ящных Искусств, покровительствовала композитору Д.А. Россини.
Младший из воспитанников графа Федора Григорьевича Орлова, Федор (1792–1834) заслужил самые удивительные награды – был посмертно увековечен в произведениях русской классической литературы.
Он получил домашнее образование: «По российски, по французски и по немецки читать и писать умеет и часть математики знает». Вступил в службу колонновожатым в свиту императора по Квартирмейстерской части 7 июня 1806 г. и принимал участие в походе в Финляндию: «1808 года Февраля с 8 числа был в походах против шведов, где в разных сражениях с неприятелем находился». За отличие Федор был произведен в подпоручики 18 октября 1808 г., переведен в Лейб-Гвардии Конный полк корнетом 17 апреля 1809 г., «списан 8 ноября 1811 г. в отставку за болезнью с чином порутчика» и поселился в Москве.
Федор отличался горячим характером, играл в карты, и старший из братьев Орловых, Алексей Федорович следил за его благонравием. 23 января 1812 г. высшее общество было потрясено событием. А.Я. Булгаков записал в дневнике 24 января 1812 г.: «Вчера младший сын графа Федора Григорьевича Орлова, Федор, проиграв 190 тысяч в карты, застрелился; но как пистолет был очень набит и заряжен тремя пулями, то разорвало ствол и заряд пошел назад и вбок. Убийца спасся чудесным образом; однако ж лицо все обезображено, и правое плечо очень ранено. Он останется жив, однако. Странно будет лет через 20 сказать: вот человек, который в 1812 году застрелился».
Как вспоминал полковник И.П. Липранди, «Ф.Ф. Орлов начал службу в конной гвардии, но по какой-то причине: по любви ли, или вследствие проигрыша, ему пришла мысль застрелиться, и он предпринял исполнить это с эффектом, в особом наряде и перед трюмо. Сильный заряд разорвал пистолет, и пуля прошла через подбородок и шею. Его вылечили, но шрам был очень явствен. Он был переведен тем же чином, корнетом, в Сумской гусарский полк, и в 1812 г. очень часто приходилось ему быть ординарцем у Дохтурова…»
Сумские гусары были знамениты своим удальством и в то же время книгочейством и философскими спорами на воинских бивуаках. Федор отличился в сражении при Молевом Болоте 27 июля 1812 г. «Фланкеры Сумского полка под командою испытанного в боях, но юного Орлова бросились вперед и первые схватились с неприятелем. Бой вновь закипел. Сумцы, а рядом с ними изюмцы, понеслись на два гусарских и один уланский неприятельские полки. Удар был смертелен. Французы не выдержали и бросились назад. Сумцы у Рудни захватили обоз и канцелярию французского генерала Монбрена». В составе полка Федор принимал участие в Бородинском сражении 26 августа и «подскакав к французской коннице, убил из пистолета неприятельского офицера перед самым фронтом». За отличие он был произведен в поручики. Как и его брат Михаил, Федор Орлов поддержал идею формирования партизанских отрядов для действий в тылу противника и был зачислен добровольцем в партизанский отряд А.С. Фигнера, выступивший в поход в ночь на 8 октября 1812 г.; участвовал в разведке и боевых операциях. В конце октября отряд возглавил А.Н. Сеславин, по приказу которого Орлов 3 ноября взял местечко Боево, где захватил магазин с припасами. При взятии 27 ноября Вильны Федор был ранен в руку навылет.
В Заграничном походе 1813 г. Федор Орлов принимал участие в чине штабс-ротмистра. «9 мая 1813 г., когда Наполеон атаковал союзные войска у г. Рейхенбаха, нельзя не отметить смелую атаку штабс-ротмистра Орлова, который, командуя эскадроном сумцев, врубился в центр неприятельской конницы, произвел этим ударом большое замешательство в рядах неприятеля и своей храбростью воодушевил другие части, участвовавшие в бою. Противник был опрокинут». Как и его брат Григорий в ходе Бородинского сражения, Федор Орлов в этом бою потерял ногу от вражеского ядра и 10 мая был награжден орденом Св. Георгия 4-й степени за то, что «при прикрытии отступления наших войск к Швейдлицу решительно врубился с одним эскадроном Сумских гусар в центр неприятельской кавалерии, атаковавшей нашу пехоту, привел ее в расстройство и тем спас от неизбежного поражения колонну нашей пехоты и часть кавалерии…». Австрийское командование удостоило Орлова орденом Марии-Терезии.
Несмотря на потерю ноги, Федор Федорович продолжил службу в Сумском гусарском полку, а 27 мая 1818 г. в чине ротмистра Высочайшим приказом был переведен в лейб-гвардии Уланский полк, в составе которого 20 апреля 1820 г. из ротмистров Высочайшим приказом произведен в полковники. Он не был чужд веяниям времени, вступив в Петербурге в масонскую ложу «Соединенных друзей», а осенью 1820 г. гостил в Кишиневе у брата Михаила Федоровича Орлова, который тогда командовал 16-й пехотной дивизией. Колоритный портрет полковника сохранился в дневнике В.П. Горчакова: «[Его] благосклонный прием и воинственная наружность совершенно меня очаровали. Я смотрел на Орлова, как на что-то сказочное; то он напоминал мне бояр времен Петра, то древних русских витязей; а его Георгиевский крест, взятый с боя с потерею ноги по колено, невольно вселял уважение. Но притом я не мог не заметить в Орлове странного сочетания умилительной скромности с самой разгульной удалью боевой его жизни».
В Кишиневе в то время жил полковник А.П. Алексеев, ветеран Мариупольского гусарского полка, старинный боевой товарищ Ф.Ф. Орлова, воевавший с ним в Отечественную войну в одной бригаде. В конце октября 1820 г., согласно воспоминаниям И.П. Липранди, Орлов однажды после обеда пригласил его и полковника Алексеева куда-нибудь отправиться, чтобы не слушать разговор «братца с Охотниковым о политической экономии!»
Захватив у Михаила Федоровича Орлова гостившего у него А.С. Пушкина, приятели пошли с ним в бильярдную Гольды. Алексеев и Ф. Орлов играли в биллиард на вазу жженки, которую стали пить с Пушкиным в круговую. Развлечение едва не завершилось трагически: Пушкин «развеселился, начал подходить к бортам бильярда и мешать игре. Орлов назвал его школьником, а Алексеев присовокупил, что школьников проучивают». Вспыхнувшая ссора привела к тому, что Пушкин вызвал на дуэль и Орлова, и Алексеева, а Липранди позвал в секунданты.
Липранди удалось примирить соперников, уверив затем Пушкина, что оба полковника готовы пойти на мировую. «Это басни: они никогда не согласятся; – сомневался Пушкин, – Алексеев, может быть, – он семейный, но Теодор никогда: он обрек себя на натуральную смерть, то все-таки лучше умереть от пули Пушкина или убить его, нежели играть жизнью с кем-нибудь другим».
Тем не менее, примирение состоялось. По свидетельству Липранди, Пушкин «согласился, но мне все же казалось, что он не доверял, в особенности Орлову, чтобы этот отложил такой прекрасный случай подраться; но когда я ему передал, что Федор Федорович не хотел бы этим делом сделать неприятное брату, – Пушкин, казалось, успокоился». 1 марта 1823 г. Ф.Ф. Орлов Высочайшим приказом был уволен от службы «за ранами, с мундиром». Отставной полковник одно время жил в Ярославле, где до 1825 г. жила его сестра Анна – супруга ярославского губернатора А.М. Безобразова. В памяти современников надолго сохранился образ Орлова: «Был высокого роста, ходил на деревяшке…говорил немного пискливым голосом, силы был необыкновенной и был ужасный гуляка». По словам Горчакова, он «проиграл в жизнь свою более мильона». 18 марта 1825 г. Высочайшим приказом «определен в службу по кавалерии уволенный Лейб-Гвардии из Уланского полка полковник Орлов 4-й в Изюмский гусарский полк», однако эта служба была номинальной.
Пушкин, на всю жизнь сохранивший впечатление о кишиневской встрече, впоследствии хотел сделать Орлова прототипом одного из главных героев задуманного им романа о жизни дворянского общества «Русский Пелам». В пушкинском художественном сюжете Ф. Орлов дуэлирует, играет в карты, разоряется, «доходит до разбойничества», и только ходатайство Алексея Орлова перед царем спасает его от наказания. Сюжет об одноногом офицере-разбойнике позже был воплощен Н.В. Гоголем в «Повести о капитане Копейкине».
Неизвестно, насколько художественный вымысел наших писателей соответствовал истинным перипетиям жизни Ф.Ф. Орлова. Около 1820 г. Федор Федорович женился на Анне Михайловне Наумовой (12.02.1799-27.03.1868) из древнего дворянского рода Наумовых, с начала XIX в. владевшего имением Вознесенское (Головкино) Симбирской губернии – ранее принадлежавшем графу Ивану Григорьевичу Орлову. Про обстоятельства этого брака известно следующее: «Известный в наших краях, самый богатый помещик [Орлов] как-то приехал к Михаилу Михайловичу Наумову и увидел его сестру Анну. Женщина действительно была очень красивой. Увидел и влюбился, а затем стал просить руки Анны Михайловны у Михаила Михайловича (он был опекуном девушки). Наумов отказал, ибо [Орлов] считался непутевым, как тогда говорили, «человеком с большими похождениями». Действительно, ему удалось побывать и в монахах и в гусарах, – писал симбирский краевед, профессор В.А. Овсянников. – Получив отказ, [Орлов] не отступил и три дня простоял под окнами Анны. Сердце Анны Михайловны дрогнуло, да и брат-опекун вынужден был согласиться на предложение [Орлова]. В качестве свадебного подарка, кроме всего прочего, были два больших серебряных подноса. Один был уставлен сплошь столбиками золотых рублей, а другой – серебряных. Но счастье Анны Михайловны, по свидетельству ее внучки, было недолгим. Орлов опять влюбился, но в другую, и ушел. Правда, вскоре вернулся. Надо сказать, что он всю жизнь уходил и возвращался, каялся и получал прощение».
В пушкинских набросках о Ф. Орлове читаем: «Он влюбляется в бедную светскую девушку, увозит ее; первые годы роскошные, впадает в бедность». «Несмотря на то, что Ф.Ф., по каким-то отношениям, жил розно с женою, но любил и уважал ее, как вполне она того заслуживала, и со всею пылкостью откровенного сердца в отношениях с ней обвинял себя», – пишет мемуарист В.П. Горчаков. Скончался Федор Федорович Орлов осенью 1834 г. Об этом свидетельствует «извещение», опубликованное его братом Михаилом Федоровичем в № 84 «Московских ведомостей» за 1834 г.: «С душевным прискорбием извещая о кончине родного брата моего полковника Федора Федоровича Орлова, я, нижеподписавшийся, объявляю, что отказываюсь совершенно от приходящейся мне части оставшегося после него имения и, не будучи намерен вступить во владение оной, представляю оную на уплату его кредиторов, буде таковые явятся с законными документами. Отставной генерал-майор Михаил Федоров сын Орлов». Кроме долгов, никакого имущества у полковника не осталось. Вдова его Анна Михайловна умерла