– Почему не повезло? Адрианова отказалась платить?
– Нет, она готова была выполнить свои обязательства. Но тут Витя Новокшанов выдвинул новые требования. Продемонстрировав Адриановой возможности чудо-программы, он сказал, что им нужна доля от грядущих прибылей. Короче, потребовал, чтобы Адрианова сделала их полноправными партнерами. Пригрозил, что в противном случае они сами найдут применение уникальному биржевому роботу.
Это и решило их судьбу. Разумеется, Лила Павловна не могла согласиться на подобное требование. Она посчитала, что проще будет избавиться от людей, которые становятся серьезной помехой ее бизнесу.
Если верить Адриановой, изначальный план был такой – ликвидировать Новокшанова и мирно договориться с Парменским. А когда и Парменский не пошел на мировое соглашение, решилась и его судьба.
Однако на банальное убийство Адрианова не осмелилась. Ей казалось, что поднимется ненужный шум, начнется следствие, и вся история может оказаться засвеченной. И вот тогда она разрабатывает воистину дьявольский план. Любому врачу известно: тот, кто вообще не испытывает страха, – не герой, а кандидат на переселение в сумасшедший дом. Ну а обычный человек всегда чего-нибудь да боится; вопрос лишь в том, насколько ты способен управлять своим страхом. Но вот беда: страх, как и боль, относится к тем эмоциям, которые поддаются контролю только до определенного предела. Если страх достаточно силен, даже самая смелая и возвышенная личность сдает позиции, и на ее месте оказывается трясущееся животное, не соображающее, что делает. И поверьте мне: каждый человек где-то в подсознании, под семью замками, прячет такой страх – свой главный кошмар, способный свести с ума. Это может быть какая-нибудь ерунда, глупая фобия типа боязни собственной тени, пауков или открытых форточек. Но именно эта ерунда в определенных обстоятельствах способна разом отключить ум, память, совесть, отнять все, кроме простейших рефлексов. Казалось бы – идеальный инструмент для бандитов, аферистов и прочих злоумышленников. Узнай, чего твоя жертва больше всего боится, и можешь без особых проблем лишить ее разума или вовсе угробить. Да-да, от страха можно умереть: разрыв сердца – не фантазия киношников. Но не все так легко: человека нельзя просто так взять и запугать до смерти. Мозг всегда блокирует самые мощные страхи; к тому же нормальный взрослый все-таки обычно способен держать себя в руках. Скажем, тот, кто боится летать, не станет же, попав в аэропорт, кататься по земле и биться в конвульсиях с пеной у рта, даже если очень боится, правда? Однако разблокировать фобию, отключить у жертвы самоконтроль и пробудить подавляемый страх все-таки технически возможно. Последствия непредсказуемы: неврозы, депрессия, истерики, панические атаки, помутнения сознания. Ну а если в такой момент столкнуться с предметом своего страха, можно запросто получить инфаркт с летальным исходом.
– Неужели такое возможно? – прошептала Марина.
– Думаете, фантазирую? – усмехнулся Юрий Иванович. – Ничего подобного. Я специально консультировался со специалистами – все это было много раз исследовано и подтверждено – увы, экспериментально, на живых людях. Такими опытами долгие годы занимались спецслужбы, мне об этом рассказывал знакомый, имевший доступ к такого рода секретам. Не исключаю, что эти сведения каким-то образом могли попасть в плохие руки. Правда, тут есть одна тонкость. Дело в том, что подобные процедуры требуют довольно сложной подготовки. Во-первых, нужен врач-гипнотизер. Во-вторых, жертву перед началом такого сеанса необходимо накачать наркотиками в определенных пропорциях, и так далее. То есть для того чтобы проделать нечто подобное на оживленной улице, нужно быть не просто гипнотизером экстра-класса, а скорее кем-то вроде экстрасенса. Так вот. Наша талантливая злодейка придумывает свой собственный, оригинальный метод убийства при помощи страха. Его можно назвать методом постепенного убийства.
При расследовании смерти Новокшанова и Парменского меня поразили некоторые детали, абсолютно схожие в обоих случаях. Я нашел свидетелей, которые видели довольно любопытные вещи. И к Новокшанову, и к Парменскому, когда они шли на собеседование, точнее – стрессовое интервью, подходили люди, о чем-то недолго с ними говорили, обязательно клали руку на плечо, потом куда-то исчезали. Марина, помните, как я добивался от вас, чтобы вы вспомнили, что видели из окна?
– Конечно, – оживилась Марина. – Я помню, как к Новокшанову, перед тем, как он зашел к нам в офис, подошла какая-то девушка.
– Правильно, то же самое видела Земфира Леопольдовна, следившая за своим благоверным. Мы с Геной Щипачевым нашли людей, которые заметили, как к Парменскому, шедшему в офис «Ритейлпромбанка», подходил молодой человек, о чем-то разговаривал и клал на плечо руку. Так вот, это было включение программы страха. Осуществляли включение помощники и ассистенты Лилы Павловны – Юра и Дина.
– Откуда они вообще такие взялись, вот что интересно, – буркнул Васин. – Как это она их завербовала?
– Думаю, по принципу «свой свояка видит издалека». К тому же опытная женщина скорее всего углядела в молодых людях еще и склонность к авантюрам и преступлениям. Впрочем, определенно сказать пока не могу, думаю, следствие выяснит. Так вот, что касается метода постепенного убийства, придуманного Адриановой. Первый этап успешно завершен. Правда, Новокшанов и Парменский вели себя потом по-разному, помните?
– Конечно, – сказала Марина. – Новокшанов был явно не в себе, а Парменский, наоборот – весьма сосредоточен.
– Это потому, что реакция на страх у всех разная. В общем, согласно плану Адриановой, вторым этапом становилось стрессовое интервью, которое раскачивало психику человека, лишая его точки опоры и придавая дополнительную неуверенность его действиям. Затем наступала очередь последнего, третьего этапа, когда человеку демонстрируют предмет его самого большого страха. Разумеется, Адриановой предварительно была проведена разведка, где выяснилось – Новокшанов до смерти боится черных собак – его в детстве сильно искусала какая-то злобная дворняга. А Парменский даже видеть не может змей. Это что-то на генетическом уровне.
Вот им и продемонстрировали их страхи во всей красе.
– Но я же смотрела, как Новокшанов уходил из офиса, и не видела никаких собак! – воскликнула Марина.
– Вы не видели, зато видели другие люди. Там была припаркована машина, в которой сидел здоровенный черный пес. Когда Новокшанов проходил мимо этой машины, собака отчаянно залаяла. Я разыскал людей, которые наблюдали, как псина облаяла Новокшанова. В обычной ситуации он бы просто испугался, но здесь… Механизм саморазрушения был запущен, сердце не выдержало.
– Вы хотите сказать, что Парменский увидел змею? – изумилась Марина.
– Абсолютно точно, – серьезно ответил Бойко. – Вспомните историю с лифтом, который стоял на ремонте, а потом, когда Парменский вышел от вас после стрессового интервью, вдруг заработал. Адрианова все организовала идеально. Впрочем, в родном банке, где она являлась полновластной хозяйкой, сделать это было несложно. Так вот, когда открылись двери, Парменский увидел гигантскую змею с раскрытой пастью. Этот цирковой номер исполнил Юра Голубев, неплохой, к слову сказать, артист. Кстати, Марина, они же ведь хотели и от вас избавиться подобным же способом. Как от ненужной и опасной свидетельницы. Поэтому Адрианова так и тянула с вашим возвращением на службу.
– Крысы?!
– Они самые.
– Конечно, я сама, как дура, рассказала этому Юре про то, что до смерти боюсь крыс. Еще эта кукла тогда подошла к нам. И он меня хотел…
Тут Марина покосилась на Васина и быстро поправилась:
– В общем, тоже руку положил на плечо. Я еще вспомнила – у них всех вообще такая манера – руки на плечо класть. Лила Павловна, когда я у нее в кабинете сидела, тоже…
– Это жест подчинения, – прокомментировал Бойко. – Я ведь впервые заподозрил Адрианову, когда проконсультировался с одним знакомым психотерапевтом. Очень уж мне не нравились странные суициды. А уж когда выяснилось, что оба мужчины умерли от разрыва сердца, я стал всерьез приглядываться к этой королеве финансов. Между прочим, в истории с крысами они допустили колоссальную ошибку.
– Какую же, интересно? Я ведь действительно от страха чуть с лестницы не свалилась.
– Пока вы с Юрой были в театре, Дина готовила вашу квартиру к представлению. Кто-то, видимо, помог открыть дверь…
– Не Земфира, случаем? – поинтересовался Савелий.
– Что за шутки? – возмутился Бойко. – Тебе, кстати, полезно будет выяснить, кто еще состоял в этой веселой компании.
– Вы про крыс говорили, Юрий Иванович, – напомнила Марина.
– Значит, Дина привезла несколько штук с собой, в клетке. Крысы были ручные, людей не боялись, вот и бегали весело вдоль плинтусов. Выяснилось – у Дины бабушка работает в зоопарке.
– А гигантская крыса? Тоже ручная? – содрогнулась Марина, вспомнив тот вечер.
– Это был театр теней, довольно ловко подстроенный, – улыбнулся Бойко. – Конечно, вам тогда было не до смеха. А потом, когда вы с Васиным вышли на улицу, та же Дина все быстренько убрала, забрала зверьков и скрылась. Но дело в том, что приехала она к вашему дому на машине Шершукова. Они хотели использовать ее один раз и потом где-нибудь бросить. Только машина у Дины не завелась, поэтому она и была вынуждена показаться, изобразить сцену ревности и уехать вместе с Голубевым. Они хотели забрать машину Шершукова на следующий день, стереть свои отпечатки и так далее. Но мы с Савелием их опередили. Кстати, Дина клетку с крысами оставила в багажнике, не рассчитывала, что кто-то будет с раннего утра рыскать вокруг дома. Когда я увидел их, то мне многое стало понятно. Ну а после того, как мы заманили парочку в ловушку, введя в нашу игру Сергея Манцева, стало ясно, кто дергает этих кукол за ниточки.
Бойко встал, подхватил свой элегантный серый чемодан и объявил:
– Так, регистрация уже началась, пойдемте, мои дорогие. Я и так из-за вас опоздал на турнир, и теперь опаздывать на самолет не хочу. Если что-то не успел рассказать – извините. Готов через неделю встретиться в спокойной домашней обстановке и еще раз все обсудить.