Полез в сеть, желая побольше о беженцах узнать. Увы, но реальной информации оказалось с гулькин нос. Пиар-служба «Астроминерал» решила набрать на них очков и выставить руководство корпорации этакими добрыми самаритянами, вот забила все сплошными «пожалейками». Истории конкретных беженцев наводнили сеть. Однако, кое что полезное все же нашлось. Выяснил, что прибыли они к нам не просто на транспорте, а на натуральном скотовозе.
«Следовательно, с деньгами у них швах», — я потёр лоб. Тут еще и юркорповцы договор прислали, прочитал его, ознакомился с пояснениями, подписал со своей стороны и покупателю отправил. Тот мне его тут же обратно прислал. Подписанным. И это меня еще больше напрягло. Какой нормальный человек подмахивает бумаги не глядя? Только тот, кому на них плевать. Тот, кто и не собирается соблюдать условия контракта. Сразу оговорку «мы» вспомнил.
Нет, разумеется — это еще ни о чем не говорит. Скорее, даже вполне объяснимо. Плохо у людей с кредитами, вот они и скинулись, в конце концов, корабль у меня большой, жилой отсек и две-три семьи без проблем вместит, а если потесниться, так и пять-семь утрамбуются. Пожалуй, получше их скотовоза будет. Даже с минимальным комфортом втиснутся. Опять же, пищевой синтезатор у меня тут о-го-го.
«На бездну надейся, а пушки смазывай», — перефразировал знакомую с детства присказку и отправился распаковывать контейнер с покупками. Пусть лучше меня сочтут психом-милитаристом, но встречать гостей в боевом скафе спокойней. И вообще, мне с ними детей не крестить, а нервы любая медкапсула восстанавливает. Обманывать не собираюсь, так что переживут. Глядишь и сами решат поосторожней быть и остерегутся… «Пф. Окстись, они от войны бежали, им твои уроки до фонаря», — одернул себя, поняв, что ищу оправдания не самому адекватному поступку.
Активировал ремонтный комплекс и отправил его дронов работать грузчиками. Они в пять минут затащили контейнер в корабль, шустро открыли его, быстренько проверили скаф и убрались восвояси. Пока дроны забирались в свои ниши, я забирался в диверсионный скафандр. Знаете, это немного странное чувство, когда знаешь что делаешь что-то впервые, но при этом все настолько привычно и обыденно, что даже скучно. Вообще-то, нечто подобное и раньше возникало, ведь базы не просто знания, но и конкретные навыки с опытом переносят в разум. Просто сейчас это особенно ярко проявилось. Ведь раньше проделывал подобное исключительно в капсуле-тренажере или создаваемой виртшлемом искусственной реальности.
Бронепластины сошлись, наглухо отгораживая от мира, многочисленные контакты-нашлепки поддоспешника соединились с собратьями скафа и тут ожил искин в манжете. Этот вояка — мысль понравилась и я его тут же в Вояку и переименовал — с удовольствием принял в организованную им цифровую экосистему пополнение в виде систем скафа. Мощностей ему для управления всем этим хватало с избытком. Его ведь, в том числе, и для этого создавали.
Прошелся туда-сюда, давая гироскопам и остальным системам подстроиться под мою кинематику тела. Пару раз присел, покрутил корпусом, сделал пяток наклонов, настраивая усиление искусственных миомеров. Вояка сообщил, что все в норме и сделанные ими расчеты скорректированы. Взорвался серией ударов по воображаемому противнику. Провел финальное испытание, устроив бой с тенью. Идеально. Скаф словно вторая кожа, не удержался и хлопнул в ладоши. По отсеку разнесся гулкий лязг столкнувшегося металла.
Покупатель задерживался, но, признаюсь, я о нем совсем забыл. Вначале навьючил на себя вспомогательное оборудование, протестировал его, а потом и вовсе полный обвес нацепил. Конечно, диверсионный скаф не штурмовой, но он в определенном смысле универсальный. Это у разведчиков упор на скрытность, а диверсанты обязаны задание выполнить, пусть даже ради этого им придется из себя тех же штурмовиков изображать, если уж не смогли незаметно и по-тихому. Так что куда крепить ракетные установки, автоматические гранатометы и вешать прочие крупнокалиберные аргументы имелось.
Стыдно сказать, но увлекся примеркой. Вначале-то просто тестировал и привыкал к обвесу, туда-сюда ходил, бегал, проверял, удобно ли из-за угла работать, как быстро по потолку и стенам ползти могу, а потому в спальню забрел. Разработчики корабля в ней встроенный шкаф предусмотрели. Скорее уж небольшую гардеробную с зеркалом во всю стену и камеры с голографическим проектором. Вот и не удержался, словно пацан начал героические позы принимать и с прозрачностью забрала играться. За этим делом меня и застал вызов от покупателя.
Чертыхнулся и рванул шлюз открывать. Ангар-то уже не мой, я тут всего лишь имею право быть и длинным перечнем личного имущества распоряжаться, причем лишь два часа с момента передачи корабля. Только подбегая к шлюзу, подумал: «Полный обвес скафа — явно лишнее». Люди же только-только от ужасов войны сбежали, а тут такое напоминание. Но менять что-то уже поздно. Это в бою можно экстренно отстрелить лишнее, как правило поврежденное, а в мирной жизни все это враз не снять. «Ладно, шахтеры народ крепкий, может они вообще не беженцы», — успокоил совесть и дал команду на открытие шлюза.
Вы когда-нибудь видели лицо человека, который бросил недоеденную и хорошо подтаявшую мороженку в мусорку, а угодил в лицо девушке боксера-тяжеловеса, который, стоя на колене, в этот момент ей руку и сердце предлагал? Нет? А мне вот довелось. И сейчас я это отчетливо вспомнил, смотря на морду Представительного.
— Э-э, — выдавил агитатор профсоюза.
— Кхм, — ответил, мысленной командой переводя импульсник в режим разрядника и понижая мощность до парализующей.
Телохранитель Представительного дернулся, видимо желая уйти перекатом и выхватить стоппер, но Вояка считал его моторику и действовали мы практически синхронно, только мне требовалось лишь ствол навести и выстрелить, потому-то и фора в десятую долю секунды не имела значения. Слепящая дуга на миг соединила импульсник с телом телохранителя, вбила его в палубу, и он, пару раз содрогнувшись, замер в нелепой позе изломанной звезды.
— Замерли, — скомандовал громко и четко, но четверка знакомых быков доводам разума не вняла.
Они дружно потянулись к станнерам на поясах. Пришлось скосить их молнией из импульсника. Когда они прилегли на пол, посмотрел на агитатора, да и пальнул в него. Для комплекта и из чувства мести. Явно ведь грабить пришли. Кроме меня сознание сохранил лишь один человек — патлатый паренек лет двадцати, со свеженьким, но уже вполне оформившемся фингалом, закрывшим глаз, шеей цыпленка и здоровенным рюкзаком за спиной. А, да, еще он держал в руках знакомую глушилку, зелененький огонек на которой говорил о ее активности. «И на кой они к ней его прилепили. Боялись, что ли, забыть выключить?» — Подумал, но тут же отогнал несвоевременные мысли.
— Ты-то как с этими оказался? — Спросил патлатого, держа его на мушке и спускаясь к бессознательным телам.
— На контракт они меня подсадили, — шмыгнул он носом, но большего себе не позволил. И правильно, команду «замерли» никто не отменял.
— Под коммерческую тайну с неразглашением подвели? — Спросил, переворачивая ногой телохранителя.
— Да, — ответил патлатый.
Телохранитель оказался не столь хорош, как мне думалось раньше. Даже стоппер выхватить не успел. Впрочем, что бы это ему дало? Даже четверка слаженных и подготовленных бойцов с армейскими имплантами имеет мало шансов против человека в военном скафе. При использовании не летального оружия. А тут… Один подготовленный и классический сквад быков для массовки и психологического давления на жертву. Без шансов.
— И давно ты с ними этим занимаешься? — Поинтересовался у патлатого, обрабатывая тела на полу из стоппера.
Выстрел в лоб гарантирует долгий и продолжительный сон. При этом нейросеть замыкает, а когда она со сбоем справляется, то считает хозяина просто уснувшим. Утрирую и несколько упрощаю, но важен сам факт того, что если кто-то станет их искать, он получит ответ, по которому не сможет сделать нежелательных выводов. Впрочем, вряд ли они пошли на дело и растрезвонили об этом. Скорее уж наоборот, придумали алиби на ближайшие сутки, чтобы не тревожили, ведь неизвестно, насколько им попадется строптивый клиент.
— Два месяца уже. Почти, — патлатый осторожно потер фингал, следя за дулом импульсника.
— Так понимаю, ты у них за техника и взломщика? — Спросил, подходя к нему и забирая глушилку.
Отключать не стал, мало ли, просто прицепил к плечу. Вояка ее тут же просканировал и отрапортовал, что эта самоделка может быть интегрирована в систему, но он не рекомендует, так как может добиться того же эффекта наличными средствами и с лучшим результатом. Он вообще с нейросетью на диво хорошо «спелся» и имеющимися в моей голове знаниями пользуется как своими. Подозреваю, еще и втихую ресурсы мозга использует. Слишком уж умный и инициативный. Хотя, тут скорее наоборот, что-то вроде подсознания Вояку использует. Нет, определенно стоит порадовать дока и подучить медицинские базы.
— Чего сопим? А, контракт, — сообразил затруднения патлатого. — Ладно, это мы поправим. Ты их защищать часом не должен? — Спросил на всякий случай, а то мало ли.
— Нет, — буркнул патлатый и взгляд опустил.
Понятно, за человека и тем более бойца его не считали. Вот и не озадачились… Но тут во мне проснулась паранойя и я, на всякий случай, пальнул в патлатого из стоппера. Правда упасть не дал, подхватил и аккуратно уложил, попутно освободив от рюкзака. Если у него контракт говорить запрещает, так и веры ему быть не может. Вот переоформлю на себя или расторгну, тогда и извинюсь, а пока — так оно надежней.
По уму, как законопослушный гражданин, я должен был вызвать корпсов и сдать гоп-компанию, но помня негативный опыт и зная о связях Представительного, решил не спешить. Сейчас они в худшем случае штрафом отделаются, максимум короткий тюремный контракт получат и за полгода-год его закроют. Те же астероиды погрызут и освободятся. Нет, меня такая справедливость не устраивала. К тому же, в отличие от знакомого квартета, эти явно куда более криминализированы, а значит и кое-какой полезной информацией обладать могут.