— Более чем, — кивнул он и, печально вздохнув, демонстративно осмотрел меня сожалеющим взглядом.
— Хорошего дня, у меня дела, — бросил парочке и развернувшись, пошел к ближайшему пневмолифту.
Десятиной они не ограничатся, не в моем случае. Мелочь они с молодежи собирают, а кто на трешке или четверке сидит, с тех тянут все больше, постепенно и в другие сферы вовлекая. Нет, спасибо, обойдусь. Не хорошо с бычками получилось, так бы ко мне еще раза два-три, а может и больше подошли. Как-никак, у меня корабль четвертого класса, можно сказать, завидный «жених», за таким бы побегали многие. С другой стороны, я тут сам войну начал, значит — остальные не полезут, пока эти не отступятся. Или пока всем не станет ясно, что им меня не обломать. Впрочем, если эффектно отмахаюсь, так и другие могут воздержаться. Репутация в криминальном и полукриминальном мире значит многое. «Как и в свете с полусветом», — пробормотал и чуть в голос не рассмеялся мысли о схожести верхов с низами.
Два дня по станции мотался, ища подходящее место. В принципе, можно было и быстрее справиться, но, во-первых, специализированная нейросеть ставится и разворачивается примерно сутки, следовало придерживаться сказанной Смиту легенды. Во-вторых, ощущал спиной чужое внимание. Наиболее очевидным казался ответ — профсоюз, но в свете мыслей о подставе с экспедицией парней, не стал бы ставить на это все. Может и замешанные в деле пираты.
Ведь явно же не Лейла с Нимой самолично полторы сотни кораблей повяжут. На такое эскадра нужна, правда, за куш в сотню с лишнем корпов это будет минифлот, да еще поди и с линкором во главе. Хотя, вроде у пиратов этих монстров нет, максимум тяжелые крейсера водятся. Не потому, что купить не могут, а по сугубо практическим соображениям не палить из пушек по воробьям.
Самих бы девиц прижать, но они нынче в ангарах объединения прописались, а выманить — подставиться. Опять же, глушилку сделать придется, а то они сразу же на всю станцию вой поднимут. И времени в обрез.
Они в сети ресурс завели, где не только за вступление агитировать начали, но и отчитались о полусотне новичков закончивших обучение. Форсируют события. Явно торопятся, пока ими кто-то из «власть предержащих» не заинтересовался. Хотя, а кому это надо? Корпорации? Нет, им это только выгодно, дорогую руду получить. Имперской полиции? Не их профиль. Вот когда, нет, если, массово пропадут шахтеры и родня вой поднимет, тогда они, может быть, почешутся, а так — у них даже законного основания вмешиваться нет. Профсоюзные боссы могли бы, но, во-первых, не столь уж они могущественны, во-вторых, есть определенные рамки, за которые они не переступят из банального желания хорошо и долго жить, в-третьих, совсем не факт, что они не замешаны во всей этой вакханалии.
«Бездна, да я бы и сам мог ее не заметить, не окажись вовлечен в события», — подумал, оглядываясь по сторонам. Редкие прохожие спешили по своим делам и не обращали внимания на типа, остановившегося возле едва приметной двери технического коридора. Вот и хорошо. Хвала комплексной базе, вскрыть ее и не поднять тревоги легко. А комбез техника избавит от подозрений особо бдительных граждан.
Во всем моем плане был только один слабый момент — Смит с Яном могли выйти из транспортной пневмоситстемы с другой стороны. Назначенный местом встречи паб располагался ровно между двумя станциями, но, зная парней, я все же ставил на ту, которая оказывалась первой, по пути движения от их ангара. В крайнем случае, они позвонят и, когда не отвечу, наверняка пойдут поискать. «А маршрута тут только два, либо к одной, либо к другой станции», — подумал, снимая часть декоративного покрытия стены и всматриваясь в нутро привода двери технического коридора.
«Не я один такой умный», — хмыкнул, заметив петлю закольцевавшую сигнал датчика открытия. «Ладно, кто бы тут что ни крутил, вряд ли он обидится на временное использование его работы», — сказал мысленно и замкнул контакт привода. Дверь ушла в сторону. Глаза ослепила вспышка. Разум поглотила темнота.
Очнулся словно рывком, но дернуться не сумел. Тело не слушалось. Зато успел увидеть поднимающуюся крышку медкапсулы. В шею кольнуло и я резко сел. Огляделся и испытал что-то вроде дежавю. Впрочем, это явно не иммиграционный центр. Там все более казенно выглядело. Конвейером отдавало.
— Как ваше самочувствие? — Поинтересовался вошедший доктор, при взгляде на которого сам собой вспоминался Айболит из мультика. Очень уж на него походил, и внешностью и какой-то, не знаю, аурой что ли.
— Спасибо, хорошее, — ответил и головой крутанул. — Даже отличное, спасибо.
— Пожалуйста, — улыбнулся док.
— Сколько я у вас? — Задал главный вопрос и чуть прикусил из нутри губу, заранее предчувствуя малоприятный ответ.
— Одиннадцать дней, если бы у вас нейросеть была, — чуть ли не промурлыкал док, с какой-то предвкушающей улыбкой, — я бы вас и за пять, ну, максимум, семь дней, починил.
— Как я тут оказался? — Быстро спросил, не давая ему продолжить, он явно собирался поболтать на профессиональные тему.
— Вас принесли друзья, — пожал он плечами. — Вы были…
— Тощие, у одного волосы волнистые и длинные, у второго стрижка ежиком? — Опять не дал доку сесть на любимого конька.
— Да, Смит и Ян, если не ошибаюсь. Вы не волнуйтесь, они полностью оплатили ваше лечение. Должен сказать, вы у меня прелюбопытнейший случай. Давно, да что там, пожалуй что и никогда, — всплеснул он руками, словно бабушка при виде любимого внучка, — не видел так профессионально обработанного человека. На вас же живого места не было, а если учесть отсутствие у вас нейросети, — док вновь расплылся в мечтательной улыбке и «нейросеть» чуть ли не проурчал.
— Мой нейрокомп уцелел? — Задал вопрос, уже понимая, что ответ на него не важен.
— Конечно, — вновь взмахнул руками док и направился к стене, — у вас же колониальная модель, а такие на века делают… — Продолжил он, и на этот раз я предпочел не перебивать.
Не то, чтобы меня так уж волновали проблемы первых поколений колонизаторов новых миров или я не знал, что они всегда немного деградировали и почти теряли связь с родиной, но если доку так уж требовалось болтать, так почему бы не дать ему возможность говорить? Тем более он делал то, что мне сейчас требовалось.
— … Ну да, конечно, где-то в конце второго-третьего поколения, как правило, все приходило в норму, — продолжал он рассуждать вслух, попутно протягивая упаковку с нейрокомом.
Пока док сам с собой общался, приладил датчики и подключился к сети. Сразу же пришло сообщение от Смита. Короткое. Прозвучавшее приговором. Смит с Яном извинялись за то, что не могут дождаться выздоровления друга и обещал в следующий вылет взять его с собой. Финиш. Приплыли.
Для очистки совести перешел на портал объединения, но тот прекратил существование. В сети нашел кэш-архив, из которого узнал — последняя новость была опубликована семь дней назад и сообщала о старте. Я опоздал. Отключился от сети. Сжал кулаки и скрипнул зубами в бессильной злобе.
— Вы как? — док помахал рукой перед моим носом.
— А? Простите, нормально. Вы что-то спросили?
— Да, видите ли, я не совсем медик. Вернее, медицина-то у меня в седьмом ранге, но я больше ученый. Наука семь, — выдохнул он с гордостью, и расправил плечи. — Так вот, я воспользовался своим положением и посмотрел ваш КИ. Надо сказать, весьма и весьма приличный показатель. Так собственно мне и хотелось бы узнать, почему у вас до сих пор нет нейросети?
Судя по его многословию он еще отшельник почище меня. А может, у него и просто манера речи такая. В любом случае, стоит попробовать узнать побольше.
— Док, предлагаю обмен. Вы же профи, седьмой ранг, значит можете рассказать о том, кто и как меня отделал, а я вам поведаю свою историю, во всех подробностях, — предложил нехитрую бартерную схему, да еще и не забыл польстить.
— С удовольствием расскажу и послушаю, — опять всплеснул руками Айболит и не церемонясь уселся на край капсулы. — Как вы наверняка знаете, пятый ранг базы позволяет делать экспертные заключения, а шестой и выше выступать в суде. Мне как-то и вовсе довелось перед императорским представителем объяснения по делу о…
Хотелось выразительно кашлянуть или еще что-то предпринять, но усилием воли сдержался. Все равно спешить уже некуда. Парни сейчас в прыжке, до красного сектора далеко, а гиперприводы у шахтеров никогда собой мощностью не отличались. Не надо им этого, вот двигатели — другое дело. Опять же, реактор. В общем, решил не перебивать. От меня не убудет, а доку приятно.
— Так вот, готов свидетельствовать, сначала вас били любители, а потом обработал профессионал. Первые просто лупили куда придется, отсюда, кстати, у вас ушиб мозга и множественные гематомы с раздроблением кистей рук. Затем, полагаю, они утомились или их одернули, и вами занялся человек с военными базами. Вы же наверняка понимаете, что медицина в них урезанная и специфичная?
— Понимаю, док, — кивнул, так как от меня явно ждали ответа.
— Так вот, базы у военных в плане медицины очень уж куцые, что не может не расстраивать, ведь…
Оставалось лишь вздохнуть и мысленно закатить глаза, по мере сил сохраняя на лице заинтересованное выражение. Не знаю, насколько хороший из меня вышел лицедей, но непритязательный зритель в лице дока оказался более чем удовлетворен. Хотя, наверно и стараться не стоило, все равно он куда-то сквозь меня смотрел.
— Так вот, исходя из всего этого, — вернулся к интересующей меня теме док, — я делаю заключение о том, что вам старались обеспечить максимум болевых ощущений при сохранении относительной подвижности. Как вы наверняка понимаете, таким образом вы бы смогли дойти до меня сами, но при этом испытали бы просто непередаваемую гамму чувств.
— Спасибо, док, вы мне очень помогли, — сказал искренне и даже ладонь к сердцу приложил.
Для наглядности, так сказать. Док явно не равнодушен к подобным жестам. Про себя же подумал: «Профсоюз поработал».