— За место для этой собаки заплатили миллионы евро. Выдохните и сделайте вид, что это мешок золота.
— По правилам авиаперевозок я обязана доложить капитану о животных. Тем более, таком животном! Это даже не собака — поводырь, а... — Тора возмущалась, подбирая слова, — мочалка!
Саманья засмеялась в голос и тут же получила немой укор от Майи:
— Не важно, что это за собака, она заплатила и летит на отдельном месте. А вы ей прислуживаете.
— Собаке? — Не поверила в это Дав. — Слава Богу она не в моем салоне.
— Без разницы в каком салоне! — Продолжала волноваться Тора, — она на нашем самолете.
Адель молчала ровно до тех пор, пока пассажиры не создали пробку:
— Учредители в курсе?
— Конечно! — Ответила Майя.
— А Марко, как я поняла, нет?
— Он был против, но я ему постараюсь объяснить эту ситуацию позже.
— Удачи, — усмехнулась Адель, переводя взгляд на престарелого пассажира и забрала у него билет. Он и так заждался, стоял рядом и стал свидетелем этой сцены.
Пассажиры не должны видеть никаких передряг в экипаже. Все должно быть четко и с улыбкой. Поэтому, она виновато улыбнулась и обратилась к нему:
— Ваша место 3, вы летите один?
Старичок кивнул, Адель показалось, что даже с трудом. Он был очень стар, высохшая кожа обтягивала его тело, седые редеющие волосы покрывали его голову, а в глазах стоял туман. Странно, что он летел один в таком возрасте.
— Я провожу вас, — она пошла вперед, оглядываясь и думая над тем, что он не был похож на самого состоятельного человека планеты. Как же так получилось, что он смог попасть на борт? — Ваше место здесь, сэр. — Она открыла ему дверцу кабинки, помогая ему зайти внутрь, — меня зовут Адель, я ваша стюардесса на все время путешествия.
— Мое имя Стивен Хоффман, — старичок скромно сел на кресло, но даже не облокотился, — моя жена умерла в том году от рака. А дочка купила мне билет в путешествие, сказала, что это меня немного отвлечет. Но какая глупость путешествовать в одиночестве.
— Ну что вы! — Улыбнулась Адель, — она поступила как любящая дочь, вы увидите много стран, людей и их быт. Это правда вас отвлечет. Устраивайтесь поудобнее, я пойду встречать других пассажиров, вернусь к вам чуть позже.
Стивен улыбнулся так искренне, что захотелось эту дочь четвертовать! Как она могла отправить отца в столь долгое путешествие, после такой потери, совсем одного? Она обязана была полететь с ним! Но это уже не дело стюардессы, Адель снова встала на свое место, встречая новых пассажиров, надеясь, что среди них окажется престарелая старушка.
Глава 10
Адель стояла между кабинок, сцепив руки сзади, улыбаясь и рассматривая своих пассажиров. Когда они шли потоком, то в памяти их лица смешались, но сейчас, когда двери уже закрыты, когда пилоты готовятся к рулению, есть время освежить память. Сразу она запомнила лишь старичка мистера Хоффмана и среди ее пассажиров находилась Майя. Среди остальных пяти человек она запомнила молодую счастливую пару Дюссо: рыжеволосого Пьера и его молодую супругу Амелию. Их глаза так горели при взгляде друг на друга, что сложно не заметить эту пылкую, еще свежую любовь. А еще они спросили, можно ли лететь в одной кабинке.
— Сожалею, сэр, но нет, — пожала плечами в тот момент Адель, прекрасно его понимая. Авиакомпании надо продумать семейные номера, — каждый пассажир должен лететь на своем месте. Таковы правила авиакомпании.
Пьер понимающе кивнул и принялся запихивать сумку в багажный отсек. Его жена Амелия, хрупкая девушка лет девятнадцати, прошла на свое место и в восторге произнесла:
— О, Пьер, здесь великолепно!
Реакция людей была однотипна — все восторгались. Но кто-то лишь улыбался при виде кабинок и раскладывающегося кресла внутри.
— Телевизор, мини бар с безалкогольными напитками, влажные салфетки, одеяло и подушка — все в вашем распоряжении, — Адель улыбалась, когда рассказывала о внутренностях кабины, — наушники, на борту будет работать система вай-фай.
— А разве это не опасно? — Испугалась Амели, — я слышала, что гаджетами пользоваться нельзя.
— Во время взлета и посадки — нельзя, все остальное время — можно.
Эта пара вызывала только приятные эмоции. Они еще совсем юны, не знают проблем, не знают, к чему любовь может привести. Адель обернулась в сторону кабины пилотов, дверь была уже закрыта, и тут же Тора взяла трубку, чтобы передать капитану о том, что все готово к вылету. Но Адель еще не успела разглядеть других пассажиров, хотя на это будет масса времени в небе.
Самолет тронулся, и в это же время во всех телевизорах салонах включилось видео о технике безопасности. В мальтийской авиакомпании Адель показывала на себе спасательные жилеты, маски, руками указывала выходы, но «Charlemagne» не поскупился снять профессиональный ролик. К тому же он был интересный, и был прямо перед каждым пассажиром. Поэтому, выбора не было — они должны были смотреть.
Пока они занимались тем, что рассматривали распечатанные правила, Адель вспомнила свой первый полет и то, как она досконально читала каждый пункт и проверяла наличие спасательного жилета и высматривала кислородные маски. Тогда хотелось переделать салон самолета, модернизировать его, поставить туалетные кабинки через каждый ряд. Но спустя уже пару месяцев, после окончания курсов на бортпроводника, она знала, для чего кислородную маску сначала надо надеть взрослому, а потом ребенку: ни один ребенок не наденет маску на уже потерявшего сознания взрослого, он просто запаникует. Зато взрослый это сделает сразу, чем спасет жизнь ребенку. И при выпадении масок, пластиковую панель не отрывает, она не падает на головы пассажирам.
Адель улыбнулась, понимая о том, какая она была глупая, неопытная и наивная. Авиация для нее была чем-то фантастическим, хотя Марко постоянно приписывал законы физики и аэродинамики, но в них не верилось. А сейчас... все изменилось и на высоте 36 тысяч футов над землей комфорта чувствуется больше, чем на нулевой отметке.
— Уважаемые дамы и господа, говорит капитан, — раздался голос во всех салонах, и услышав его, Адель закрыла глаза. Она вспомнила, как этот голос шептал ей ласковые слова, слова о любви и о будущем. Как сурова оказалась жизнь, — меня зовут Марко дель Боско. Я и мой второй пилот Ханс Беккер приветствуем вас на борту первого в мире пассажирского лайнера Европы, который станет вам домом на ближайшие несколько недель. По всем вопросам, которые касаются маршрута по земле, обращайтесь к вашему турагенту, которая летит с нами. По всем вопросам, которые касаются полета обращайтесь к экипажу. Я постараюсь сделать ваш полет максимально комфортным и абсолютно безопасным, все самое интересное, что буду видеть в окне, обязательно сообщу вам. Сейчас мы направляемся в Осло, полет продлится два часа тридцать минут, за это время вам на борту будут предоставлены напитки и ужин. Спасибо за внимание и приятного путешествия. Экипажу занять свои места.
Адель еще раз окинула взглядом свой салон, отчетливо увидев, как Тора передала трубку Майе, и прошла к своему месту возле двери.
— Уважаемые пассажиры, — произнесла в микрофон Майя, — мое имя Майя Любовски, я ваш турагент и по всем вопросам обращайтесь ко мне через бортпроводников. Я с радостью помогу вам. А сейчас присоединяюсь к капитану и желаю вам приятного полета.
Она отключилась, и в это время Адель ощутила движение самолета. Она взглянула в окно, увидев, как репортеры делают снимки и улыбнулась. Они ее не видели и улыбалась она не им, а просто ее позабавило то, что судьба отняла у нее одно и тут же дала другое. А может... А, может, судьба дает второй шанс?
Отогнав эти безумные мысли прочь, Адель произнесла темнокожей Саманье, которая сидела рядом:
— Как твои пассажиры?
Та пожала плечами:
— Дама с собакой у меня на 11 и 12 местах.
— Все же собака занимает целое место? — Удивилась Адель. Это уму непостижимо! Кто-то голодает, кому-то не хватает денег на жилье, а тут собака летит люкс-классом.
— Да, Кевин предложил втихаря поменять ее место на кровать в комнате отдыха.
Адель засмеялась, представив эту картину:
— Наверно, хозяйку хватит удар.
— Я больше чем уверена, что если мы так не сделаем и капитан увидит ее в салоне, то удар хватит его.
Если Адель улыбалась, то Саманья злилась. Ее нервировала силиконовая хозяйка с высокомерным тоном в голосе. И мерзкая собака.
— Зато у тебя одно место почти пустое, — хоть что-то положительное во всем этом нашла Адель.
— А как твои пассажиры? — Поинтересовалась Саманья, автоматически посмотрев на потолок, когда свет выключился.
— Я не всех еще знаю. Но на меня произвёл впечатление мистер Хоффман.
— Это тот старик?
— Да, в таком возрасте он летит один...
— Боишься, что умрет? — Ошарашила ее Саманья, и Адель даже замерла: она об этом думала, что греха таить, но гнала эти мысли прочь.
— Я не думала об этом, — солгала она, — но надеюсь, этого не случится.
— Я тоже на это надеюсь. Вообще странная публика собралась, я думала будут кинозвезды.
— Наверняка они есть где-нибудь в салоне Арани.
— О, да, — толкнула в плечо подругу Саманья, — пока мы будем с тобой убирать экскременты за нашими пассажирами, она будет показывать свою улыбку красавчикам с Голливуда.
Пока подруги разговаривали, что делать при пассажирах строго запрещалось, самолет взлетел. Адель молилась, чтобы никому не было плохо. Но к туалетной комнате никто не бежал, значит, взлет удался.
— Надеюсь, мою шавку укачало, — пробубнила Саманья и выглядела при этом мило. Вообще она из всех в экипаже была самая яркая и самая веселая. Любое ее высказывание, даже самое негативное, воспринималось как позитивное.
— Не переживай, животные много спят.
После того, как Тора дала распоряжение на работу, стюардессы расстегнули ремни и пошли в свои салоны. Очень хотелось увидеть Кевина, но пока этого сделать было невозможно. Впереди два с половиной часа работы.