Зинаида охала и стонала над своими ранеными сыновьями. Жена Кирилла рыдала над мужем, раскачиваясь из стороны в сторону и не переставая повторять:
– Я знала, что так и получится… Все плохо, все очень плохо… У нас теперь нет выхода, я так и знала… Не надо было, ох, не надо было…
В дом уже во второй раз ворвались бойцы спецподразделения и повязали новую партию бандитов.
– На сегодня это все? – уточнили они.
– Не совсем. От нас сейчас, возможно, зависит жизнь еще одного человека. Хотя, вероятно, уже поздно, – сказал Иван. И пояснил: – Я же дозвонился до Любы. Но мне ответил оперативный работник.
– Кто? – спросил Габриэль.
– В ее доме находятся наши с тобой коллеги, Габриэль. Дело в том, что больше двух недель назад женщину похитили. Она просто исчезла. Родственники перевернули все, разыскивая ее. Неделю назад им позвонили и потребовали выкуп. Десять миллионов.
– Ого! И что?
– Родные Любы не обратились в милицию, им это было запрещено, бросили сумку с деньгами в условленное место. И все. Прошло двое суток, женщина так и не вернулась домой. Только тогда родные написали заявление. Родственники в отчаянии – шансов найти Любу живой очень мало… И вот обнаружена машина, на которой ее похитили. Более того, теперь уже ясно, кто именно похитил. – Иван закончил докладывать, и тут следователи взялись за двух братьев по полной программе.
Поняв, что им может светить и пожизненное при плохом раскладе, те во всем признались. Оказывается, они не только позарились на деньги семьи, в которой работали, но занялись еще и похищением людей. На эту мысль их навели украшения одной из пассий Габриэля. Дама провела с ним пару ночей, братья стали за ней следить и похитили из ночного клуба, где дамочка заливала свое горе – расставание с любовником. Люба села к ним в машину добровольно, узнав джип Габриэля, и думала, что едет к нему на свидание. Но по дороге поняла: что-то тут не так, поэтому сделала на стекле надпись. Похитители это заметили, заложницу выволокли из машины и стерли помаду. Никто и никогда бы не связал исчезновение Любы с Габриэлем, если бы Варя не заметила следы на стекле джипа. Опрошенные знакомые женщины и не вспомнили о нем, уж слишком коротким был их роман. Поэтому к Габриэлю и не пришли разузнать о пропаже бизнесвумен.
– Подонки! – выдохнул Габриэль, узнав о результатах блиц-допроса. – Смотри, ничем не погнушались. Срубили нехилую сумму, небось купили уже билеты и решили еще и нас обчистить. И даже на убийство были готовы пойти, потому что… потому что… – Габриэль запнулся.
– Ну да, мы оба с тобой понимаем, что, скорей всего, они убили Любу, так что опыт убийства у них уже имелся и им нечего было терять, – закончил за него Иван.
Следователи провели еще один допрос бандитов, и братья признались, где зарыли тело женщины. Убили они ее случайно сразу в день похищения. И если бы милиция быстро начала работать по надписи, обнаруженной Варей, несчастную все равно бы не нашли живой, не спасли. Но это мало утешало.
Наконец представители власти и арестованные покинули дом. Четверо оставшихся – хозяева и гости – были очень удручены.
– Какой кошмар! Мы даже не одну змею на своей груди пригрели, а целый клубок змей! – вздохнула Светлана Ивановна. – Ужас…
– Это моя вина, – хмурился Габриэль. – Я как мужчина должен был больше заботиться о безопасности семьи, а получилось, что допустил такой беспредел. Моя мать жила под одной крышей с убийцами! И Любу им, во всем ее дорогом оперении, я показал!
– Но кто же мог не то чтобы знать, а даже предположить в обычных с виду людях бесчеловечных преступников? – попыталась успокоить его Варвара.
– И тебя сюда привез, в их логово… Ничего себе знакомство у нас состоялось! – продолжал посыпать голову пеплом Габриэль.
– Очень хорошо, что я заметила надпись, что сказала тебе о ней и приехала сюда! – не согласилась Варя. – Пусть мы не вернем к жизни бедную Любу, но зато обезвредили банду, даже целые две. И больше уже никого эти мерзавцы не убьют и не ограбят.
– Я тоже так считаю, – согласилась Светлана Ивановна. – И я рада была познакомиться с такой вот смелой девушкой.
– Взаимно, – улыбнулась Варвара. – Ну а теперь я прошу меня отвезти.
– Куда? – в один голос спросили мать и сын.
– Восвояси. Все закончилось. Расставлены все точки над «i». Мне здесь больше делать нечего.
– Как, уже? – растерялась хозяйка дома. И обратилась к сыну: – Так вот и все? Габриэль, ну хоть ты скажи что-нибудь!
– А что я скажу? Я не могу ни просить, ни приказывать. Варя говорила правду, когда заявила, что она не моя женщина. Нас действительно свел случай, этакий узел, который сейчас развязался.
– А мне все же кажется, что вам есть что сказать друг другу, – возразила Светлана Ивановна.
– Знакомство началось неудачно, но я ни о чем не жалею, наоборот, рада, что с вами встретилась, – учтиво ответила Варвара. – Но продолжать знакомство не вижу смысла. Я только переживать буду. Дом огромный, на отшибе, прислуги теперь нет, а новую не сразу найдете, будете теперь предвзято ко всем относиться. Габриэль на работе и вообще живет в городе. Вы, Светлана Ивановна, получается, одна здесь будете? Это нехорошо.
– Нет, одна я тут не останусь, – покачала головой женщина. – У Габриэля квартира в Москве есть, туда переберусь. Что же делать? Вот ноги только плохо слушаются иногда. А уж после такого стресса…
– А хотите, пока не найдете помощников по хозяйству, пожить у меня? – спросила совершенно неожиданно для себя Варвара.
– У тебя? – удивилась Светлана Ивановна.
– А что? Меня целыми днями не бывает, но дома всегда моя мама, Ольга Петровна, очень хорошая женщина. Вдвоем вам не скучно будет, может, и подружитесь, а заодно присмотрите друг за другом. Но мое дело – предложить, а решать, конечно, вам.
– Знаешь, а я согласна! – вдруг заявила Светлана Ивановна, чем сильно удивила Габриэля.
– Как скажешь, конечно, – забормотал тот. – Если ты считаешь, что там тебе будет лучше, то я отвезу тебя, куда скажешь.
– Мы живем в центре, квартира достаточно просторная, рядом прекрасный сквер, где вы будете гулять.
– Хорошо, я отвезу вас обеих туда завтра с утра, а сейчас давайте отдыхать, – предложил Габриэль. – Мы вымотались, устали. Места всем хватит. Надеюсь, что и Ваня с нами останется. Зачем на ночь глядя тащиться?
– Хорошо, я позвоню домой, предупрежу маму, – согласилась Варвара.
– А на спектакль свой отведешь меня? – спросила Светлана Ивановна. – Раз уж я в городе буду жить. Так давно в театре не была…
– Конечно, я проведу вас на любой спектакль, – пообещала Варвара.
Глава 19
На следующий день ближе к вечеру Габриэль позвонил Варваре.
– Ну как там наши мамы? – спросил он.
– Да вроде ничего… Интеллигентно подкалывают друг друга, чей ребенок лучше и кто кого больше достоин, – ответила она. – Но в целом все мирно.
– Я звонил своей, так она знаешь что сказала? Что никогда в жизни не пошла бы в чужой дом. Но к тебе согласилась для того, чтобы наша с тобой встреча не оказалась последней. Мол, если матери будут вместе, то и дети к ним по-любому придут навестить и встретятся.
– Зачем? – спросила Варя.
– А ты не понимаешь? Хоть она и ершистая, но ты ей сильно понравилась и внешне, и по характеру.
И у мамы возникла идея фикс женить меня. Считает, что если меня и сможет кто-то заинтересовать и остановить в моем загуле, то только такая женщина, как ты. И пожалуй, я впервые соглашусь с моей мамой.
– Да что ты? – рассмеялась балерина.
– Ну, обычно сыновья не слушаются матерей, а я хочу послушаться… – повторил Габриэль.
– Лично тебе я ничем помочь не могу, а вот мама твоя мне нравится. Сегодня она напросилась со мной на репетицию в театр к шести часам вечера, – сказала Варя.
– На репетицию? Подожди, какая репетиция? Ты с ума сошла? У тебя же ноги больные!
– Да нормально все у меня. Я пока не на пальцах, но надо и растяжку делать, и нагружать икры, чтобы мышцы не атрофировались. Неделя застоя и для танцующего артиста – катастрофа. Так что я сегодня репетировать должна. Как смогу.
– Но, Варя, там же в театре тот гад, что насыпал тебе стекла в пуанты! Ведь мерзавец не найден!
– Ха-ха-ха… Никто его и не найдет, можно только догадываться. А мне что, больше в театр не ходить? Ну уж нет… Просто теперь я осмотрительнее буду. И потом, если честно, по характеру преступления меня хотели покалечить, чтобы я не смогла танцевать. Так?
– Так…
– Но никак не убить. Я после переделки, в которую попала в твоем доме, стала несколько оптимистичнее, поэтому за свою жизнь не опасаюсь. Повторять попытку членовредительства, когда театр наводнен сотрудниками милиции, по меньшей мере глупо, а особо тупых у нас в труппе нет. Так что не переживай.
– И все-таки могу и я подъехать? – спросил Габриэль, понимая, что элементарно хочет увидеть Варю.
– На репетицию?
– На тебя посмотреть… Может, потом поужинаем вместе? Да и разговор у меня к тебе есть.
– Хорошо, приходи, – согласилась Варвара.
Весь день Габриэль, даже погрузившись в дела бизнеса, участвуя в переговорах, подписывая документы, думал, что скоро увидит ее, и в сердце поселилась трепетная тревога – чувство, доселе не знакомое ему. Ближе к вечеру, когда он уже находился в томительном ожидании, к нему в кабинет заглянула Ирина, одна из его секретарш.
– Габриэль Виленович, извините…
– Да?
– Тут такое дело… – замялась девушка.
– Говори как есть!
– Вы все встречи отменили, – сразу же обозначила Ира, что не забыла распоряжение шефа.
– Совершенно верно. И не буду ни с кем встречаться. Только не сегодня! Перенеси все встречи.
Секретарша зашла в кабинет и закрыла за собой дверь. Затем, максимально понизив голос, прошептала:
– Я все понимаю, но, зная ваше доброе сердце, все же рискну сказать. Женщина-инвалид очень просится к вам. Ей, наверное, тяжело туда-сюда ездить. Но как скажете…