Сан Дар постучал кулаком по деревянной двери и тут же поморщился от боли, а затем, ловким движением вынул из тыльной стороны ладони пару заноз.
Дверь никто не открыл.
— Ногой постучи, — посоветовала я и решила подать пример. Сделала шаг назад, затем резкий выпад вперёд и со всей силы ударила пяткой, обутой в те самые, местные «балетки», дверь.
Хлипкая конструкция не выдержала моего напора, хотя, скорее всего, дело в том, что она и без моего участия была практически сорвана с петель и держалась на месте для вида.
— И кто это будет чинить? — склонил голову на бок блондин.
— Пусть обращается в правящий клан, — отмахнулась я, и тут же скривилась, ибо запахи, царившие в доме, медленно, но верно, просочились наружу, окутав нас незабываемым амбре.
Это была ядерная смесь из заплесневелых тряпок с примесью стойкого перегара и сдохших в подвале мышей. Я тут же зажала рот и, выпучив глаза, отбежала на безопасное расстояние, радуясь, что не последовала примеру местного алкаша, и не опорожнила содержимое желудка на сапоги Дара.
— Извини, но я тебя здесь подожду.
Дар покачал головой, снял свою серую накидку — что-то вроде лёгкого плаща, сложил тонкую ткань втрое, обмотал её вокруг лица и смело зашёл в дом.
Моего…друга? Нет, пока ещё рановато применять к Дару это слово…наверное, всё же «коллега», в общем его не было около пяти минут, и я начала уже опасаться того, что с сероглазым случилась какая-то беда. А я совсем не горела желанием идти в этот вонючий сарай и спасать его шкуру.
Дари, будто бы услышал мои мысли и вышел из дома с выражением крайней брезгливости и сраной ношей на своих крепких плечах. Нет, я не ошиблась — не странной. От этого…нет, я не могла назвать ЭТО человеком, исходил стойкий запах дерьма и перегара. С наслаждением сбросив немытое тело на землю, Сан Дар сказал:
— Он в бессознательном состоянии. Лежал на полу, а вокруг слышался писк. Ещё час и его бы сожрали крысы, пришлось спасать.
— Что нам теперь делать? — я с отвращением глядела на того, кто мог бы помочь нам в расследовании и сдерживала рвотный позыв.
Нет, я, конечно, понимаю благородные мотивы Дари, но какой толк от такого свидетеля, который лежит на траве и храпит — чумазый, немытый, ещё и экскрементами разит. Но, блондин меня удивил.
— Я отведу его в одно место, где бедолаге помогут, хотя бы, прийти в себя, — задумчиво сказал Дар.
— Отведёшь? Да он на ногах не способен стоять.
— Оттащу, — поправил себя блондин.
Велев мне покараулить мерзкого алкаша, никак иначе я не могла его назвать, Сан Дар побежал по соседям и через четверть часа вернулся с маленькой запряжённой повозкой, держа за узды худого коня.
Перетащив безмолвное тело в повозку, мы направились прочь из квартала и остановились у западных ворот.
— Со мной не ходи, — кивнул головой Дар в сторону бдительной стражи. — Насколько я знаю, пропуска у тебя нет до сих пор, а значит, могут быть проблемы с тем, чтобы вернуться обратно, в Мар-Риёль. Сможешь в одиночку вернуться до гостиного двора или мне попросить городских стражников тебя проводить?
— Если об этом узнает Камал — выставит ещё один счет, — со смехом отказалась я.
— Не забывай, Геррион Тай велел ему во всём тебе помогать.
— Уж как-нибудь обойдусь. Ещё одна лекция на тему «женщина должна лишь готовить да убирать, а не совать нос в мужские дела», и я…
— Понял тебя, — засмеялся Сан Дар.
Высшие Силы, когда этот блондин с серыми глазами и серебристыми волосами смеётся и не показывает, как ненавидит и презирает меня — выглядит выше всяких похвал! Правильные черты лица, тёмные брови, густые ресницы, а губы…любая современная девушка отвалила бы несколько зарплат косметологу за столь совершенную форму! Из всех мужчин, что я видела за всю свою жизнь, Сан Дара по внешности превзошёл лишь Нариан Тай. Но это отдельная…
— Гроза, — настойчиво позвал меня Дар. — О чём задумалась?
— Да так, — махнула рукой, старательно прогоняя образ двоюродного брата блондина из своей головы.
— Держи, — Дари протянул мне мешочек из голубой шёлковой ткани.
Я тут же заглянула в него и увидела пригоршню золотых монет. С немым удивлением уставилась на коллегу, но тот пояснил:
— Считай это авансом. Трать по своему желанию, это отличный способ занять себя до моего возвращения.
— Шоппинг! Так и поступлю! — обрадовалась я. — Когда тебя ждать?
— Мне надо передать свидетеля в руки нужных людей, затем я вернусь домой, как следует помоюсь, переоденусь и навещу тебя. Сейчас иди вдоль стены до следующих ворот, там начинается главная улица. Устанешь идти — возьми повозку, счет попроси выписать на моё имя.
Спустя полчаса я добралась до главной улицы, той самой, по которой впервые вошла в Мар-Риёль, в сопровождении братьев и Саммана. Повозку решила не брать — у меня была уйма свободного времени, денег, и я решила пройтись по местным магазинам.
Сначала, я решила устроить себе поздний завтрак и заглянула в первый же попавшийся трактир. Весёлый и опрятный парнишка лет пятнадцати с улыбкой поприветствовал меня и усадил за стол. Пока я разглядывала обстановку заведения, по всей видимости, закрывавшегося с закатом — белые стены, картины с изображением природы, натюрморты, мебель без изъяна, скорее это было чинное семейное заведение, нежели «Весёлая лань».
Мне принесли бодрящий отвар — жидкость, похожая на чай, но с ароматом пряной травы, яичницу, сыр и кусок ягодного пирога, горячего, прямо из печи. Пока я неторопливо жевала, сие заведение наполнилось пожилыми людьми и целыми семьями с детьми. И, в отличие от современной ребятни, которые не слушали родителей, носились между столами и орали, как потерпевшие, эти местные детишки, всех возрастов, спокойно ждали на своих местах, с улыбками общались между собой и вежливо здоровались со старшими.
— Великая сила штрафов, — я покачала головой, расплатилась и покинула гостеприимное заведение с вкусной едой.
Неторопливым шагом я прогуливалась тротуару, и невольная улыбка расплывалась на лице при виде беспечных мужчин и женщин, одетых в традиционную одежду светлых тонов, которые неспешно прогуливались, наслаждаясь погодой, либо спешили по одним им известным делам. По широкой дороге, вымощенной камнем, ехали лёгкие повозки, вроде карет, только без крыши, лишь с лёгким навесом, рассчитанные на двух человек, всадники на белоснежных лошадях и телеги, нагруженные до верха разнообразным товаром.
Засмотревшись на одну из телег, нагруженную сундуками, я подумала о том, что неплохо бы прикупить себе несколько пар обуви на разные случаи жизни, а также несколько штанов и туник. И надо бы что-то сделать с моими фиолетовыми волосами, ибо в местной воде, краска не желала смываться совсем.
Через несколько минут, я нашла небольшую лавку с женской одеждой — не такого шикарного качества, конечно, как тот наряд, что купил мне Нариан Тай, но и не из дешёвого материала, который из вредности притащил мне Сан Дар.
Миловидная девушка, судя по возрасту — моя ровесница, с заплетёнными в косы золотистыми волосами, внимательно выслушала меня, подобрала четыре туники пастельных цветов, обтягивающие и свободные брючки модного в те дни фасона, полусапожки, сандалии и ещё одни «балетки», а также продала за пол цены расшитое серебристое полупальто из лёгкой ткани для прохладных вечеров. Взяв оплату за вещи, она пообещала доставить мне их к вечеру в гостиный двор и посоветовала отличную мастерскую, вроде современного салона красоты, где мне могли помочь с волосами.
Если бы я знала, что в мастерской наживу себе серьёзного врага, то обходила бы проклятое место стороной, хотя, работники в случившемся были не виноваты. Но, обо всем по порядку.
Глава 21
— Для нас нет ничего невозможного! — с гордостью произнесла женщина лет сорока, местный администратор, с роскошной гривой волос, буквально переливающейся расплавленным золотом и несколькими розовыми прядями, спрятанными за уши. — Садитесь.
Я села в удобное, по меркам века красной луны, кресло, откинула голову назад и отдалась в заботливые руки её ровестницы, мастерицы Зелёных Холмов. Она сначала поцокала языком, перебирая мои разноцветные пряди и всё пыталась узнать, что за волшебник придал моим волосам таки необычные цвета, а также несколько раз спросила, действительно я хочу смыть сие творение, на что я ответила твёрдое «да». Необычная расцветка волос слишком выделяла меня из общей массы, что для сыщика, вроде как, серьёзная проблема, и меня будет проще вычислить в толпе.
Закрыв глаза, я наслаждалась прекраснейшим массажем головы, затем пряди смочили водой, намазали на них какой-то состав, пахнущий горькой травой, укутали в тёплую ткань и велели подождать полчаса.
Заботливая мастерица принесла мне блюдце с маленькими пирожными, размером с четверть ладони, а также горячий и сладкий отвар. Не стесняясь, я тут же набила рот нежнейшей выпечкой с заварными кремом, после чего хлопнула входная дверь, и вошла она…
Невысокая полноватая блондинка с короткими кудрявыми волосами и вычурным макияжем открыла дверь чуть ли не с ноги. «Пудель» — тут же окрестила её я. Одета посетительница была в розовую тунику, расшитую золотом и разноцветными камнями, а также в белые штаны. Даже беглого взгляда хватило, чтобы понять — одежда на посетительнице была явно мала…размера, эдак на два. Но ей это не мешало смотреть на работниц так, как на мышей смотрит голодная змея.
— Где Уна? — капризным голосом произнесла вошедшая, прищурив щедро подведённые чёрным глаза. Её можно было бы даже назвать красивой, если бы не кудлатая башка, похожая на голову…нет, даже не пуделя, скорее альпаки и откляченная нижняя губа.
— Добрый день, — вежливо поприветствовала её мастерица, что занималась моей головой. — Уна обедает, вернётся через полчаса.
— Да хоть сношается с конём, — фыркнула грубиянка, — гони её живо сюда.
Мастерица залилась краской, и даже я присвистнула про себя. За те дни, что я нахожусь в этом веке, ни одна из жительниц Мар-Риёля не позволяла себе подобных выражений при посторонних. Вошедшая не утихала.