Отвечает Брэдвелл.
– Отключите все каналы замкнутого контура на телевизоре в моих покоях, – командую я и, убрав телефон обратно в карман, поворачиваюсь к темнице Чилла.
– Вставай, – рычу я в царящую внутри черноту, ощущая запах его немытого тела и застоявшегося дыхания. Хватаю со стены факел и швыряю между прутьями решетки. Он с шипением приземляется рядом с Чиллом, и тот отдергивает ногу, чтобы комбинезон не загорелся. – Я сказал, вставай!
Свет факела мерцает в глазах Чилла, когда он отбрасывает его от себя и медленно поднимается, приближая лицо к решетке. Это уже не тот робкий куратор, которого мы с Денвером однажды вытащили из столовой. Не тот жалкий неудачник, кто прятался за очками без стекол и использовал репутацию своего Времени года в качестве валюты для оплаты местечка за столом рядом с популярными ребятами. Глаза Чилла сверкают белым, его магия нарастает, как буря, ожидая шанса наброситься на меня и погрести под собой.
Он смотрит на мою повязку с явным отвращением.
– Где Флёр?
– Я здесь не для того, чтобы говорить о Флёр. Мы с тобой поболтаем о Поппи.
Он надолго задерживает дыхание, вырывающееся из ноздрей облачками пара.
– О Поппи?
– Ты расскажешь мне, как, черт возьми, ей и ее друзьям удалось проникнуть сюда.
Он сжимает пальцами прутья решетки.
– Она здесь?
– С Чейз, Верано и их куратором. И ты скажешь мне, как они сюда попали.
– Откуда мне знать? Я спал, когда ты и твои друзья выхватили меня из лей-линий. Хоть Поппи и остальные здесь, я не в их компании.
– Нет, но ты сыграл важную роль в планировании их побега отсюда, так что, держу пари, ключ к разгадке этой тайны заперт в твоем черепе, и если ты не расскажешь мне, как они сюда попали, я готов взломать его, просто чтобы посмотреть, что выйдет наружу.
Чилл отходит назад от решетки.
– Делай, что хочешь, придурок. Ни хрена я тебе не скажу.
Обернувшись через плечо, я приказываю Йоре открыть камеру. Чилл сопротивляется, когда Стражи вытаскивают его, и Йора надевает наручники ему на запястья, заведя руки за спину. Затем она пинками раздвигает ему ноги и приковывает каждую к решетке.
– Открой ему глаза, – рявкаю я, когда Чилл отворачивается.
Марч берет Зиму за голову и разворачивает лицом ко мне, а Йора приоткрывает веки.
На меня выплескиваются его заполошные разрозненные воспоминания, и я изо всех сил пытаюсь ухватить хоть один образ, прежде чем он сменится следующим. Дом на Аляске… озеро в Куэрнаваке… пожар в пустыне… землетрясение в Текате… пляж у обрыва… заднее сиденье внедорожника с его куратором… подземный ход… хижина в лесу… судно… лифт…
– Вот оно! – Усилием воли я схватываю нужный мне образ и, превозмогая ужасную головную боль, пытаюсь удержать его.
Деревянный ящик покоится на тележке, которую катит человек со знакомым румяным лицом. Деньги переходят из рук в руки. Из кармана кухонного халата появляется связка ключей…
У меня подгибаются колени, и я прижимаю руку к глазу, чтобы унять пронзившую его острую боль.
Майкл так и не понял, как Джек и его друзья сбежали. Кадры с камер наблюдения у комнаты Джека в общежитии были стерты, оставив таинственные пробелы в записях на серверах, а фургон, который мы отследили, был приобретен на вымышленное имя. К тому времени, как нам удалось определить их местоположение, Майкл был больше озабочен тем, чтобы поскорее завершить маленькое приключение Джека, а не выяснить, как оно началось.
Если бы Майкл увидел этот момент – это лицо – в оке своего посоха, он мог бы положить конец восстанию Джека еще до того, как оно случилось. И Джек, и все его друзья развеялись бы по ветру.
– Когда встретишь Джека, – рычу я, обращаясь к Чиллу, – передай ему, что Флёр у меня. И что я жду его.
27. Сердце стремится к цели
Чья-то холодная рука касается моей щеки, и я ощущаю привкус пыли во рту.
– Очнись!
Кто-то щелкает пальцами. Мне в лицо брызжут теплой водой, а затем – внезапно – холодной.
Я испуганно втягиваю носом воздух, открываю глаза и пытаюсь сесть.
Кто-то поддерживает меня в вертикальном положении, а кто-то еще прижимает к моим губам бутылку с водой. Я похлопываю по обнимающим меня рукам, чувствуя боль в левом трицепсе, когда поднимаю руку, чтобы прикрыть глаза от яркого света факела.
– Уберите эту штуку от моего лица!
Факел издает свистящий звук, когда Мари втискивает его в отверстие в грубой каменной стене. С потолка капают сталактиты, и каждый звук эхом разносится под высокими сводами пещеры. Я сижу на каменной плите… Судя по виду, это какой-то гроб, не преданный земле. Их ряды окружают меня со всех сторон, и еще большее количество вырезано в виде колонн в скалах. В центре одной стены расположена гигантская железная печь – мусоросжигатель с огромной железной дверью и высокой серебряной вентиляционной трубой, уходящей под самый потолок.
Мы в катакомбах.
– Который час? – спрашиваю я. Мысли заполошно мечутся в голове. Протянув здоровую руку, ощупываю кончиками пальцев грубые швы чуть ниже левого плеча. – Как долго я провалялся в отключке?
– Попей. – Поппи держит передо мной бутылку с водой. – Пуля едва тебя задела, но ты потерял слишком много крови, поэтому нужно восстановить запас влаги в организме. – Я открываю рот, чтобы возразить, но она прижимает палец к моим губам, не давая сказать ни слова. – Пей!
Нахмурившись, беру бутылку и делаю несколько осторожных глотков. Убедившись, что тошнота мне не грозит, с жадностью допиваю остальное. Запрокинув голову, чтобы слизать последние несколько капель, я чувствую головокружение и, потеряв равновесие, соскальзываю с гроба.
Эмбер обхватывает меня за талию, удерживая на месте своими холодными пальцами. Потыкав меня в живот, она издает низкий свист:
– Вот это да, Джек! Когда ты успел так накачаться?
Я стряхиваю ее руку.
– Серьезно, Соммерс, – подхватывает Хулио. – Ты прибавил несколько килограммов с тех пор, как я видел тебя в последний раз. – Обнаженный по пояс, он стоит, прислонившись спиной к грубой каменной стене, и грызет кусок хлеба. Разорванные, окровавленные остатки его рубашки до сих пор обвязаны вокруг моей руки.
– Штангу поднимаю. – Я развязываю узел на жгуте и трясу онемевшими пальцами.
– Наконец-то перестал жалеть себя и занялся делом! Или просто страдать надоело? – поддразнивает он.
Я выгибаю спину, стискивая зубы, чтобы не поморщиться. Эмбер медленно отстраняется, как будто не вполне уверена, что я в состоянии самостоятельно сидеть. Мари захлопывает аптечку первой помощи и ставит ее поверх коробки бутылок с водой. Между зубами у нее зажата краюшка хлеба, от которой она отрывает кусок и протягивает мне. Я беру его только потому, что желудок, кажется, передал команду напрямую пальцам.
– Где вы все это взяли? – спрашиваю я.
Не переставая жевать, Хулио поясняет, указывая большим пальцем на Кай:
– Богиня охоты стащила кое-какие припасы с кухни.
Сидящая в одиночестве в темном углу Кай недвусмысленно демонстрирует ему средний палец.
– Ты обещал вернуть мне оружие.
– Я сказал, что ты можешь забрать свой лук. И я тебе его отдал!
– Мне нужны и стрелы тоже.
– Ага, держи карман шире.
Кай смотрит на колчан, лежащий в дальнем конце пещеры. Она единственная, кто не пялится на меня. Друзья все еще стоят вокруг меня, будто оберегая, а в воздухе чувствуется напряжение.
– Я в порядке. Видите? – Я поднимаюсь на ноги, указывая на себя широким движением руки. – Все в полном порядке. Идемте же! – Но никто не двигается с места. – Какого черта мы ждем? Дуг, вероятно, уже знает, что мы здесь. Чем скорее тронемся в путь, тем быстрее доберемся до Флёр и Чилла. Верно, Поппи?
Она закусывает губу.
– Мы тут с ребятами поговорили по дороге сюда, Джек, и думаем… – Она оглядывается через плечо на остальных. – Так вот, мы считаем, что, может быть, будет лучше, если за дело возьмутся Хулио и Эмбер.
Я неохотно киваю.
– Да, конечно. В этом есть смысл. – Хулио и Эмбер – самые сильные из всех нас. Если с ними что-нибудь случится, они смогут исцелить друг друга. Отправить их вперед будет разумным шагом. – Прекрасно. Хулио и Эмбер пойдут впереди, а мы с Кай следом. Понял, – Эмбер и Хулио обмениваются взглядами, Мари поднимает бровь. – Что такое? – удивляюсь я, переводя взгляд с одного лица на другое.
– Дело в том… мы решили, что кураторам лучше оставаться в стороне и поддерживать нас другими способами.
– Какими такими способами?
– Ну, знаешь, следить за Хулио и Эмбер с безопасного расстояния.
Прищурившись, я смотрю сначала на Поппи, потом на Хулио и, наконец, на Эмбер с Мари. Они определенно не шутят.
– Кай нам все рассказала, – тихо говорит Эмбер. – Дугу нужен ты, Джек, а не мы.
Хулио засовывает руки в карманы джинсов.
– Как только он тебя найдет, для Чилла и Флёр игра будет окончена.
Поппи кладет руку мне на плечо.
– Если остальные останутся в укрытии, пока Хулио с Эмбер будут их искать, мы сможем выиграть больше времени.
– Что? – Я отшатываюсь от нее. – Нет! Я ни за что не буду держаться в тени. Кай знает дорогу, а мне известны повадки Дуга. Все, что мне нужно сделать, – это добраться до своего дымного тумана.
У Эмбер отвисает челюсть.
– Ну уж нет! Это определенно не самый хитроумный план, Джек. Твой дымный туман непредсказуем. Мы понятия не имеем, как он отреагирует, попытайся ты забрать его обратно – или как отреагируешь ты сам, если уж на то пошло. Сейчас мы не можем себе позволить идти на такой риск.
– Так вот что вы задумали? – кричу я. – Решили запереть меня в комнате и заставить наблюдать со стороны, как сами спасаете мою девушку?
Эмбер, хмурясь, обхватывает себя руками.
– Мне очень жаль, Джек.
У Хулио и вовсе не хватает смелости посмотреть на меня.
– Я им говорила, – негромко встревает Кай, – что мы прекрасно справимся сами. У нас есть оружие, и план тоже имеется. Ты ищешь Флёр, я – свою сестру. Нам не нужна ничья помощь.