Ответов не было.
В клубящейся пыли уже не различались силуэты. Переживания затмили прежние мысли. А мир перед глазами медленно плыл. Фрея испуганно поставила отражающее заклинание, когда в нее полетели щепки, а после застыла, как заколдованная.
Демон-охотник окаменел, а Адриан, не теряя времени, вонзил в его сердце кинжал. По груди пошли трещины, и демон-охотник превратился в пыль. Порыв ветра разнес ее по изувеченной темной магией территории кладбища. Он сгребал в охапку листья и словно убирал ими следы содеянного.
Короткая – а может, и нет, судя по алеющему закату, – битва была окончена.
Но не для Фреи.
Ее мир разделился на до и после, а осознание приходило так медленно, что хотелось вырвать себе сердце, лишь бы не дать вновь заполнить его эмоциями.
«Тьма поглотит его», – звучали в голове слова погибшей ведьмы.
И теперь в этом не осталось сомнений.
Сгустки энергии собирались, клубились и, образовывая черный туман, стелились по земле, чтобы прийти к новому хозяину.
Адриан победил. По-настоящему победил. Спустя столько лет у них появилась свобода, но ее цена оказалась слишком высока.
– Адриан, – судорожно дыша, позвала Фрея и закрыла рот дрожащей рукой.
Ей не стоило этого делать, не стоило мешать зверю получить свою добычу – награду за потраченные силы и время.
Это чувствовалось во всем.
Глаза Адриана были чернее ночи и хищно блестели, а сам он плавно, словно играя с жертвой, приближался к Фрее, не обращая внимания на образовавшийся вокруг него плащ со шлейфом из сгустков тьмы. Король мрака.
Проклятый демон, проклятый ловец, охотник на демонов, вампир, вестник. Коктейль из противоречий и ненависти к самому себе. А теперь, возможно, и к Фрее?
Закружилась голова. То ли от переизбытка эмоций, то ли от вязкой и липкой магии, окружившей ее со всех сторон и лишившей ее способности связно мыслить.
Смерть ведьмы создала ограждение от демона-охотника. Умирая, она направила свою энергию, чтобы сделать барьер, не позволяющий напасть на Фрею, обеспечила ей защиту и дала сигнал к началу дуэли.
Магия Рози – невидимая стена, которая не пропускала заклинания. Однако переданная сила всего лишь выполняет волю своего владельца и… может быть призвана обратно… Этим объяснялась покалывающая боль в руках. Рози вернет свое, но больше никогда не сможет переступить границы Хилмора, ведь такие заклинания запрещены. Она, как и Адриан, нарушила правила ковена. Хотя… что тот мог сделать, если до сих пор не явился на кладбище?
То, что раньше казалось невообразимым, сейчас стало реальным – они свободны. Вот только не так, как хотелось бы. Не зря говорят: мечтать нужно аккуратно…
– Не подходи так близко, – вырвалось у Фреи до того, как Адриан замер в нескольких сантиметрах от нее.
– Разве нас теперь что-то останавливает? – криво ухмыльнулся Адриан, поцеловал ее руку, а потом кивком указал на выход из кладбища. – Думаешь, ведьмы ковена решатся прийти сюда? Горстка утративших былую силу женщин…
В его голосе послышалась насмешка, а через миг он тихо и гортанно захохотал.
Не осталось в нем прежнего Адриана. С каждой каплей проклятой магии он все меньше походил на самого себя, хотя ничто, кроме черных, как уголь, глаз, не изменилось. Ничего, напоминающего демона. И все же… в нем была тьма.
Словно в подтверждение ее мыслей, на его груди вспыхнул символ смерти вестника – гусеница. Она разрезала одежду, выжигая на коже тонкий шрам. Обратного пути нет.
– Им не поймать меня, не запереть в темнице, не стать преградой, – без какой-либо интонации проговорил Адриан, глядя в перепуганные глаза Фреи. – Ты пойдешь со мной?
– Куда? – покачала головой Фрея, заранее зная ответ.
Это было даже большее предательство, чем то, которое совершила ведьма. Часть души Адриана пока еще жива, но веры в нее уже не осталось.
– В подаренный мной особняк, – пояснил Адриан, и за ним, наконец, развеялся черный туман. Магия теперь у нового владельца. – Мне известно, о чем тебя предупреждали, Фэй, но твои эмоции как на ладони.
– И да, и нет, – выпалила Фрея, боясь, что ее читают, как открытую книгу.
– Я так не думаю, – угрожающе произнес Адриан, заходя за ее спину. – Тебе страшно, ты знаешь, что в моих руках кинжал, и даже не попыталась отнять его. Тебе дали защиту, чтобы убить меня, но ведь тогда нам придется расстаться.
Он понизил голос и дотронулся ледяными пальцами до ее шеи. Фрея шумно вдохнула и замерла.
– Я чувствую, читаю твои мысли, живу тобой. Ты не сможешь быть безразличной, я докажу…
В подтверждение своих слов Адриан склонил голову и, едва касаясь губами разгоряченной кожи, обжег ее холодным дыханием. Его руки заскользили к талии, прижимая Фрею к себе так сильно, будто стараясь лишить воздуха и вместе с ним силы воли.
И почему? Почему, черт возьми, Фрея перестала дышать, вместо того чтобы воспользоваться моментом или бежать как можно дальше?! Понимала же, что должна закончить начатое и решиться на убийство! Оправдать ожидания ведьмы и Рози? Разорвать круг демонической магии и стать по-настоящему свободными?
Но не смогла. Бессильно опустила руки и начала жадно хватать воздух в попытке надышаться перед смертью. Так ей казалось, так она себя чувствовала в тисках Адриана.
– Отпусти, я не должна быть здесь, не должна слушать тебя, – хрипло прошептала Фрея. – Мы попрощались еще до прихода на кладбище.
– Я выиграл битву! – прорычал Адриан ей на ухо. – Ты мой трофей, как и магия, которая убережет нас от ковена, от любых демонов-охотников, от ловцов и чего угодно. Когда-то мы мечтали об этом.
– Мечтали, нарушив обет не любить, ведь вестники обеспечивают баланс. А какое равновесие можно создать, когда ты сам – хаос из эмоций?! – с возмущением дала отпор Фрея. – Ты будто и не ты вовсе, разве не чувствуешь?
– Наша встреча не была случайной. Вестники томятся в мечтаниях вернуться к возлюбленным. А что, если мы и до этого были связаны?
Адриан взял ее лицо в свои ладони и посмотрел в глаза.
– Послушай меня, услышь наконец-то. Мы свободны. Пойдем в особняк, пойдем туда, где ты будешь под защитой.
«Или в клетке», – мысленно добавила Фрея.
Он противоречил сам себе. Зачем прятаться, если они свободны? И все же где-то в глубине души прорастало понимание, что лучше согласиться. Черт знает, зачем и почему, но она послушала интуицию. И неважно, что Адриан навис над ней, играя, запугивая, говоря о прошлом. Манипулировал, цепляясь за любовь, которую Фрея так долго хранила внутри себя.
Осталось только не думать, не вспоминать о Рози – именно ее сила уже покидала Фрею, словно наказывая за неоправданную надежду. Ей доверили самое ценное, дали шанс, а она так слабовольно отказалась им воспользоваться.
«Не время, не время, не время», – слышалось в шелесте листвы.
«Он не человек, – убеждала себя Фрея в попытке вернуться в реальность. – Магия поглощает его, лишает души, лишает возможности переродиться».
На кону стояло все: либо предательство, либо возлюбленный. Чаша весов застыла, а внутри все сжалось, как пружина. Вот-вот выстрелит, нанося смертельный удар и без того ослабевшему сознанию.
– Ты согласна пойти?
Будто издеваясь, Адриан прижался к ее губам, мешая произнести хоть слово, и тихо, гортанно рассмеялся, видя, с каким трепетом Фрея замерла в его руках. Не то от переизбытка эмоций, не то от страха. Они были нереально близко и так же далеко друг от друга.
Сохранить грань между болезненным желанием жить иллюзией и справедливым решением бороться за душу того, кого Фрея полюбила…
– Сейчас нет ничего, кроме нас, – с угрозой в голосе предупредил Адриан. – Ты чувствуешь это…
Фрее хотелось закрыть глаза и представить, что все происходящее – лишь кошмарный сон. Хотелось прекратить эту пытку и отключиться. Не ощущать, не видеть, не слышать, не предавать саму себя.
– Адриан, – собравшись с силами, произнесла она и замолчала, не зная, как объяснить ему все, как выразить ту ложь, которую нельзя прокручивать в голове, ведь он читает мысли.
Он отпустил ее, бережно взял тонкую ладонь и приложил ее к своей груди, заставляя ощутить непривычный для вампира стук.
Зря он это сделал, зря он это сделал…
Случилось неизбежное. Фрея позволила себе слабость закрыть глаза и вздрогнула.
Сквозь веки она увидела черное сердце. Его обвили темные нити магии, и они, как артерии, подпитывали тихое и равномерное биение того, что давным-давно было мертво.
Фрее стало мучительно, невыносимо больно. За те секунды, пока тьма передавала импульсы погибшей плоти, хотелось снять с себя кожу, лишь бы избавиться от грязного, мерзкого и липкого ощущения смерти.
Увиденное выжигало изнутри, пустило яд в самые светлые надежды, убивая их быстрее любых слов.
Опасения и предупреждения ведьмы подтвердились. Адриана поглощает проклятая магия демонов. Пути назад нет. Ни для нее, ни для него.
– Ты пойдешь со мной? – похоже ни о чем не догадываясь, спрашивал Адриан.
– Я не… – возражение застыло комом в горле, навернулись слезы.
Она была поражена, с каким презрением относилась сейчас к самой себе. Неужели так легко сломить веру в будущее? Неужели мечтания можно развеять одним-единственным прикосновением? Все же… ложь могла затаиться, где угодно, но только не закрыть пеленой взор того, кто решился посмотреть правде в глаза.
Шумно выдохнув через нос, Фрея попыталась отстраниться, отступить. Но ее остановила крепкая рука Адриана. Она сжала ее плечо, сползла вниз по спине, оставляя горячий след сквозь одежду.
– Ты пойдешь со мной? – он повторил вопрос, хищно ухмыляясь и показывая, что дает время ответить по-другому: не так, как она думала, не так, как хотела.
– Да, – едва проговорила Фрея, понимая, что ее капкан захлопнулся.
Глава 20Мотыльки
После тошнотворного перемещения весь мир покачивался, и, только благодаря крепким объятиям Адриана, Фрея устояла. Его изящные пальцы скользили по ее спине, отрезвляя прохладой и приводя в чувство.