковлева подтверждает такой пример. По данным КГБ СССР, в августе 1988 года юн прибыл в Литву и встретился там с лидерами так называемых «народных фронтов» Прибалтики. Видимо, убедившись, что их основной целью является отделение от Советского Союза, Яковлев повел двойную игру. На многочисленных митингах и встречах с литовским партактивом он произносил речи о дружбе народов, а негласно — сам инструктировал сотрудников всех этих «фронтов» по вопросам стратегии й тактики достижения власти. По мнению В. Н. Шведа, бывшего секретаря ЦК компартии Литвы, Яковлев практически дал идейно — теоретическое обоснование процессам, приведшим республику к кровавым событиям января 1990 года. Именно Яковлев первым поддержал сепаратистские настроения «Саюдиса». В ходе той поездки по Литве на встречах с представителями интеллигенции, на собрании республиканского актива, он откровенно подстрекал националистические настроения. После визита Яковлева в Литву «Саюдис», положение которого до этого было весьма неопределенным, почувствовал, что его делают главной политической силой. Лидеры «Саюдиса» взбодрились и сразу же открыто объявили, что их цель — разрушение советской империи.
Другой соратник Горбачева — министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварднадзе — мало того, что участвовал в заключении невыгодных для СССР и катастрофических для армии сроков вывода из Германии, будучи Министром иностранных дел СССР, незаконно отдал американцам значительный участок тихоокеанской территории страны. Начальник Генштаба М. А. Моисеев говорил, что в результате переговоров с Э. А. Шеварднадзе США получили право иметь П тыс. боеголовок против 6 тыс. для СССР. Я сегодня он отстаивает интересы США на Кавказе.
В числе людей команды Горбачева был Сергей Федоренко, входящий в группу советников по реорганизации КГБ, а по совместительству — агент ЦРУ с многолетним стажем.
Предателей в команде Горбачева было очень много. Но для понятия стратегии культурной революции важен тот факт, что и Горбачев, и Яковлев, и Шеварднадзе принадлежали к идеологической и культурной элите СССР.
К этому следует добавить, что способ применяемый иностранными спецслужбами, не является изобретением XX века. В 1611 году Смоленск и Москва были заняты поляками, Новгород сдан шведам, с юга наступали крымские татары. Именно тогда английскому королю Якову был предоставлен долгосрочный план захвата русского Севера и даже Поволжья. На помощь своего оружия Англия не рассчитывала: захват власти было решено осуществлять путем тайных операций. Агентура из числа британских купцов получила задание оказывать воздействие — подкупом и уговорами — на определенные группы влиятельных россиян, которые могли способствовать установлению английского протектората. Ставка была сделана на российских бояр и купцов, заинтересованных в получении личных выгод в ущерб национальным интересам. Но воплотить план в жизнь англичане не сумели.
Генштаб кайзеровской Германии весь период Первой мировой войны активно финансировал и поддерживал большевиков в России — давал деньги, направлял революционеров. И добился своего: революционная Россия подписала Брестский мир и позволила Германии избавиться от стратегической ошибки — «войны на два фронта».
Подобные мероприятия применяли и советские спецслужбы. В Л 948 году у власти в Чехословакии стоял прозападный президент Эдвард Бенеш. СССР нужно было поставить на пост президента своего человека — руководителя Компартии Чехословакии Клемента Готвальда. Была организована тайная встреча президента Бенеша с представителем спецслужб СССР. Ему было предложено с достоинством покинуть свой пост, передав власть Готвальду. Чтобы напомнить Бенешу о его тесных неофициальных связях с Кремлем, ему были предъявлены расписка на десять тысяч долларов, подписанная его секретарем в 1938 году, когда эти деньги нужны были Бенешу и его людям для переезда в Великобританию. В случае отказа Бенеша добровольно покинуть свой пост, спецслужбы угрожали ему организовать утечку слухов: об обстоятельствах его бегства из Чехословакии, об оказанной ему для этого финансовой помощи, о тайном соглашении и сотрудничестве чешской и советской разведок, подписанном в 1935 году в Москве, о секретном договоре о перевозе СССР Карпатской Украины, об участии самого Бенеша в подготовке политического переворота в 1938 году и покушения на премьер — министра Югославии. Через месяц Бенеш мирно уступил власть Готвальду.
Касаясь вопросов экспорта культурной революции, то есть когда она проводится в интересах и под полным контролем другого государства, — хотелось бы отметить ряд правил. Во — первых, культурная революция достаточно длительный процесс. Осуществляет ее псевдоэлита, наделенная элитарными привилегиями. Сценарий подобных мероприятий осуществляется несколькими труппами — из поколения в поколение. Одна группа псевдоэлит сменяет другую. Это связано с тем, что первоначальный период революции сопровождается крайне высоким уровнем ожидания быстрого улучшения общей ситуации в стране и темпов экономического развития. Когда этого не происходит, возникает общественное недовольство. Тоща на политическую арену выходит новая политическая команда. Поэтому при долговременной стратегической оперативной комбинации псеадоэлита, участвующая в культурной революции, разделяется на актуальную (играющую отведенную ей роль на текущем этапе) и перспективную (ту, которая придет ей на смену, после того как первая себя полностью дискредитирует). Лица, выполняющие подобные функции, получают определенную подготовку и продолжают дело предшествующих групп по тем же правилам. За годы сменяется, несколько групп, плюс еще две — три группы готовятся, Горбачева сменил Ельцин, президента Грузии Шеварднадзе сменил Саакашвили и т. д.
После развала СССР когда команда Торбачева сыграла свою разрушительную роль, на ее место пришла другая команда. Госкомимущество России возглавлял Максим Бойко — его отец преподавал во Флориде, в Академии ЦРУ. Первый министр иностранных дел России Козырев в открытую заявлял: «Я был единственным прозападным министром иностранных дел истории России». Когда во время своего визита в Москву бывший президент США Никсон попросил действующего министра иностранных дел Козырева очертить реальные интересы новой России, тот сказал: «Одна из проблем Советского Союза состояла в том, что мы как бы слишком заклинились на своих национальных интересах. Теперь мы больше думаем об общечеловеческих ценностях». Позднее, комментируя эти слова, Никсон заметил: «Когда я был вице — президентом, а затем президентом, я хотел, чтобы все знали, что я сукин сын и во имя американских интересов буду драться изо всех сил. Киссинджер был такой сукин сын, чему я могу у него поучиться. А этот (имеется в виду Козырев. — О. Г), когда Советский Союз только что распался, когда новую Россию нужно защищать, — этот хочет показать, какой он приятный человек».
Во — вторых. Любая революция, это часть определенного плана или сценария. Этот план может быть рассчитан на многие годы вперед — на 5, 10 или даже 50 лет. В обеспечении этого мероприятия участвуют сотни людей — ученых, дипломатов, работников спецслужб. Каждый знает только отведенную ему задачу. Естественно, со временем, план может корректироваться, частично изменяться, но основная стратегия и цель остаются неизменными. «Оранжевые» или «розовые» революции не происходят сами по себе — это часть определенного сценария, где каждый игрок знает свое; место и роль.
Дня успешного проведения революции «сверху» выполняется правило: если политические структуры государства подвержены различным — политическим или неполитическим — влияниям внутри общества, они обычно подвержены таковым влияниям и извне. В этом случае, по мнению Самуэля Хантингтона, «в них легко проникают агенты влияния, труппы и идеи из других политических систем. В некоторых случаях режим может быть свергнут путем просачивания в страну нескольких агентов и небольшого количества оружия. В других случаях свержение может произойти в результате обмена несколькими фразами между иностранным послом и горсткой недовольных госчиновников». Именно поэтому советские и американские спецслужбы тратили значительные суммы на подкуп высокопоставленных чиновников.
Внедрение псевдоэлиты в органы власти возможно только тогда, когда неустойчивы политические системы государства — то есть когда не существует отбор на каждой ступени. К примеру, правящие институты Османской империи сохраняли свою жизнеспособность и сплоченность до тех пор, пока доступ в их состав был ограничен, и кандидаты должны были проходить через многоступенчатую систему образования «с отбором и специализацией на каждой ступени». Этим институтам пришел конец, когда «стало совершенно невозможным пресекать претензии местной феодальной мусульманской знати. Последствия этого показывают, что инфляция здесь производит то же действие, что и в финансовом мире. Эти последствия не замедлили проявиться в падении дисциплины и снижении эффективности армии». Подобное происходит сегодня в России.
Культурные и политические псевдоэлиты, как правило, не внедряются и не вербуются, а терпеливо и ненавязчиво приобретаются или воспитываются. В разных ситуациях на это уходит от нескольких месяцев до нескольких лет. Сотрудникам спецслужб не рекомендуется допускать прямого грубого подкупа объекта разработки, это может Нанести ему моральный и духовный урон. Объект становится «своим», получая крупные гонорары в зарубежных издательствах за книги, за чтение лекций и т. д. В результате длительной и кропотливой работы объекту внушаются необходимые постулаты, которым в дальнейшем он должен будет строго следовать.
Обычно спецслужбы США следуют традиционной схеме. Находят в стране оппозицию или перспективных политических лидеров, обучают и финансируют их, способствуют продвижению в органы власти, используя при этом всю мощь своего культурного и экономического потенциала. А затем с их помощью осуществляют любые культурные, политические, экономические перемены в стране.
Агент ЦРУ Башир Жмайель был лидером фалангистской 4 партии и глава христианской милиции в Ливане. Будучи младшим из шести детей в семье, он был, несомненно, обречен на безвестное существование в доме своего отца Пьера Жмайеля. Поскольку, согласно древним обычаям, старший сын унаследовал руководство фалангистской партией, созданной в 1936 году как военно — спортивная молодежная организация. В 1970 году, после изучения политических наук и права в Ливане, Башир приехал в Соединенные Штаты и поступил на работу в адвокатскую фирму в Вашингтоне, где его завербовало ЦРУ. Башир не являлся подконтрольным агентом, хотя ЦРУ регулярно выдавало ему деньги и снабдило специальным закодированным псевдонимом — так что из его донесений, при самом широком их распространении, нельзя было установить личность автора. Вначале плата носила почти символический характер и не превышала стоимости его информации.
Но в 1976 году, после того как Башир бросил вызов обычаям своей страны и взял на себя командование милицией вместо старшего брата, его значение для ЦРУ и гонорары повысились. Значение Башира, качество и охват его донесений значительно возросли. Вскоре ЦРУ уже считало его ценным агентом с «региональным влиянием». В то же время в самом Ливане он становился лидером с большой привлекательной силой и патриотическими помыслами, который вел речь о «новом Ливане».
6 июля 1982 года Израиль вторгся в Ливан. Человек ЦРУ в Ливане Башир Жмайель установил тесные связи с министром обороны Израиля Шароном и израильской разведкой Моссад. Через два месяца после вторжения Израиля Башир был избран президентом Ливана. Становясь при Башире стратегическим союзником США, а с ним и Израиля, Ливан тем самым нарушал равновесие сил в регионе. Сирия и СССР не выражали особого восторга по поводу этих событий.
Столкнувшись с рядом внутренних и внешних врагов, Башир передал в ЦРУ просьбу предоставить ему тайную помощь в деле обеспечения безопасности и снабжения разведывательной информацией. Но открытая помощь исключалась. Необходима была тайная операция. Предстояло передать новейшее оружие, а также оборудование для электронного слежения и линий связи. Рейган утвердил директиву о проведении операции поддержки с первоначальными расходами на сумму около 600 тысяч долларов. Планом предусматривалось быстрое увеличение этой суммы до 2, а возможно, до 4 миллионов долларов в год. Но 14 сентября — за девять дней до вступления в должность президента Ливана — Башир Жмайель был взорван экстремистами.
Хорошо известно, и об этом не раз писали в печати, что после 1991 года некоторые «способные молодые люди» отправились из Москвы и стран СНГ в Европу и Соединенные Штаты Америки для «повышения квалификации в области политологии». Многие после учебы на Западе заняли ведущие места в политике и бизнесе на постсоветском пространстве.
Сегодня «новое» поколение, получившее образование в США и в Европе, устраивает революции, сбрасывая с пьедесталов вождей, пришедших к власти еще в советскую эпоху и ставших лидерами новых государств после августа 1991 г. С этими «новыми» приходит новая культура, новые моральные и нравственные ценности, новые ориентиры во внешней и внутренней политики. И, как правило, за их спиной стоит западный мир и сам «оплот демократии» — США. Они нынче выдают «разрешение» на революцию. «Оранжевые», «розовые», «тюльпановые» революции — это всего лишь один из этапов глобального проекта под названием «культурная революция». Она происходит по всему миру, и псевдоэлита занимает в этом проекте основное место.
Почему мы называем новую элиту псевдоэлитой? Это связано с тем, что ее энергия направлена на создание нового общества с ориентиром на западные ценности и культуру, а не на поддержание традиционных культурных ориентиров.
Причем на место традиционной, классической культуры приходит совсем не более высокая культура. Псевдоэлиты чаще всего не свободны в принятии тех или иных важных политических решений, поскольку многие из них финансово зависят от Запада. Имея огромные личные банковские счета в зарубежных банках, псевдоэлита часто подвергается элементарному шантажу. Ей угрожают заморозить вклады или прекратить финансовую помощь режиму, если действия псевдоэлиты будут идти вразрез с интересами Запада. Но этот шаг скорее исключение, чем правило. Обычно, пребывая за рубежом, псевдоэлита «обрабатывается», воспитывается и проверяется на различных мероприятиях так, что в дальнейшем никаких проблем с ее использованием не возникает.
Сегодня технология подготовки будущих руководящих кадров политических партий и государственных чиновников для других, более слабых в экономическом и военном отношении стран поставлена на поток. Она проводится с использованием всего накопленного опыта информационно — психологических технологий, с огромной финансовой подпиткой. «Подготовка кадров» неизбежно включает в себя денежные дотации, бесплатные зарубежные поездки, обучение, снабжение оргтехникой и т. д. Короче говоря, происходит самое настоящее «выращивание» агентуры, для виду прикрытая обучением ведению партийных или профсоюзных дел. И здесь речь идет не о подготовке шпионов, т. к. порой важнее создать сеть своих агентов влияния, которые проводили бы нужную для революции политику.
Россия, 1990–1991 годы
Заранее предупреждаю, все, что изложено ниже, — всего лишь версия, основанная на информации, полученной автором из различных источников. Проверить их правдивость по понятным причинам не представляется возможным. Но думаю, что больших ошибок, которые могли бы принципиально повлиять на выводы, нет.
В начале 1980‑х экономика СССР находилась в глубоком кризисе. Уже начиная с 1979 года, половина страны находилась на карточках. Юрий Владимирович Андропов тогда и пришел окончательно к необходимости проведения экономической реформы. По воспоминаниям работника МИДа Олега Гриневского, Андропов говорил: <гМеждународная обстановка перенапряжена. Пожалуй, впервые после Карибского кризиса Соединенные штаты и Советский союз уперлись лбами… А мы… экономика в плачевном состоянии — ей нужно придать мощное ускорение… Будем сильными — нас будут уважать и про права человека не вспомнят. Не будем сильными — все развалится».
Стратегической задачей Андропова было проведение глобальных экономических реформ. Размышляя о варианте Андропова, можно сказать, что реально он был ближе всего к модели реформ, которая была проведена в Китае Дэн Сяопином. Смысл китайской модели заключался в том, чтобы, сохраняя политические устои государства, постепенно вести преобразования на основе экономических реформ, развития многоукладной экономики, введения рыночных отношений под контролем государства, пресекающего казнокрадство и коррупцию.
По указанию генерального секретаря ЦК КПСС была собрана группа экономистов во главе с академиком Станиславом Шаталиным, Им надлежало изучить возможность внедрения рыночных элементов в советскую экономику, опираясь на соответствующий опыт стран социализма — Венгрии, ГДР, Польши и Югославии. По другим источникам, в ЦК КПСС была создана еще одна экономическая группа под руководством Н. Рыжкова. Но не исключено, что было создано несколько групп, занимающихся не только экономикой. В это же время согласно версии проф. Кожанова, Гайдар и Чубайс поступили на службу в экономическую комиссию при Политбюро. Кроме них, называлось еще несколько фамилий, занимающих сегодня видное место в политической и деловой жизни России.
Перед Андроповым встал вопрос: а где взять профессиональных специалистов по экономике? Большинство видных советских экономистов было ориентировано в рамках соцэкономики и не имели опыта и знаний по вопросам рыночных отношений. Андропов пришел к необходимости готовить новые кадры экономистов самостоятельно. В СССР воспитать такого рода специалистов было нереально. Тогда решили направить на учебу за рубеж группу молодых экономистов, умеющих мыслить по — западному, не загруженных идеологическими догмами.
По замыслу Андропова, подготовленные на Западе экономисты должны были освоить эффективные рыночные механизмы и ценности. Они должны были получить новые экономические знания и на основе их провести экономические преобразования в СССР. В качестве ВУЗа для новых экономистов решили использовать один из популярных западных экономических институтов. Контроль за деятельностью проекта был возложен на КГБ СССР.
Подобный случай уже был в практике СССР. В 1965–1966 годах так же остро стоял вопрос о необходимости экономических реформ. В ЦК КПСС решили, что нужно отправить в Гарвард (США) нескольких молодых ученых — перенимать опыт. Советские специалисты учились менеджменту и маркетингу по индивидуальной программе в течение года. Но после окончания учебы их знания оказались не нужны в СССР, поскольку начавшаяся было реформа была свернута, и американский опыт уже никого не интересовал.
Итак, по приказу Андропова выявили талантливых, идеологически не зависимых молодых экономистов и экономистов — математиков, обеспечили их взаимодействие с институтом. (По данным газеты «Стрингер», среди отобранных на учебу был А. Чубайс.) Занятия проходили в виде ежеквартальных семинаров, на которые приезжали наши экономисты в сопровождении сотрудников КГБ и встречались там с западными «специалистами по управлению», половина которых была офицерами западных спецслужб.
Американцы, безусловно, догадывались, кого и зачем они обучают. Более того, в начале 1990‑х они уже полностью перехватили управление советскими специалистами. Скорее всего, они уже все знали, причем во всех деталях. Их интерес был прост — поставить под контроль будущую элиту России.
Андропов правил недолго. В марте 1984‑го его похоронили. Вся его программа сломалась, процесс вышел из — под контроля и стал стремительно развиваться по собственным законам.
Молодые экономисты, в которых изначально были заложены прозападный образ мыслей (ведь по этим признакам их отбирали) очень быстро и очень четко осознали, какой линии поведения им следует придерживаться. Поэтому реформы они проводит по западному образцу, невзирая на интересы государства, тем более что за спиной у них была вся мировая финансовая мощь.
Косвенным доказательством всему этому может служить переписка между первым замминистра финансов США Лоуренсом Сомерсом и Анатолием Чубайсом. Например, в письме от 11 апреля 1997 года были не просто рассуждения об экономической ситуации в России, а инструкция по внешней и внутренней экономической политике в РФ. В своем письме г-н Сомерс коснулся четырех экономических проблем России: налогового кодекса, соглашения о разделе продукции в нефтяной промышленности, перспективы вступления России во Всемирную торговую организацию и вопрос с поправкой Джексона — Вэника. В послании из США А. Чубайсу даются указания так построить налоговую систему по отношению к товарам из СНГ, чтобы повысить конкурентоспособность западной продукции. По словам г-на Сомерса, российская налоговая система «является одним из основных объектов внимания в ходе нашей работы по оказанию технического содействия, включая план действий в области налогообложения, разработанный консультантами МВФ и США». Американский чиновник откровенно говорит о том, каким ему представляется будущее Госналогслужбы, налоговой полиции и Таможенного комитета РФ. Происшедшие далее события показали, что многие рекомендации Минфина США выполнены или приняты к исполнению. Это касалось и налогового кодекса, и соглашения о разделе продукции и т. д. Хотелось бы обратить внимание на одно обстоятельство: текст письма создает впечатление, что Саммерс и Чубайс ведут переписку о давно проговоренных и хорошо известных обоим чиновникам вещах. Напомним, что в этот момент А. Чубайс занимал должность первого вице — премьера правительства РФ.
Ранее приказом А. Чубайса от 5 октября 1992 года в Госкомимуществе была создана специальная экспертная комиссия, которой было поручено «в обязательном порядке рассматривать все проекты указов президента России, постановлений правительства, распоряжений председателя и заместителей председателя Госкомимущества по поводу определения специфики приватизации в отдельных отраслях народного хозяйства, создания холдинговых компаний и передаче управления предприятиями (пакетами акций в траст)». Заместителем председателя этой комиссии был назначен Джонатан Хей, кадровый разведчик ЦРУ. В ее состав были введены еще четыре иностранца. Исходя из этого положения, американцы рассматривали и могли изменить проекты указов президента России и постановления российского правительства.
И это еще далеко не все. Если подробно рассматривать команду Андропова, тех людей, с которыми он был связан совместной работой, кому помогал продвижению по службе, то возникает больше вопросов, чем ответов. Бывший президент Грузии Шеварднадзе был ставленником Андропова на посту Председателя КГБ Грузии, затем 1‑м секретарем ЦК Грузии. Гейдар Алиев — бывший президент Азербайджана. Был Председателем КГБ Азербайджана, затем был переведен в ЦК КПСС. Аркадий Вольский — ныне руководитель «Российского союза промышленников и предпринимателей» — был помощником Андропова по экономическим вопросом. Джохар Дудаев — бывший президент Чечни, был агентом КГБ с многолетним стажем… Его Андропов лично представлял Брежневу на должность командующего дивизией дальней авиации. Все, кто входил в группу Ю. В. Андропова, так или иначе заняли большинство руководящих постов в государственных структурах и бизнеса России.
Подобные технологии «по подготовке кадров» до мелочей отработаны спецслужбами Запада. Например, сегодня лидер Грузии М. Саакашвили и лидер украинской оппозиции президент Украины В. Ющенко обучались и работали в США. Оба женаты на иностранках. Более того, у Ющенко жена долгое время работала в различных госучреждениях США. Большая половина высших госчиновников СНГ и России прошла обучение в США. Президент Литвы Адамкус — литовец американского происхождения.
По данным, сообщенным министром иностранных дел Латвии, только в период с 1985 по 1992 год Запад (прежде всего США) инвестировал в «процессы демократизации СССР» 90 миллиардов долларов. Дело дошло до того, что Фонд Конгресса США в 1990 году проводил инициативное финансирование Межрегиональной депутатской группы Верховного Совета СССР. И не случайно, наверное, на этот период приходится принятие Декларации о независимости РСФСР. Принятие этого документа можно назвать мирным переворотом.
Сегодня на Западе рассекречивают и публикуют многие документы холодной войны. Видно, какая это была грандиозная программа, сколько в нее было вложено денег и какая огромная армия специалистов работала. Именно за время холодной войны были отработаны и опробованы технологии революций, которые успешно применяются не только на постсоветском пространстве, но и во всем мире.
Мероприятия по разложению интеллигенции, госчиновников, большей части населения
В ходе проведения культурной революции, возникает вопрос, почему госчиновники активно не противостоят преобразованиям, разрушающим их государство, культуру и образ жизни? Это связано со многими причинами. Во — первых, новая власть приводит на высокие посты в управлении страной свою команду чиновников, активно участвовавших в революции. Во — вторых, большая масса мелких государственных чиновников, активно не участвовавших в революции, производит разрушение «старой» культуры. И это разрушение они рассматривают, как исполнение своих чиновничьих обязанностей, добросовестно вносят в свою работу коррективы в духе новых установок; Это связано с тем, что культурная революция не сразу обнаруживает свою неприглядную сущность. Ведь каждое мероприятие в отдельности не выглядит как революция, а связь этих разрушительных действ не обнаруживается очевидным образом. В-третьих, как мы уже писали, культурная революция вначале происходит как совокупность сравнительно мелких преобразований внутри государственного аппарата, причем на высшем уровне (революция «сверху»), Если при этом происходит какая — либо борьба, то она не выходит за рамки госаппарата. Все компоненты осуществления культурной революции постепенно сверху спускаются в низшие инстанции и охватывают всю систему власти.
Кроме того, любые перемены и реформы в обществе порождают коррупцию среди чиновников. Это связано с рядом причин. Во — первых, перестройка общества связана с изменением базовых ценностей общества. А конфликт между современными и традиционными ценностями открывает для чиновников возможность действовать, не считаясь ни с теми, ни с другими.
Реформирование способствует развитию коррупции еще и тем, что создает новые источники обогащения и пути к власти, пользуясь тем, что еще недостаточно разработаны нормы и правила нового общества. Коррупция в этом смысле есть прямой продукт формирования новых элитных групп — с новыми ресурсами и стремлением этих групп обеспечить себе влияние в политической сфере.
Засилье в стране иностранного бизнеса особенно способствует распространению коррупции. И 4 это естественно, т. к. иностранцы не испытывают угрызений совести, нарушая нормы чужого общества.
Грузия, 2004 год
В Грузии поем «оранжевой» революции был создан специальный Фонд развития и реформ, из которого 'высшее руководство и члены правительства Грузии будут получать солидные долларовые надбавки к существующим должностным окладам. По предварительной информации, президент Михаил Саакашвили, председатель парламента Пино Бурджанадзе и премьер — министр Зураб Жвания, кроме начисляемой из бюджета Грузии зарплаты, ежемесячно будут получать из нового фонда по 1500 долларов каждый. Рядовые члены кабинета и Генеральный прокурор республики будут получать 1200 долларов ежемесячно. Всего в орбиту новой схемы финансирования попадут около 5 тысяч государственных чиновников. Доя создания грузинского Фонда развития и. реформ американский финансист Джордж Сорос и Программа развития ООН уже перечислили по миллиону долларов каждый. Более того, о своем желании поучаствовать в материальной поддержке должностных лиц Груши, выделяя на это не менее 3 млн долларов, объявили еще две крупные американские корпорации. Следует добавить, что именно Сорос обвинялся в финансировании «революции роз*, приведшей к власти правительство Саакашвили.
Мощным оружием по разложению культурной и политической элиты является тщеславие. Опыт показывает, что многие влиятельные люди поддаются ему с поразительной легкостью и силой. Платой за сотрудничество с новой властью стало то, что бесчисленное множество людей, ранее не имевших шансов сделать карьеру и получить материальное благополучие, получило возможность занять посты во вновь сформировавшейся системе власти со всеми привилегиями и источниками доходов. Кроме того, каждого человека тайно грызет червь антигосударственного чувства, ибо любая власть давит Да и объективные основания для недовольства всегда имеются.
Опыт последних лет показывает, что союзниками всего «нового», революционного становятся, прежде всего, образованные и интеллигентные люди, занимавшие сравнительно высокое положение в обществе. За свое сотрудничество с революцией они получают возможность приспосабливаться к новым обстоятельствам, становиться известными, делать карьеру, получать большие деньги в виде баснословных гонораров. Так было и в СССР. Видные деятели интеллигенции целенаправленно и методически убеждали граждан в негодности всех устоев советского порядка. Переход на сторону противников СССР совершили, прежде всего, высшие руководители страны, работники партийного аппарата, идеологические вожди и представители интеллектуальной элиты.
Один из приемов, применяемый культреволюционерами, — выделить личности, особенно в сфере науки, культуры, идеологии, которых можно противопоставить прочей массе их коллег и сослуживцев. Их превозносят в средствах массовой информации и печатают за границей, устраивают выставки их произведений, награждают различными международными премиями, приглашают к себе, платят большие деньги. В результате они превращаются в вольных или невольных сторонников революции. Один из признанных в мире специалистов в области управления С. Паркинсон как — то сказал: «В динамическом обществе искусство управления сводится к умению направлять по нужному руслу человеческие желания. Те, кто в совершенстве овладел этим искусством, смогут добиться небывалых успехов».
Во всех развитых странах «приручение» высшей научной элиты, является важной задачей властей. Блага и почести, которые достаются представителям этой элиты, порой не соответствуют их положению как научных исследователей. Их задача — освещать политические решения. Аналогичным образом культурная революция резко усиливает свои позиции, если ей удается вовлечь известных ученых. Одобрение ученого носит харизматический характер. Жонглирование образом объективной, беспристрастной науки служит главной цели технологов культурной революции — нейтрализовать, отключить воздействие на человека моральных ценностей как чего — то неразумного в серьезном деле, сделать человека беззащитным перед внедряемым и в его сознание новыми доктринами.
Здесь хотелось бы отметить еще один факт, очень важный для технологов культурной революции: национальная культура теперь нацелена не на создание ценностей и на развитие науки, искусства, образования, нравственности и так далее, «а на их интерпретацию, с последующей организацией общественного сознания и разработку современных технологий, необходимых для этого, и построение структур власти нового типа. Естественно, такого рода деятельность могла начаться, лишь при использовании проверенного веками средства авторитета».
Именно благодаря двойственной роли авторитета демократам удалось прийти к власти в СССР. По мнению ряда культурологов, между двумя средствами достижения власти — легитимным и противозаконным — авторитет занимает промежуточную позицию. Сильнее всего он проявляется именно в сферах духовной жизни общества — в культуре, искусстве, образовании. Следует заметить, что на сегодняшний день его функции в качестве средства достижения власти мало изучены. И практически никто, слыша фразы типа: «авторитетная передача», «авторитетный ученый», «по мнению специалистов» — не связывает их с истинным определением понятия «авторитет». Суть в том, что эти лица или группы авторитетных лиц — обладают возможностью, не прибегая к какому — либо насилию, направлять и организовывать поступки или мысли другого человека.
Многие исследователи считают, что само появление фактора авторитетности в культурной сфере связано с ограниченностью возможностей человека осознавать многие процессы, происходящие в мире и обществе. Это касается как проблем понимания политических, культурных, экономических процессов, происходящих в мире, так и невозможности осмысления их человеком. То есть: чем меньше мы знаем о мире и о себе, чем меньше мы причастны к происходящим событиям, тем больше мы начинаем ценить тех, кто нам эти сведения растолкует. Ученый ли, или любой источник информации будет для нас авторитетным.
Если человек понимает, почему та или иная структура, то или иное лицо для него и для общества в целом значимы, — то такой авторитетный элемент культуры является легитимным. Легитимный авторитет — это как бы выдача обществом знака доверия данному человеку или явлению, некий пропуск в духовную жизнь людей. Например, авторитет Эрмитажа или Большого театра, академика Ю. Лотмана или Д. Лихачева, артистов Ростроповича и Спивакова. По мнению ряда культурологов, авторитет в культуре начинает обладать статусом закона, смыкаясь с его инструментальными формами. Поэтому не случайно в первых рядах всех «оранжевых», «розовых» или «тюльпановых» революций можно встретить представителей культуры и общественных деятелей (писателей, ученых, певцов, композиторов и т. д.). Именно их авторитет помогает оппозиции привлечь на свою сторону большую часть пассивного населения.
Возникает вопрос, почему в условиях проведения культурной революции не возникают народные волнения? Что касается массы населения, то она — по своему положению в обществе — воспринимает действия властей как новый курс, не ведущий к краху. Любые перемены, особенно если они активно пропагандируются через СМИ, народом воспринимаются как шаг к улучшению жизни. Кроме того, необходимо учесть, что в течение нескольких лет культреволюционерами осуществляется идеологическое разложение населения и преднамеренное моральное разложение всех слоев общества путем навязывания другой системы ценностей. В результате — широкие слои населения оказываются деморализованы и находятся в состоянии идейной и психологической растерянности. Кроме того, большая часть населения уверена в том, что власть выполняет свой долг, и доверяет власти. Как показывает мировой опыт, обычно, чтобы снизить притязания и бунтарский дух народа, необходимо попросту затруднить жизнь людям. Чтобы они размышляли, как прожить завтрашний день и прокормить семью, а не о том, кто виноват, иго они оказались в такой ситуации.
Нередко для скорейшего слома традиционной культуры и жизнеустройства общества используется преступный мир. Преступники нужны для выполнения грязной работы по разрушению нравственных и моральных устоев государства. Это было сделано, например, в ходе горбачевской перестройки. Социальный хаос — питательная среда преступного мира. И очень часто этот хаос используют революционеры в своих усилиях по подрыву государства.
Итак, подведем итоги. В современном мире существуют такие технологии проведения революций, которые позволяют странам с высоким уровнем экономического и военного развития не только менять правительства и президентов по своему усмотрению, но и решать судьбу народов и стран. «Революция роз», «оранжевая», «тюльпановая» революции идут по миру, сметая на своем пути правительства и президентов, разрушая традиционную культуру, меняя нравственные и этические ценности. Экспорт революции угрожает всему миру. Более того, постепенно он превратился в высокооплаченный бизнес. Американцы обучили югославскую оппозицию, югославы обучили грузин, грузины помогли Ющенко совершить «оранжевую» революцию и т. д. Технологи по экспорту революции разъезжают по СНГ, помогая оппозиции крушить режимы. Сегодня ни одна страна в мире не в состоянии обеспечить себе безопасность от революционных потрясений. Если она получила «черную метку», то все зависит от срока — год — два или 5–10 лет, но в конечном итоге революция или переворот будет проведен. Но если проанализировать мировой опыт, то «бархатные» революции — это скорее исключение, а не правило, присущее лишь слаборазвитым странам. Но даже там они проводятся тогда, когда другое способы захвата власти оказались неэффективными. В современном демократическом мире преобладают другие, более мирные формы революций.
При этом смена элит происходит не только на постсоветском пространстве, но и во всем мире. Уходит «старая» элита, которая сформировалась во времена холодной войны. На ее место приходит новая, более циничная и беспринципная элита, с другими ценностями, с другой моралью и культурой. Традиционная культура разрушается не только в слаборазвитых странах. Культурная революция медленно и уверенно движется по всему миру, охватывая Великобританию, Францию, США, Японию и т. д.