РАМАДАН
Наступило время Рамадана — время поста и молитв. Я узнала, что в исламе это самый важный период, его начало менялось в зависимости от лунного календаря. Каждый год Рамадан наступал на 11 дней раньше. Тибальт сказал, что в течение 33 лет Рамадан проходит по всем временам года, а в Древнем Египте его отмечали в жаркий период, потому что слово «рамада» в переводе с арабского означает «жаркий».
Рамадан начинался в день новолуния и, пока луна не состарится, нельзя ничего есть с рассвета до заката солнца. Лишь немногим разрешалось нарушать обет: можно кормить детей и инвалидов. Во дворце мы старались придерживаться правил, плотно ели перед рассветом и после захода солнца, а в промежутке подкрепляли силы особой едой — «хериш» (кусок хлеба с медом, орехами и ананасом), очень вкусно, но быстро надоедает, еще мы пили много освежающих напитков и мятный чай.
В период Рамадана изменился ритм города — на узких улицах воцарилась тишина. Весь пост длился 28 дней, но во время поста три праздничных дня посвящались молитве. Пять раз в день по 20 залпов стреляли пушки. Так призывали к молитве. Я всегда испытывала благоговение, видя, как мужчины и женщины прекращают все свои дела, склоняют головы, складывают руки и молятся Аллаху.
Рамадан означал, что я буду чаще видеть Тибальта.
— Нельзя оскорблять их по религиозным поводам, — объяснял он мне. — Но вот досада — мне сейчас так нужны эти рабочие. — Мы просматривали с ним бумаги. Он обнял меня и добавил: — Ты такая терпеливая Джудит. Но я знаю, что ты ожидала другого.
— У меня были романтические мысли. Я представляла, как найду вход в гробницу, отыщу драгоценности, саркофаги.
— Бедная Джудит, боюсь, в жизни так не бывает. А тебе станет легче, если я скажу, что ты мне очень сильно помогла?
— Это большое утешение.
— Слушай, сегодня вечером я поведу тебя на место раскопок, покажу кое-что особенное.
— Значит, ты сделал открытие! То, ради которого и приехал сюда!
— Все не так просто. Я уверен, мы находимся на верном пути к открытию. Или я ошибаюсь. Можно работать месяцами, надеясь отыскать вход в гробницу, а потом окажется, что мы снова зашли в тупик. Требуется везение, как в карточной игре. Я собираюсь открыть тебе один секрет, который известен немногим. Мы спустимся в подземелье после захода солнца. Луна во время Рамадана почти полная, будет достаточно светло, и мы пойдем одни.
— Тибальт, я так волнуюсь.
Он поцеловал меня:
— Я обожаю твой энтузиазм. Жаль, что твой отец недостаточно подготовил тебя, мне очень не хватает тебя в критические моменты.
— Может, я еще выучусь.
— Сегодня ты увидишь, чем мы занимаемся.
— Не могу дождаться вечера.
— Никому не говори ни слова, иначе они подумают, что я не умею хранить тайну или хочу во что бы то ни стало угодить жене.
Меня переполняло счастье. Когда я рядом с ним, мне не приходит мысль сомневаться в искренности его чувств. Он обнял меня:
— Сегодня вечером мы улизнем от всех.
Луна светила высоко в небе, когда мы вышли из дворца. Какая волшебная ночь. Звезды такие крупные на фоне темно-синего небесного бархата, веет слабый ветерок, жара спала. Как приятно вместо обжигающего солнца видеть в небе луну.
Я чувствовала себя заговорщицей; рядом со мной Тибальт, и это удваивало мою радость. На лодке мы переплыли Нил, а потом на бричке доехали до места раскопок.
Тибальт вел меня мимо холмов насыпанной земли к открытому входу в гору. Он взял меня под руку:
— Ступай осторожно.
— Значит, ты нашел, что искал?
— Нет, этот туннель обнаружен во время предыдущей экспедиции, его открыл мой отец. — Тибальт снял со стены фонарь и зажег его. Я увидела перед нами туннель футов восемь в длину и пошла за Тибальтом.
— Подумать только, эти ступени высекали несколько веков тому назад, — заметила я.
— Две тысячи лет до Рождества Христова, если говорить точно. Представь себе чувства моего отца, когда он обнаружил этот туннель. Пойдем, сама увидишь.
— Какое чудесное открытие.
— Но этот туннель, как и многие другие чудесные открытия, привел к гробнице, которую грабители опустошили три тысячи лет тому назад.
— Значит, через три тысячи лет первым сюда пришел твой отец.
— Вероятно, но он нашел мало нового. Дай руку, Джудит. Вот по этому ходу вошел он в ту пещеру, посмотри на стены. Видишь символы? Это священный жук, а человек с головой барана — Амон-Ра, бог Солнца.
— Я его узнала, и сейчас у меня на пальце кольцо, которое ты мне подарил. Оно спасет меня в час смертельной опасности.
Тибальт остановился и посмотрел на меня. В свете фонаря он казался почти незнакомым человеком.
— Сомневаюсь, Джудит. Скорей всего, это сделаю я. Надеюсь оказаться не менее полезным, чем букашка скарабей.
Я задрожала.
— Тебе холодно?
— Нет… но здесь прохладно.
Как говорят у нас в Англии, в тот момент я почувствовала, что кто-то прошел по моей могиле. Тибальт увидел, что мне страшно.
— Тут все испытывают страх. Человек, похороненный здесь, принадлежал к цивилизации, достигшей своего расцвета в то время, когда в Британии люди еще жили в пещерах и охотились в лесах ради пропитания.
— Я чувствую, словно вхожу в подземный мир. Кто был здесь похоронен, мужчина или женщина?
— Мы этого не выяснили, мало что осталось от захоронения. Даже мумию не оставили в покое. Грабители знали, что самые лучшие драгоценности кладут между слоями ткани, когда пеленают мумию. В этой гробнице отец нашел лишь саркофаг, мумию и домик для души умершего.
— Я никогда не видела домик для души.
— Надеюсь тебе его показать. Это модель дома, обычно ее делают с колоннами из белого камня. Считали, что там поселяется душа после смерти человека. Вернувшись после долгого путешествия, она должна иметь удобное жилище.
— Как интересно, каждый день я узнаю что-нибудь новое.
Мы подошли к следующим ступеням.
— Видимо, мы находимся очень глубоко под горой.
— Посмотрим на эту комнату, здесь самая изысканная резьба, а из нее вход ведет в другое помещение, где нашли саркофаг.
— Как здесь величественно!
— Все же в этой гробнице был захоронен не фараон. Богатый человек, без сомнения, но украшения при входе говорят, что он не принадлежал к высшему слою общества.
— И эту гробницу нашел твой отец.
— Месяцы тяжелейшей работы, ожидания, волнения… и вот его находка. Мы обнаружили вход в скале, раскопали подземный туннель… Можешь представить себе, как мы волновались… а потом в очередной раз нашли лишь пустую гробницу.
— Потом умер твой отец.
— Он что-то обнаружил, Джудит. Я уверен в этом, поэтому я и вернулся сюда. Он пытался мне сказать, чтобы я вернулся. Значит, здесь есть еще одна гробница, нам только надо найти в нее вход.
— Разве его трудно увидеть?
— Входы тщательно маскировали. Но в этих комнатах должна находиться подсказка. Смотри, здесь стена неровная, за ней может что-то находиться. Будем работать… и держать в секрете, насколько это возможно. Может, зря потратим время, но я так не думаю.
— Ты считаешь, твой отец что-то нашел и поэтому его убили?
Тибальт покачал головой:
— Это совпадение. Может, он умер из-за волнений. Умер и не успел рассказать никому… Не хватило времени.
— Странно, что он умер в такой момент.
— Жизнь — странная штука, Джудит. — Он поднял фонарь и посмотрел на меня. — Кто из нас знает, когда наступит наш последний миг на земле?
Неожиданно у меня по спине пробежал холодок.
— Какое жуткое это место, — сказала я.
— А что ты ожидаешь от гробницы?
— Даже ты кажешься здесь другим.
Свободной рукой он слегка провел мне по шее.
— Другим? Что ты имеешь в виду?
— Как будто я тебя совсем не знаю.
— Разве можно хорошо знать другого человека?
— Пойдем, — сказала я.
— Тебе холодно. — Он стоял близко ко мне, и я чувствовала его теплое дыхание на моем лице. — Чего ты испугалась, Джудит? Проклятия фараонов, гнева богов или меня?
— Я не боюсь, — солгала я. — Я просто хочу на воздух. Здесь душно.
— Джудит…
Он шагнул ко мне. Я не понимала себя, я чувствовала опасность. Все мои инстинкты кричали во мне и велели бежать отсюда… Бежать от чего? От этой мистической, фатальной ауры? От Тибальта?
Я собралась заговорить, но он зажал мне рот.
— Слушай, — прошептал он.
В тишине я услышала легкие шаги.
— Кто-то вошел в гробницу, — тихо проговорил Тибальт. Он отпустил меня и стоял, не двигаясь, слушая.
— Кто здесь? — спросил он. Его голос прозвучал неестественно и страшно.
Никто не ответил.
— Держись за мной, — сказал Тибальт.
Мы поднялись по ступенькам в гробницу. Тибальт держал фонарь высоко над моей головой, мы шли медленно, подавляя в себе желание побежать, ведь это может быть опасно. Я следовала за ним по пятам. Мы вошли в туннель. Там никого не было.
Мы поднялись наружу, и теплый ночной воздух окутал меня, я испытала облегчение и радость.
Ноги мои плохо слушались, я вспотела и дрожала. Мы никого не увидели. Тибальт обернулся ко мне:
— Бедная Джудит, ты здорово испугалась.
— Там довольно страшно.
— Кто-то там был.
— Может, один из твоих рабочих.
— Тогда почему он не отозвался?
— Он мог подумать, ты рассердишься, потому что он там бродит ночью.
— Пойдем к бричке и вернемся во дворец.
Теперь все выглядело обычно — красивая река, источающая экзотические запахи, дворец и Тибальт.
Я не понимала своих чувств. Что случилось со мной в той гробнице? Странная атмосфера подействовала или сознание того, что четыре тысячи лет там пролежала мумия. А может, это боги имеют такую силу, что заставили меня испугаться Тибальта?
Тибальта, выбравшего меня в жены. Но выбор свой он сделал довольно внезапно, и обожающие меня тетушки обеспокоены, ведь я теперь богатая женщина. Мне надо это помнить. А Табита… Я вижу ее вместе с Тибальтом, они всегда беседуют, он обсуждает с ней свою работу больше, чем со мной. Мне не достает знаний и опыта, которые есть у нее. У Табиты жив муж…