– Не надо интервью. Всего несколько слов… Ну пожалуйста! Это мое первое задание! Поймите, для меня это так важно!
Глаза у девицы были действительно испуганными.
Мне стало ее жалко.
– Ну хорошо, пройдите на кухню, сами видите, у меня ремонт. Только я не понимаю, зачем вам интервью со мной. Бред какой-то.
– Но ведь читателям интересно все знать о новой звезде! Глеб Ордынцев сейчас у всех на устах! Он имеет такой оглушительный успех! Сериал «Частный сыщик» просто забойный! Самые высокие рейтинги! И все хотят знать…
Сказать по правде, мне это было приятно слышать. Жаль, что Глеб сейчас снимается в Италии и не может кожей ощутить этот успех. Но ничего, скоро он вернется – и тогда… У меня сердце заходилось от восторга и страха одновременно. А девчонка смотрела на меня нагло-жалкими глазами.
– Ладно, спрашивайте! Только пообещайте, что покажете мне готовый материал!
– Готовый материал? Ну конечно! Спасибо вам, Александра Андреевна! Я задам вам всего несколько вопросов! Вы давно замужем?
Она задавала мне вполне стандартные вопросы, на которые я старалась отвечать как можно короче и односложнее. В основном да и нет.
– А вы не могли бы рассказать что-то интересное, ну, например, как вы познакомились?
– Мы познакомились в ГИТИСе, мы оба там учились.
– Ну а какие-нибудь подробности?
– Нет никаких подробностей.
– Ну хорошо. А вы всегда верили, что успех рано или поздно придет?
– Конечно!
И все в таком роде. Надеюсь, разгуляться ей тут будет не на чем. Наконец она от меня отвязалась.
– До свиданья, жаль, что вы так сухо отвечали…
И она убежала. А я начала бритвочкой соскребать с оконного стекла краску. Ремонт уже подходил к концу. Уля привела двух замечательных девушек, которые работали быстро и очень умело. Конечно, это не евроремонт, но в квартире будет чисто. Тем более что Уля заставила меня просто вынести на помойку многое из обстановки, а почти в пустом помещении работать удобнее и легче.
Нет ничего упоительнее, чем выбрасывать старый хлам. Сначала я боялась, все думала: вот это еще может пригодиться, и вот это, но потом вошла во вкус, и в результате на данный момент в квартире остались только книжные полки, кровать, круглый стол, столик на кухне и четыре табуретки. Но я надеюсь, потом их тоже можно будет выкинуть. Посуда в картонных ящиках на балконе, наша нехитрая одежонка в чемоданах. Одним словом, гуляй Вася!
Завтра мы с Улей собираемся в шведский магазин «Икеа», где можно подешевле купить мебель.
Когда я захожу в нашу комнату, оклеенную почти белыми обоями, совершенно пустую – я сплю сейчас на кухне, – и мысленно ставлю там диван, который присмотрела в рекламном проспекте «Икеа», вешаю занавески, ставлю цветы, у меня сладко ноет под ложечкой. Новая жизнь! Новая жизнь! К приезду Глеба все, наверное, не успеется, но это не страшно!
Главное, он войдет и ахнет! И тоже почувствует, что началась новая жизнь!
Нина шпаклевала стенку в прихожей, а Алена докрашивала дверь в ванную, когда раздался звонок.
Неужели свекровь? Это она так звонит. Долго и требовательно. Она ничего не знает про ремонт, лечилась в каком-то подмосковном санатории и должна была вернуться только послезавтра.
Так и есть! Светлана Георгиевна.
– Саша, что это значит? У тебя ремонт? Я уже на лестнице почувствовала запах краски.
– Да, заходите, Светлана Георгиевна, я вас не ждала.
– Ты никогда меня не ждешь.
Начинается!
– Я думала, вы вернетесь послезавтра! Только и всего.
Она не слушала меня, а в задумчивости бродила по квартире.
– Зачем такие светлые обои? Это непрактично!
– Зато как красиво! Светло, современно!
– Не понимаю, а где же вся мебель?
– На помойке!
– Как – на помойке? Ты что, все выбросила?
– Да! – восторженно подтвердила я. – Выбросила! Вернее, выставила во двор, и кто-то быстренько все забрал.
– Ты сошла с ума! Как ты посмела?
Я вытаращила глаза.
– Ты выбросила сервант? Мой сервант?
– Но он же… совсем рассохся, и вообще… У него дверцы косые были, – начала оправдываться я.
После того как я продала квартиру родителей вместе с мебелью и мы переехали сюда, в однокомнатную квартиру Глебовой тетки со старой советской мебелью, я люто возненавидела этот сервант и с особенным восторгом вышвырнула его из дому.
– А ты знаешь, скольких трудов мне стоило его купить? Я записывалась на него, отмечалась… А как я была счастлива, когда наконец его купила…
– Ну и держали бы его у себя, вы же с ним расстались и отдали сестре. Я не знала, что это музейная ценность, вы никогда не говорили…
– А если бы сказала, ты бы его оставила?
– Нет, но предупредила бы вас, и вы могли бы его забрать, если он дорог вам как память!
– Саша, не смей мне дерзить!
Боже мой, что за человек!
– Ты можешь дать мне чаю?
– Конечно, минутку… Только у меня, наверное, нет лимона.
– Ну еще бы! – обиженно проговорила свекровь. – Глеб звонил?
– Позавчера.
– Как его дела?
– Говорит, занят страшно, съемки в основном натурные, в горах.
– В горах? Это опасно! Ты сказала ему, чтобы он одевался теплее?
– Светлана Георгиевна, ему тридцать пять лет, и он сам заинтересован в том, чтобы не простужаться.
– Тебе никогда не понять чувств матери.
Ах, сука! Я бы ей сейчас сказала… Но я промолчу и на этот раз, не желаю скандалов.
– Что еще он говорил?
– Что ему там очень интересно и еще что он ужасно хочет взять меня с собой в следующий раз.
– Что значит – в следующий раз?
– Ему предложили еще одну роль в Италии.
– Так почему же ты молчала? Почему самое главное скрыла?
– Я думала, для вас самое главное, чтобы он не простудился в горах.
– Саша, ревновать мужа к матери очень глупо.
Я уже едва сдерживалась. Как она умеет за четверть часа достать меня до печенок! Наконец она выпила чай, съела два бутерброда и пошла осматривать квартиру. Я осталась скоблить краску со стекол и только слышала, что она о чем-то толкует с маляршами. Только бы она их не обидела!
– Ну что ж, надеюсь, ремонт кончится к приезду Глеба. Ему совершенно незачем дышать всеми этими запахами. Это раздражающе действует на носоглотку. А кстати, ты с ним советовалась насчет цвета стен? Уверена, что ему понравится?
– Уверена.
– И что за мода такая дурацкая – белые стены. Мне лично не нравится.
Я промолчала. Что тут скажешь, на вкус и цвет товарищей нет.
– Светлана Георгиевна, а почему вы уехали из санатория? Вам не понравилось там?
– А что там может нравиться? Скучно! И потом, я хочу спокойно смотреть «Частного сыщика», а там каждый вечер начинались споры у телевизора, какую программу включать.
– Да, это я понимаю!
– Как ты считаешь, что подарить Глебу на день рождения?
– Ну это вы сами решите. Вы мать.
– Но ты же лучше знаешь, что ему нужно. Я вот подумала, может быть, я куплю ему мобильный телефон?
– У него уже есть!
– Есть? Откуда?
– Я ему купила. – Ох, черт, сейчас опять будет смертная обида. Дело в том, что Глеб не велел мне давать номер его мобильника матери. «Она мне житья не даст», – сказал он тогда. Но не могу же я допустить, чтобы она зря тратила деньги.
– Ты ему купила? На бабкины денежки? А мне не удосужились сказать об этом? Невероятно! Просто поразительно!
– Я была уверена, что Глеб вам сообщил номер, – соврала я. Но это ложь во спасение ее и моих нервов.
– Наверное, он замотался… – поджала она губки.
– Естественно, он в последние дни был в таком замоте! Сам себя не помнил, – попыталась я выгородить мужа. – А я купила ему мобилу буквально накануне отъезда.
– Саша, что за выражения! Мобилу! Так изъясняются бандиты в наших сериалах! А ты женщина из интеллигентной семьи! Да, кстати, тебе нравится эта Ушакова?
Лена Ушакова снималась с Глебом в «Частном сыщике». Она была замужем за приятелем Глеба, оператором Костей Вильчеком. Удивительно милая молодая женщина и очень неплохая актриса.
– Нравится, а вам?
– Мне очень нравится! По-моему, она на редкость женственная и изящная. Ты не ревнуешь?
– Господи, Светлана Георгиевна, я же понимаю, что Глеб – актер. Я бы с ума сошла, если б стала ревновать его ко всем партнершам.
Тут я немного кривила душой. Иногда я все-таки ревновала. Но даже самой себе не хотела в этом признаваться. Но вот к Лене ревности не было. Она так влюблена в своего Костю…
– По-моему, у нее тоже большое будущее! – торжественно проговорила свекровь.
– Что значит – тоже?
– Надеюсь, ты не сомневаешься, что у Глеба большое будущее?
– У него, по-моему, уже не будущее, а настоящее…
Когда она ушла, ко мне заглянула Алена:
– Саня, это что, свекруха твоя?
– Да.
– Ну и зануда! Представляешь, начала мне вкручивать, что я должна добросовестно работать. Я разве плохо работаю?
– Что ты, Алена, по-моему, и ты, и Ниночка работаете просто прекрасно, – искренне сказала я. – Честно говоря, я даже не ожидала.
– Так чего она? Хотела я ей сказать, что целому дураку полработы не показывают, но, думаю, охота была связываться… И потом, мы ж не на нее работаем, а на тебя, правда же?
– Чистая правда. Не бери в голову, она всегда зудит…
– И как ты ее терпишь? Хотя если ради мужика… Тем более он у тебя такой… У нас все девчонки прямо с ума спятили, когда узнали, что мы у Глеба Ордынцева работаем. «Частного сыщика» все смотрят. Слушай, Сань, а ты можешь мужа попросить фотки нам подписать, а?
– Алена, нет вопросов! Как только приедет, сразу попрошу! Получите вы фотки, не сомневайся.
– Саш, а я вот чего еще спросить хотела… Можно?
– Валяй.
– Вот как у вас… это… Ну ты чисто такая простая, а он вон прямо граф… Ты как с ним живешь, хорошо?
– Очень хорошо!
– И ты не боишься, что он тебя на какую-нибудь вешалку променяет?
– Как тебе сказать? Боюсь, конечно. Но мало ли чего я в жизни боюсь… Необязательно все страхи сбываются.