У парня сразу подскочил пульс. Да, я поступал жестоко, требуя от него подобного поступка, но и правильно в то же время. Нам нужно было добраться до Нижнего Новгорода, чтобы поставить в известность начальство. А это около тысячи километров, только половина из которых проходит по землям, более или менее контролируемым Ассамблеей. Золотоголовый уже открыл на нас охоту, так что это было только первое столкновение с его слугами.
Эх, была бы связь! Насколько бы это все упростило. И ведь устройства у Церкви были, но Разломы вносили такие искажения в ионосферу Земли, что пользоваться ими никак не получалось.
– Может, нам их надо живыми доставить? Ну, чтобы святые отцы, значит, могли…
– Слишком велик риск. А если они освободятся в пути или по их следу пойдут другие твари? Я могу сам, но считаю, что ты должен взрослеть, граничник.
– Я… Я попробую…
– Нет, Стеф! – жестко прервал его я. – Не пробуй. Делай. Я учил тебя, как правильно доставать квач?
4
Трясло Стефана потом еще долго. Он, может, и понимал умом, что не человека убивает, а демона, тело Стража захватившего, но ум – одно, а чувства – совсем другое. Рука, конечно, дрогнула, удар вышел слабеньким – отмашка, а не удар. Но для клинка, режущего даже металл, не имели особенного значения ни сила, ни замах. Только направление. А с ним мой потерявший память напарник не оплошал.
Со вторым вышло лучше. Стефан сосредоточился, сжал губы и одним движением отделил голову одержимого от тела. После чего твердой рукой обесточил меч, убрал его в ножны и бросился за угол – блевать. Я же на время отключил все внешние системы контроля тела, оставил только датчики дальнего обнаружения и дал пареньку побыть одному. А через десять минут велел ему умыться и собираться в дорогу. Пусть бы и вечерело уже – это не повод оставаться на месте уничтоженного демонами поста граничников.
Не то чтобы я считал, будто Золотоголовый, о котором говорили демоны, так скоро придет проверять своих засадников, но береженого ведь и Господь бережет. Хоть и сказано в Писании о том, что без воли Создателя и волосу с головы человека не упасть, зачем же создавать возможности для потери головы вместе с волосами? Смирение и безрассудство – разные вещи.
Если бы Высший сделал ставку на этот пост, он оставил бы тут еще и демонов. Но не сделал этого. Возможно, боялся, что Страж может их обнаружить, что, кстати, не факт, а, скорее, попросту еще только экспериментировал с этой новой силой. И не вполне понимал, где и как ее стоит применять. Что нас и спасло.
Только вряд ли везению суждено длиться долго. Золотоголовый не справился с одиночкой, для которого специально оставили наживку в виде сигнатуры готовящегося с той стороны ритуала открытия Разлома. Учтя ошибки, он уже не без труда, но смог поработить сразу двух Стражей. Те, в отличие от Стефана, наставителей не имели, подобных мне подключали только к бродячим воинам, а таких было немного. А сами Стражи не смогли вовремя воспротивиться вторжению инопланарной сущности.
Так что вывод крайне неутешительный – дальше будет хуже. Умение Золотоголового растет: вскоре он узнает, что Стефан выжил. И поймет, что направляется тот к ближайшему оплоту Церкви в здешних землях – к Нижнему Новгороду, к которому отсюда ведет не так много дорог. А значит, отправит погоню или устроит засаду, не желая, чтобы сперва епархия, а затем и вся Ассамблея узнала, что у демонов появилось новое оружие.
Так что ждать хорошего не приходилось. А у меня на руках мальчишка в теле воина Христова. Смелый и хороший, но мальчишка, который после убийства одержимого десять минут плакал и блевал, который понятия не имеет о том, как бороться со Злом, почти уничтожившим наш мир много лет назад и теперь всячески мешающим ему восстановиться. И весь опасный арсенал Стража, с помощью которого можно в одиночку противодействовать даже Разлому Князя, для него не более чем игрушки – ведь пользоваться им он не умеет.
Конечно, у него есть я. Цифровой ассистент, духовник и управляющая оболочка интерфейса. Копия опытного Стража, который до оцифровки много чего умел. Но это лишь чистое знание, которое, конечно, сила, но без практической реализации – не слишком впечатляющая.
Может, и повезет, кто знает? Может быть, мужчине, выглядящему как Страж, вооруженному как Страж и едущему на гидроцикле Стража, удастся без препон добраться до Нижнего Новгорода. Может, потеряет наш след Золотоголовый, по неверному пути пустит своих охотников, а Господь присмотрит за рабом своим.
Но я в такой исход не верил. Во-первых, демоны не идиоты, хотя низшие порой такими и кажутся. А во-вторых, не хотел бы того Господь, так и не случилось бы подобного. Но Он посылает нам испытания, чтобы сделать лучше и закалить. В конце концов, была б на то Его воля, и твари из иных планов не пришли к нам триста лет назад. Но зачем-то же он попустил это?
Так, Оливер! На ересь-то чего потянуло? Твое ли это дело в замыслах Творца разбираться? У тебя простая задача: уведомить епархию и Ассамблею. И напарника, который сделался ребенком, спасти. Об этом и думай.
– Здесь останови, Стефан, – сказал я, когда мы отъехали от поста километров на семь.
Держались мы подальше от реки, так как это направление было слишком уж очевидным. В результате забрались в глушь непролазную и теперь петляли по поросшему густым подлеском лесу. В полной уже почти темноте, разгоняемой только лишь фонарем на байке.
– Лагерь тут ставим. Надо отдохнуть тебе, да и подучиться кое-чему, коли мы хотим до дома добраться.
Стефан безэмоционально кивнул, посадил байк и принялся под моим руководством заниматься обустройством лагеря. Тоже задача непростая, если не знать, что в седельных сумках хранится и к чему оно пригодно. У Стражей много полезных и опасных игрушек из прошлого. Могут жизнь спасти, а могут и лишить ее.
Первым делом мы поставили охранный контур. Вонзили в землю четыре металлических штыря, закрепили на них датчики слежения и замкнули управление на меня. Они заранее упредят о звере или человеке, но не помогут против демонов. Поэтому для них мы подготовили свою систему оповещения и даже первую линию обороны.
Сперва опять же датчики, настроенные на сигнатуры демонов. Они хоть и суть твари потусторонние и бесплотные, в нашей реальности подобие плоти обретают. А значит, следы оставляют, и настроенные специалистами приборы их обнаруживать способны. Не всех, конечно, только низших, но и то хлеб.
Следом установили всенаправленную антенну, которая в теории могла предупредить о любом Разломе в радиусе двадцати километров. На практике, правда, дальности приема хватало на втрое меньший радиус, но в наших условиях достаточно было и этого.
И напоследок окружили лагерь посеребренной и освященной стальной нитью толщиной в волос и прочности неимоверной. На нескольких уровнях сразу: снизу, по-над землей, повыше, у пояса, и еще выше, где у человека горло. Такая штуковина от зверя не убережет, разве что заставит запнуться, а вот ротозею из племени дьявольского способна отхватить ногу или руку, стоит только зацепиться.
А вот с неба прикрываться не стали: ни сил, ни материалов на это не имелось. Ограничились запуском последнего дрона-разведчика, опять же с управлением на мне.
Стефан буквально валился с ног. Слушал все мои пояснения, кивал, но было видно, что держится он на одной только воле. Наконец, закончив с обустройством, он поел, и я разрешил ему лечь поспать. Предупредив, что будить буду очень жестко – куда там ведру с ледяной водой. Мальчуган, кажется, не очень серьезно отнесся к этому обещанию и через миг уже сопел на вспененном коврике, укрывшись одеялом.
Я тоже погрузился в состояние, которое применительно к такому, как я, можно было назвать сном. Отключил большую часть функций, оставив только контроль датчиков и управление дроном, описывающим замысловатые петли над нами. Бодрствовать в полноценном режиме было непродуктивно для отдыха человека – энергия на мою «жизнь» берется ведь из его тела.
А поутру, едва только лучи солнца осветили дремучую чащу, где мы встали на ночевку, как и обещал, разбудил подопечного. Резким до пронзительности звуком, слышать который, впрочем, способен был только он.
– Что? – подскочил воспитанник. И принялся озираться. – Демоны?
– Нет, отрок. Это стандартный сигнал побудки в училище, память о котором стерта из твоей головы. Так у кадетов вырабатывается привычка просыпаться в установленное время и вообще спать вполглаза. Правда, в училище он звучит не в твоей голове, а на всей территории, но мы тут, как ты понимаешь, несколько стеснены в средствах.
Стефан перестал крутить головой и скорчил заспанную и одновременно укоризненную гримасу. Уже начал привыкать, что смотреть на собеседника, чтобы продемонстрировать свою эмоцию, не обязательно.
– Ты рожи мне не корчь. Тебя еще многому научить нужно, чтобы до Новгорода живыми добраться. Готовь завтрак, а я пока расскажу, что дальше делать будем. Вчера ты уже не в том состоянии был, чтобы слушать.
И под аккомпанемент гремящей посуды и довольно невоспитанного чавканья я рассказал Стефану о своих соображениях относительно Золотоголового и о наших планах.
– Даст Бог, доберемся дней за десять, – закончил я, когда и он завершил трапезу. – Конечно, придется поплутать, идти путями долгими, но не очевидными для нашего врага. Но так меньше шансов, что мы с ним или со слугами его столкнемся. Провизии тебе хватит, топлива байку тоже, так что я считаю это наилучшим образом действий. Есть возражения? Нет возражений. Тогда быстро собрать лагерь и выступаем.
В процесс обратной упаковки снаряжения я старался не вмешиваться без крайней на то нужды. Только если видел, что Стефан делает что-то неправильно, подсказывал. Так-то оно лучше до него дойдет, через практику. Мальчик в очередной раз показал, что память у него отличная, большую часть сборов выполнив четко, словно бы и не отключался вчера.
Через двадцать две минуты после подъема мы уже покинули наш ночной лагерь. Дорогой я развлекал подопечного историями о мире до Темных веков – у мирян ведь не было доступа к архивным знаниям. Тот слушал, умудряясь следить за дорогой и восхищенно охать, когда слышал что-то совсем диковинное.