— Спорим, я знаю, что сейчас будет? — даже убивая врагов, Лютый находил время и силы, чтобы язвить. — Эй, чешуйчатый, это случаем не твой родственничек?
— Мой, Карел Лангран, лорд Варлах. Оборотень, вербер. Не женат, есть старший сын, говорят, недавно встретил истинную. Я Вареса ещё не видел, сам не спрашивал. — Исчерпывающе ответил наг, продолжая скользить рядом, со своим странным оружием, которым и колол, и разрубал врагов.
Я вскинула голову, для этого странного вербера и Мириэль, мира вокруг словно не было. На того, кто попытался напомнить мужчине о сражении вокруг, рыкнули настолько свирепо, что тот чуть не упал.
— Только этого нам не хватало. — Простонал наг. — Карел встретил истинную. Он теперь невменяем, и будет уничтожать до последнего всё, что посчитает угрозой для неё.
— И в чём проблема? — удивился Лютый, на выдохе разрубая дроу из второго дома. — Нашёл чего жалеть! Врагов вон немерено.
Вдруг атакующая линия работорговцев по сигналу отступить резко откатилась назад, оставляя широкую, в несколько десятков метров, полосу. Меня охватило дурное предчувствие. Которое подтвердилось, стоило из рядов противника выйти фигурам в кожаных масках и со слюдяными вставками, прикрывающими глаза.
— Менталисты! Вырубить эту мерзость к демонам! — заорала я, выбегая из строя далеко вперёд.
Обе звёзды менталистов начали соединять силы для удара, до этого момента они действовали поодиночке, потому что места для построения звёзды просто не было. Но я понимала, что мы не успеваем. Какие-то шары на цепочках, что несли в обеих руках эти недоделанные алхимики, уже начали испускать ядовито-жёлтого цвета дым, видимый даже в свете ночного боя.
Эти алхимики шли широкой церью по всему фронту. Всё, что я могла сделать, это призвать ушедших. Но после того, что я сама только вернулась с грани, моих жизненных сил явно не хватало.
Подскочивший Тинарис быстро что-то начертил вокруг меня. И сцепился с каким-то безумцем, прибежавшим с той стороны.
Я вливала силы в тёмный туман, что вставал тонкой завесой. За собственным телом я наблюдала как будто со стороны и одновременно, чувствуя всё, что происходит. По жилам прокатилась свежая, яркая сила, напоминающая весенний ручей. Это Ранель, распоровший ладонь, прижал её к линиям, нарисованным нагом.
Уверенное течение, словно спокойная река. Это Лютый сменил внука за моей спиной.
Древняя мощь и скрытая в крови сила, отозвавшаяся теплом змеиного браслета. Рядом с Лютым прижал свою руку Тинарис.
Неожиданное ощущение спокойствия, словно встала на берегу моря и смотришь на бескрайние водяные поля. Обдавшая с ног до головы волна. Ильрейс.
И я вижу, ощущаю, кожей чувствую напоминающий гул голос ветра, и стремительно темнеющую занавесь передо мной.
— Моя госпожа, — тихим шепотом в волосах и отблеск изумрудных искр.
И туман душ ушедших колыхнулся и сорвался, обрушиваясь лавиной на ряды работорговцев. Железные шары, источающие ядовитый дым, упали на землю. Но чёрный туман не пропускал его к нам, гоня на самих работорговцев. И вслед, два слитных удара звёзд менталистов.
Ильрейс, что-то нажала на своем посохе, её рука закрылась изогнутыми пластинами, как двойным эфесом, из концов посоха выскочили лезвия крестовиной. Правящая легко скинула верхнее платье, оставшись только в костюме тени. И первой сделала шаг в сторону врагов, увлекая за собой остальных.
Противопоставить больше ничего работорговцы не могли. Они не успели отойти от мести ушедших и собственного ядовитого дыма, как получили удары менталистов. И тут же столкнулись с разъярёнными воинами союза.
Выжившие сдавались без сопротивления. К моему удивлению, здесь оказались даже дроу из верхушки первого, правящего дома, находящегося в родстве с Лангранами. Не меньшим шоком это было и для самих Лангранов.
Ну, наверное, кроме того самого медведя. Который сейчас именно зверем и тёрся рядом с Мириэль, то утыкаясь мордой ей в ноги, то вылизывая руки и позволяя себя тискать к восторгу самой Мириэль.
А вот нам предстояло ещё одно дело. Раз уж второй дом так в открытую заявил о своей позиции, то я воспользовалась этим шансом. Отобрав личные амулеты переноса у белознаковых, и расширив их при помощи менталистов, мы прошли на территорию этих учёных.
Помимо дроу пятого дома, здесь были оборотни и несколько нагов. В коридорах дома мы натолкнулись на ожесточённое сопротивление. Хвала Прядильщице, что второй дом, давно видимо забыл о кодексе дроу, променяв тренировки на опыты. Этажи дома очищались быстро.
Благодаря менталистам мы находили скрытые проходы и ловушки достаточно легко. Пока не пришли в зал, из которого шли несколько ответвлений.
— По два менталиста на каждую группу! Расходимся! — скомандовала я.
Здесь дроу встречались реже. Видимо основные силы вывели на поле, а оставшиеся оказывали сопротивление наверху. Столы, перегонные кубы, какие-то колбы, записи, операционные. Странные, но хорошо узнаваемые. Я толкнула последнюю дверь и зажала себе рот рукой, чтобы не закричать. Я без подсказок узнала лаборатории, о которых говорил Феникс.
Но меня здесь, кажется, знали и ждали.
— Госпожааа, вы обещали! — напоминали мне со всех сторон.
Дроу, наги, оборотни, люди. С переломанными и сращенными под немыслимыми углами конечностями, с приживленными конечностями насекомых, жалами, мандибулами вместо нижней челюсти.
Если ад существует, то я была на его пороге.
— Госпожа! Вы пришли! — донёсся знакомый голос.
— Феникс! Где ключи? — хотела вцепиться я в решетку его клетки.
— Осторожно госпожа. Видите шипы на прутьях? Они проткнут вам руки и впрыснут яд в кровь. Не смертельно, но очень болезненно. А ключи вон, расположены так, чтобы мы их видели. — Предупредил меня Феникс.
Я взяла ключи и начала открывать клетки, начиная от самых дальних, где бились об ядовитые прутья те, кто давно потерял разум от бесконечной боли. Верная данному слову, я шла от клетки к клетке, повторяя одну и ту же фразу.
— Может, останешься? — и каждый раз получала отрицательный ответ.
Кроме феникса остался только один парень. Из открытой раны на позвоночнике торчали огромные паучьи лапы, каждое шевеление, выламывало ему хребет, заставляя рану кровоточить.
— Неудачный эксперимент. — Тихо, еле слышно, сказал он. — Не переживайте и не плачьте, илая. Вы подарили нам свободу и покой, наши души в неоплатном долгу перед вами.
Он сам приставил ослабевшую руку с сарксом к своей груди и резко надавил, пробивая свое сердце. Я замерла, глядя прямо в затухающие глаза.
— Какая же ты всё-таки тварь! Все твои слова ложь, от первого до последнего слова! — раздалось шипение с порога. — Ничем не лучше остальных! Я не верю, что богиня могла связать меня с тобой!
— Тинарис, стой идиот! — кинулся было за ним незнакомый парень, но остановился. — Я ему потом расскажу, какой он дурак, леди. Вам помочь? Думаю, этот юноша сам до портала не дойдёт. Я Леройд, Терин Леройд.
— Мне ни о чём, это не говорит. — Призналась я. — А помощи буду благодарна.
— Это прекрасно, что ни о чём не говорит. — Улыбнулся мне этот парень и начал помогать вытаскивать Феникса.
Тому действительно было не сладко.
— Недавно заново изучали. — Объяснил он, поймав мой взгляд.
Ноги его почти не слушались. Новому знакомому приходилось его почти волоком тащить на себе, и степень моей благодарности к этому человеку было сложно представить.
У портала Феникса приняли наши воины. Мы ушли обратно, одни из последних, как мне доложили. Проследив, чтобы Феникса расположили со всеми удобствами, я пошла на кухню.
Ещё когда готовила, видела здесь ягодное вино. Прихватив сразу четыре бутылки, я отправилась в сад. Другого способа не сойти с ума от воспоминаний я не знала.
К концу первой бутылки, пришёл глюк-собутыльник. Точнее собутыльница. Красивая, кареглазая и темноволосая девушка.
— Привет! Так ты и есть сестра Айриль, которой нужна помощь? — спросила она.
— Какая из? Приметы сестры? — я уже плохо владела языком.
— Не признает оружия. — Усмехнулась она.
— А! Тогда это к Мириэль. Если выцарапаешь её из медвежьих лап. — Определилась я — А ты кто?
— Селена Лангран, — улыбалась девушка, присаживаясь рядом. — Ты так расстроилась из-за лабораторий или непонимания брата?
Девушка провела по потускневшему браслету змея.
— Если ты Лангран, то почему герб моего дома на руке? — ткнула я в черную орхидею на её коже. — А наг, свалил и слава богам.
Глава 48.
Лилит.
— Не спеши, пожалуйста. Тин, он очень молод и вспыльчив. У нас если какая драка проходит без его участия, то только потому, что его в это время просто рядом нет. — Рассмеялась Селена. — Просто представь, что он увидел. Ты и убиваешь дроу сарксом. А мы знаем, что такое происходит, только если мужчина-дроу делает предложение.
— Тогда он вдвойне идиот. Саркс мой, точнее моего мужа. У меня на руке браслет, значит, муж жив. Пока ещё.
— А что такое? Ты мрачнее грозовых туч стала. — Девушка обняла меня за плечи, не смотря на то, что мы были почти незнакомы.
И сама не понимая почему, я ей честно и без утайки рассказала, как очнулась в потоке душ, как меня выловил незнакомый мужчина, как я дала ему имя и отобрала кинжал. Как сама не заметила, как прикипела, как приняла и сердцем, и душой, что это первый и единственный мужчина, вызвавший такие чувства к себе.
Что, очнувшись, пришлось разгребать весь тот бардак, что творился в Дроумвире, как влезла во все разборки с домами, чтобы найти своего мужчину. К концу моего монолога, Селена не знала только о моей жизни до того, как я оказалась в потоке душ.
— А сейчас единственная надежда найти, это тот парень, Феникс. Но ему самому нужно хоть чуть окрепнуть. Меня до сих пор трясёт, как вспомню, что творили вторые в своих подвалах. — Закончила я.
— Да уж. А тут ещё и брат со своей истерикой и обвинениями. Смылся куда-то, ну да ничего. Уверена ему будет очень больно за свои слова. Поверь, у меня тоже с одним из мужей вышла размолвка в начале супружества. А Фениксу я постараюсь помочь. — Селена, действительно оказалась очень светлой девушкой. — И потом, я так поняла, что этот неучтённый дом, это дом, организованный рабовладельцами? Так что идти туда нужно с большим отрядом, а не кидаться в одиночку. Что ты одна сможешь сделать с целым домом?