Он берёт меня за руку, когда начинаются первые фортепианные ноты песни. Они звучат грустно.
— Я не могу танцевать, — говорю я с тревогой. Он не слушает и тянет меня к танцполу. — Дэмиан, я никогда не танцевала, — пробую я снова.
Когда мы достигаем танцпола, он поворачивается ко мне, а затем притягивает меня к своей груди.
Он не держит меня так, как некоторые другие пары держаться друг за друга. Он берёт мою руку и прижимает её к своей груди. Другой рукой он слегка нажимает на мою поясницу, привлекая меня к своему телу. Я смотрю вверх на него огромными глазами. Это так не похоже на Дэмиана. Я не знаю, что с этим делать. Я никогда не считала его кем-то, кто любит танцевать.
Мне не комфортно от всех этих прикосновений. Он касался меня за последний час больше, чем в общей сложности с тех пор, как я осталась с ним. Не то, чтобы мне страшно, просто мне некомфортно от этого. Это сбивает с толку мой уже так сильно дезориентированный разум.
Я помещаю другую руку на его бицепс, а затем он начинает двигаться. Дэмиан не заставляет меня исполнять какой-то сложный танец. Слава Богу! Он просто держит меня и медленно перемещает нас по кругу.
По мере того, как течёт время, я начинаю немного расслабляться. Я наблюдаю за каждым отдельным человеком, который находится близко ко мне. Дуновение дыхания Дэмиана такое тёплое на моём лбу, и я пытаюсь сосредоточиться на этом.
Я закрываю глаза, чтобы блокировать окружающий мир. Это только мы и никого больше, потому что больше никто не имеет значения. Я в безопасности. Никто не может причинить мне боль.
После песни Дэмиан ведёт меня обратно к бару, и как только мы садимся, я не отрываю от него глаз. Мне приходиться наклониться, чтобы он мог меня услышать.
— Ты приходил сюда раньше?
Я смотрю на других женщин. Некоторые из них явно смотрят на него, и мне это не нравится. Он никогда не приводил никого домой, и я не знаю, что почувствую на этот счёт, если он сделает что-то подобное. Этот дом — моя безопасная зона. Я не хочу видеть там кого-то ещё. Дэмиан — моя защита, и ещё одна женщина только поставит это под угрозу.
— Да.
Он не предоставляет больше объяснений.
Я знаю, что он старше меня на несколько лет. Сегодня Дэмиан показывает мне свою другую сторону, и, возможно, только сегодня он позволит задавать вопросы.
— Сколько тебе лет?
О, чёрт! Не верю, что спросила.
Уголок его рта приподнимается. Я смотрю на людей вокруг нас, так что мне не приходится смотреть на него.
— Тридцать шесть, — говорит он, и я могу чувствовать, как он прожигает меня взглядом.
Тридцать шесть! Вау, что означает, он на одиннадцать лет старше меня. Я не думала, что он такой взрослый. Я не могла сказать наверняка из-за бороды.
Он заказывает ещё одну порцию напитков. Я сажусь на барный стул и медленно пью. Я смотрю на женщину, которая поёт. Она красивая, с густыми тёмно-рыжими волосами, буйно завивающимися вокруг её лица. Когда песня заканчивается, она улыбается и обольстительно говорит в микрофон.
— Спасибо, ребята, мы берём небольшой перерыв.
Я оглядываюсь и обнаруживаю, что Дэмиан тоже смотрит на неё. Что-то скручивается в моей груди, когда мои глаза возвращаются обратно к сцене, и я вижу, как она улыбается ему. Я хмурюсь, когда она направляется к нам, и мои руки потеют. Не она ли является настоящей причиной, почему мы пришли сюда сегодня вечером?
Мой мир замирает, когда он протягивает к ней руку. Я смотрю, как его рука скользит вокруг её тонкой талии, и он притягивает её к своей груди. Она растопыривает пальцы поверх его рёбер, и я наблюдаю, как женщина стискивает его. Они улыбаются друг другу, а затем, внезапно, желчь накапливается в моём горле.
Я отталкиваюсь от стула и бросаюсь в сторону знака туалета. Мне просто нужна секунда, чтобы собраться. Мне просто нужна минутка или, возможно, десять.
Мысли мчаться в моём сознании в безумном хаосе. Что, если она ему нравится? Что если, она придёт в дом? Тогда моя зона безопасности исчезнет.
Я толкаю дверь и встаю за четырьмя женщинами, которые уже ждут своей очереди. Хорошо, это даст мне немного времени.
Я мельком вижу себя в зеркале. Я выгляжу дерьмово. Совершенно бледное лицо как у призрака.
— Ты идёшь? — спрашивает женщина позади меня.
Я спешу в кабинку и закрываю за собой дверь. Я поворачиваюсь лицом к туалету, когда внезапный укол тревоги и ужаса вырывает воздух из моих лёгких.
Всё, что я могу чувствовать, это запах мочи и рвоты.
Всё, что я могу чувствовать, это четыре стены, давящие на меня.
Весь мой мир наклоняется в сторону, и первобытный ужас волной за волной заставляет моё сердце болезненно стучать.
Я оседаю на пол и ползу назад на заднице, до тех пор, пока не ударяюсь о бочок туалета. Я втискиваю своё тело в небольшое пространство между бочком и стеной и прижимаюсь лицом к коленям.
— Нет, — хриплю я в страхе. — Их здесь нет.
Я продолжаю говорить это снова и снова, пытаясь бороться с кошмаром, который вцепляется в меня своими когтями.
Развратные и беспощадные воспоминания разрывают меня. Я не могу бороться с ними так же, как я не могла бороться с мужчинами.
Я слышу громкий удар и накрываю голову. Я начинаю учащённо дышать, пока жду, когда отвратительные руки схватят меня, чтобы разорвать в клочья.
Дэмиан
Я слежу одним глазом за уборными, а другим за Джин.
— Кто эта девушка? — спрашивает она.
— Никто.
Я делаю глоток своего напитка, когда хорошенько осматриваю Джин. Она выглядит уставшей. Похоже, этот образ жизни начинает доставать её.
— Так, послушай, — говорит она и приближается ко мне. — Есть кое-что, в чём мне нужна твоя помощь. Ничего, если я приду завтра?
Я знаю Джин несколько лет. Мы трахались пару раз, поэтому она была в доме, но теперь Кара тоже живёт там.
— Не трахаться, — говорит она, словно прочитав мои мысли. — Мне нужна твоя помощь с одной проблемой. Нам нужно поговорить там, где у стен нет ушей.
Я никогда не отказываюсь от работы, и я не могу перестать работать только потому, что Кара будет рядом.
— Конечно, заезжай.
Джин тянется ко мне и сжимает мою руку.
— Спасибо.
Она кивает на сцену.
— Мне нужно возвращаться.
Она проглатывает оставшееся пиво, а затем пробирается сквозь толпу. Мой взгляд возвращается к уборным, и я хмурюсь. Кары нет уже несколько минут.
Я встаю и следую к туалетам. Меня не волнует то, что могут подумать женщины. Я толкаю дверь и вхожу.
— Сри дома! — кричит женщина и бьёт кулаком в одну из кабинок.
— Да, мы все хотим пописать! — орёт другая.
Я изучаю маленькое пространство, но нет никаких следов Кары. Твою мать. Тут только две кабинки. Ближайшая ко мне открывается и выходит женщина.
— Эта сука всё ещё там? — спрашивает она женщину, которая барабанит в дверь.
— Да, она думает, что может чертовски не спешить! — кричит женщина, её лицо становиться красным.
Я шагаю к кабинке, и только тогда женщины замечают меня.
— Эй, пусть твой член пососут в другом месте!
Я отпихиваю её с пути, не заботясь о том, куда она отправиться, главное чтобы подальше от двери.
— Кара, — зову я, но никто не отвечает. Я ударяю плечом в дверь, и непрочный кусок дерева поддаётся. Я расчищаю путь, и затем моё сердце опускается.
— Чёрт, Кара, — вздыхаю я.
Она как-то втиснула своё тело в небольшое пространство между бочком унитаза и дверью. Я бросаюсь туда. Интересно, как, б**дь, я вытащу её оттуда?
Я легонько касаюсь её дрожащего плеча, и тут она взрывается. Она кричит и отодвигается ещё дальше назад. Кара размахивает руками, и её крошечный кулачок встречается с моей грудью. Её лицо мокрое от слёз, а из груди вырываются удушающие рыдания.
Я хватаю её лицо в свои руки и крепко держу.
— Открой свои чёртовы глаза, — рявкаю я на неё, и они распахиваются. Нет никакого узнавания в её глазах, только ужас.
— Кара, это Дэмиан, — я пробую другую тактику, но не похоже, что это работает.
Её глаза дико вращаются по небольшому пространству, и боль на её лице, которую я вижу, съедает меня, как чёртов рак.
— Кара, — говорю я спокойным тоном, который использовал, когда впервые нашёл её, — ты в безопасности. Я держу тебя.
Проходит две секунды, прежде чем её взгляд резко двигается к моему лицу.
— Дэмиан? — она выдавливает моё имя жалким хныканьем.
— Иди ко мне, — говорю я нежным голосом.
Она начинает бороться в маленьком пространстве. Как только она забралась туда? Я хватаю её за плечи и с силой дёргаю, чтобы вытащить её оттуда. Лучше быстрая боль, чем ещё одна паническая атака от того, что она застряла.
Она освобождается и с хриплым криком врезается в меня. Кара обвивает руками мою шею и цепляется изо всех сил. Я поднимаю её на руки, и когда я поворачиваюсь, женщины отходят назад. Я одариваю их мрачным взглядом. Если бы они были мужчинами, я бы выбил из них дерьмо за то, что они сделали.
Я выхожу из туалета и не останавливаюсь, пока не достигаю машины. Я быстро отпираю её и кладу Кару на пассажирское сиденье. Она не отпускает мою шею, и мне приходится буквально отдирать её руки от себя. Я пристегиваю ее ремнем безопасности, а затем закрываю дверь, прежде чем бегу к водительской стороне. Меня не волнуют ограничения скорости, когда я мчусь домой.
Моё сердце сильно колотится, и гнев прожигает мои вены. Я зол на себя за то, что подталкивал её выйти в люди. Это было слишком рано. Б**дь, я идиот. Я только что погубил всю тяжёлую работу, проделанную за последний месяц.
Я смотрю на её маленькое тело, свернувшееся на сиденье, оно подёргивается, и каждые несколько секунд всхлип сотрясает её.
Все правила, по которым я жил, летят к черту. Ни одно из них не работает на Каре. Она не просто ещё одна посылка. Я не знаю, кто она, но она больше не работа.
Глава 8
Кара
В моей голове стучит так же сильно, как и бьется мое сердце. Я чувствую себя истощённой теми толиками жизни, которые мне удалось вернуть за последние несколько недель.