– Какие бы вы ни получили приказы, я хочу быть вежливым: неизвестно, сколько трудностей нам придется вместе преодолеть. Я капитан-хирург Свенсон, Макленбургский военно-морской флот.
Ни один из солдат не ответил, поэтому Свенсон наклонился к ближайшему из них с нашивками на рукаве.
– Сержант гренадеров – это немалое достижение. Если бы на мне была фуражка, я бы отдал вам честь.
Услышав это, высокий сержант улыбнулся.
– Барлью, сэр, два года как произведен в сержанты. Это Поггс. Не советую сталкиваться с рядовым Поггсом.
Свенсон теперь обратился к Поггсу с уважением и серьезно:
– Уверен, что смогу этого избежать. Но меня беспокоит ваша собственная безопасность.
– Не стоит тревожиться, сэр, – сказал Барлью. – Я вам благодарен.
Они чуть не столкнулись с Шофилем, когда тот неожиданно остановился. Сержант Барлью пробормотал извинения, но Друз шикнул на него, чтобы солдат замолчал, и стал всматриваться в темноту. Свенсон ничего не видел и слышал только шум ветра. Шофиль согнул руки так, будто к чему-то принюхивался. Он прошептал солдатам:
– Один из вас останется здесь. Ждите пять минут, потом догоняйте нас. Будьте осторожны. Будьте бдительны. Пошли.
Рядовой Поггс дисциплинированно уступил дорогу, а остальные поспешили вперед, пока дюны не сменила сверкающая поверхность Орандж-Канала. Дорожки вдоль него были пусты, даже ни одного фонаря часового. Шофиль показал на свечение по другую сторону луга.
– Харшморт.
Свенсон повернулся к каналу.
– Кажется, здесь кто-то должен был к нам присоединиться?
– Будьте терпеливы, доктор. Кто это?
Шофиль бросился куда-то в сторону с поразительной скоростью. В темноте послышались приближающиеся шаги. Сержант примкнул штык и был наготове, но послышался шепот Поггса.
– Доложите! – прошептал Шофиль.
– Кто-то в самом деле следует за нами. Я не сумел схватить его, сэр. Он держался позади.
– Но кто? – Шофиль сжал кулаки. – И вы уверены, что это мужчина?
– Вряд ли женщина, сэр, особенно здесь.
Вдруг Шофиль посмотрел вверх и прислушался. Он повернулся к Свенсону, и на его бледном лице было удивление.
– Я ничего не слышу.
– А вам следует что-то слышать?
– Полковник Бронк уже должен добраться до ворот.
– Возможно, его задержали. У Вандаариффа есть свои люди…
– Нет, мы бы услышали.
Сержант Барлью кашлянул.
– Был пожар, сэр.
– Что за пожар?
– Мы видели его позади нас, там, где был поезд. Полковник, должно быть, поджег станцию. А вы разве не заметили? Нам было сказано вас не беспокоить.
– Не планировалось поджигать никакую станцию!
– Мне жаль, сэр. Тогда мы ошиблись.
– Что за идиотизм! Следуйте за мной и наблюдайте, замечайте ловушки, которых я избегаю, будьте внимательны! Наша цель – пробраться незаметно, а не драться. Полковник Бронк – это крупнокалиберная пушка. А мы – стилет, который втыкают в ухо. Понимаете?
– Зачем мы вообще вам нужны? – спросил доктор Свенсон.
– Они нужны, чтобы следить за вами. А вы понадобитесь, чтобы сохранить мою жизнь. – Шофиль умчался, передвигаясь на своих коротких и тощих ногах быстро, как птица.
– И на черта мне это делать? – спросил Свенсон.
Ответ Шофиля эхом отразился от спокойной глади канала:
– Потому что иначе она выиграет!
Самое близкое к тому, что Свенсону довелось видеть сейчас, были такие люди, как Чань, чьи инстинкты настолько отточены в самых примитивных отделах мозга, что их действия опережали мысли. Однако в случае с Шофилем его проворность не имела никакого отношения к опыту.
Он бежал на полной скорости и вдруг резко подпрыгнул. Когда Свенсон с солдатами добрались до этого места, то обнаружили между двумя лачугами черный провод, подсоединенный к взрывчатке. Они осторожно переступили через него и продолжили двигаться вперед, избегая других проводов и россыпей стеклянных шипов, спрятанных на дороге. Переступая через последнее препятствие, Свенсон оглянулся и уловил какое-то движение. Кто-то действительно следовал за ними, используя безопасный маршрут, показанный Шофилем.
Приглушенные крики и треск бьющегося стекла донеслись до них вместе с предупреждением Шофиля.
– Стойте! Дождитесь ветра!
Свенсон увидел облачко дыма, уносимое ветром к морю. Он пошел вперед и обнаружил на земле двух людей в зеленой форме, на них были бронзовые плотные шлемы. У каждого имелась полотняная сумка со стеклянными шарами размером с яблоко. Осколки нескольких таких шаров хрустели под ногами.
– Поспешите! – окликнул их Шофиль, ушедший уже далеко вперед.
Еще ловушки и люди, причем их было так много, что Барлью и Поггс догнали Шофиля со своими штыками еще до того, как он прикончил последнего. Безоружный Свенсон держался позади, надеясь прихватить что-нибудь у убитых, но Барлью схватил доктора за руку до того, как он успел это сделать.
Они присоединились к Шофилю перед стеклянными дверями в саду в восточном крыле Харшморта. Лицо Друза блестело от пота, но он улыбался.
– Теперь все начинается! Идите в нескольких шагах за мной, держите оружие наготове. Главные перестройки сделаны в западном крыле.
Племянник вертел головой, рассматривая здание, а потом устремился к двери. Свенсон услышал хлопок разбившегося стекла, когда тот проскакивал в дверь. Поггс и Барлью потонули в облаке дыма. Шофиль так хлопнул дверью, что стекла в ней разбились. От осколков стеклянных шаров все еще подымался дымок.
Свенсон зажал рот рукой и бежал, чуть отставая от Шофиля, но потом резко повернул в сторону. Он услышал возмущенный окрик Шофиля, однако новые взрывы стеклянных шаров и облака дыма помешали тому преследовать доктора. Свенсон пересек бальный зал и только тогда отважился оглянуться. Вдалеке он увидел фигуру, напоминавшую тропическое насекомое: она была оранжевая с бронзовой головой, и два безжалостных стеклянных глаза наблюдали за убегавшим доктором.
Перестройки сделаны в западном крыле, говорил Шофиль. Свенсон попытался оживить воспоминания о Харшморте на бегу, но теперь ковров не было, а мебель оказалась закрыта белыми чехлами. Он остановился, тяжело дыша, там, где начинался пол в черно-белую клетку, неподалеку от кухни. В конце коридора шла лестница, спускавшаяся в подземную комнату графа. Чань рассказывал, что она была разрушена и на ее месте образовалась широкая воронка. И все же… перестройки. Свенсон побежал рысцой в том направлении.
Перед открывающейся в обе стороны деревянной дверью он остановился и заглянул в помещение, где работали посудомойки. Тяжелый мясницкий тесак был воткнут в чурбан для разделки мяса. Свенсон схватился за него обеими руками и тянул, пока не вытащил лезвие из чурбана. Женщина в темной форме наблюдала за ним из внутреннего коридора. Позади нее еще несколько слуг собрались у чайника.
– Все в порядке? – прошептал Свенсон.
Женщина кивнула.
– Отлично. Оставайтесь здесь – вам ведь так сказали, правда?
Женщина кивнула. Свенсон повернул к двери, но потом оглянулся и сказал:
– Извините, так многое изменилось, а как там западное крыло?
– Никто не ходит туда, сэр.
Повар присоединился к остальным, на фоне увеличившегося количества слуг все больше выделялась странная униформа Свенсона, его акцент и неопрятный вид.
– Это мой разделочный нож, – сказал один из мужчин.
– Я его не присвою. – Свенсон слегка запоздало поклонился, выражая благодарность. – Не беспокойтесь. Я служу королеве.
Недовольный мужчина только сжал губы.
– Королева – старая рыбина.
Там, где раньше была лестница, появилась новая неоштукатуренная кирпичная стена без двери. Поскольку путь оказался закрыт, Свенсон пошел вдоль новой стены и через некоторое время услышал приближавшиеся голоса. Он спрятался за покрытой чехлом статуей восточной богини (чуть не выколол себе глаз пальцем ее четвертой руки). Голоса стали удаляться: два наемника в зеленой форме с карабинами вели полдюжины перевязанных бинтами гренадеров.
Доктор вышел из укрытия, сжимая тесак. Коридор, запачканный штукатуркой и опилками, закончился большим вестибюлем с высоким потолком. Он добрался до фасадной стороны здания и прижался к стене.
Вестибюль был заполнен телами гренадеров. В отличие от здания таможни эти мужчины не были мертвы: они ворочались, стонали, постепенно приходя в сознание. Шестерых пошатывающихся пленников заставили подчиниться себе наемники Вандаариффа.
Другие люди алхимика, входившие через главную дверь, несли те самые коробки, которые Келлинг так старательно берег. Эти люди в бронзовых шлемах бросали коробки на пол без всяких церемоний. Не было видно ни Келлинга, ни Бронка. Возможно, они всё еще были снаружи. Возможно, их убили.
Западное крыло начиналось за вестибюлем. Его Свенсон не мог пересечь незаметно, но и оставаться на месте больше было нельзя. Группа гренадеров побрела к арке, где находился Свенсон. Он отступил к какому-то невысокому, накрытому чехлом предмету мебели и нырнул под чехол – это оказался тяжелый китайский сундук. Доктор свернулся калачиком. Гренадеры брели мимо – это, как ему казалось, продолжалось бесконечно, и все же он в конце концов выглянул из-под чехла. Доктор увидел, что в десяти метрах от него у противоположной стены также выглядывал из-под мебельного чехла незнакомый молодой человек.
Незнакомец осторожно выскользнул из своего укрытия, и Свенсон узнал в нем того, кто следовал за ними от канала: рыжее пальто, бронзовый шлем, полотняная сумка. Молодой человек показал на пол и прошептал:
– Нам нужно спуститься.
Свенсон кивнул.
– Сначала мы должны пересечь вестибюль.
Человек в рыжем пальто запустил руку в сумку и достал два синих стеклянных шара. Он предложил один Свенсону, но доктор покачал головой и наклонился к незнакомцу поближе.
– У них есть шлемы в достаточном количестве, чтобы остановить нас, но у меня есть идея.
– Какая?
Доктор осторожно прижал тесак к его горлу.
– Вы мой пленник, мистер Пфафф.