Оставшись одна, Сакура потупила взгляд, а после пожала плечами, Сарада показалась ей какой-то странной. Обычно она вела себя более сдержанно...
Сакура вернулась на кухню.
«Ужин значит, хм...»
Потянувшись к холодильнику она вдруг вздрогнула и отдернула руку:
— С-снова... Чёрт, опять я об этом вспомнила... — обернувшись, девушка осмотрелась. Сарада в душе, на часах достаточно времени. Обычно она моется около часа, а значит...
Сакура хмуро кивнула и поспешно направилась в свою комнату. Она очень хорошо знала, что лучше не держать это чувство в себе.
В тайне друг от друга, дочь и мать сумели уединиться. В один момент, двери за их спинами будто разрушили связь с реальностью. Щелчок замка ознаменовал ещё один шаг к их потаённым желаниям...
Ни единой души не ведало этой тайны, никто бы не поверил в подобное, но... Одновременно, белые брюки Сакуры соскользнули с её потрясающих бедер, а Сарада стянула свои тёмные чулочки. Розовые трусики зрелой куноичи пали на кровать, в то время как юная красавица избавилась от своих нарукавников. Тонкие пальчики Сакуры достигли выреза платья и очень быстро оно соскользнуло к остальной одежде. Между тем, Сарада чуть наклонилась и стянула свои обтягивающие шортики, демонстрируя стройные ножки и подтянутую попку в милых беленьких трусиках. Следом и они отправились в корзину для белья. В завершении, по её хрупким плечам скользнула рубашка-ципао. Одно движение и стягивающие маленькую грудь бинты освободили её привлекательные прелести. На удивление, они оказались достаточно внушительными для её миниатюрной внешности. Даже Сакура не могла бы похвастаться подобными формами в еë возрасте.
Так, Сарада лишилась всей одежды, почти одновременно с матерью и, обе, потрясающие и сексуальные, остались в полнейшем неглиже, в полном одиночестве...
Потрясающая красота. Мать и дочь, в одном доме, разделённые лишь тонкими стенами... Никто и никогда не имел права узнать эту тайну.
Конечно же не стоило удивляться тому, как сильно они были похожи. Обе обладали особенно удивительными сосочками: набухшие и вытянутые, ярко-розовые и невероятно чувствительные. Даже если размеры груди отличались — это только придавало каждой особенной красоты. Красота их сосочков и идеальная форма груди напрочь разрушали всякие границы между размерами форм. Обе они были так прекрасны, что даже масштабы прелестей Хинаты не шли ни в какое сравнение с подобным очарованием. Белоснежные, с розовыми вишенками — любоваться ими можно было целую вечность.
Сарада казалась миниатюрной версией матери, даже её киска была выбрита также идеально. Подтянутая попка и влажная от возбуждения кожа. Да... Возбуждались они одинаково сильно и почти всегда потели и истекали соками, издавая при этом удивительный непристойный аромат. С того момента как она демонстрировала свой язычок Наруто, её тело нуждалось в разрядке. С того момента как Сакура вновь ощутила свою вину, её тело опять среагировало...
Одна совсем юная и сексуальная, другая более зрелая, но не менее горячая. Так непристойно... В одном доме, они собирались предаться разврату со своими пальчиками, в тайне друг от друга.
Именно этот секрет хранили обе куноичи. Мать и дочь оказались помешанными на мастурбации извращенками. Но, не стоит их винить, на самом деле Сакура скорее страдала от этого, а её дочь медленно перенимала и эту черту. Тайна превратилась в болезненный секрет, а мастурбация в рутину. Уже очень давно Сакура не испытывала удовольствия, она доводила себя пальцами до конца, но яркого финала уже не случалось, только пустота и тянущее чувство в матке. Будто наркоманка, зависимость с годами принесла ей только худший финал — удовольствие совсем уже не имело значения... Она и не знала, что стала той, кто пробудил в дочери подобную зависимость.
Однажды Сарада узрела мать за мастурбацией в туалете и с тех пор и сам не могла прекратить делать этого. В тот день у неё в голове словно что-то щёлкнуло и это полностью изменило её жизнь. Любопытство привело её к зависимости и медленно удовольствие тоже начало притупляться... Более того, постоянное возбуждение заставляло её раздражаться и злиться, а запах стал таким сильным, что пришлось использовать разные методы избавления от него.
Именно поэтому Сарада уже давно не злилась на мать, на её вспыльчивость, ведь, она очень хорошо её понимала. Стоит только представить какого ей жить с этим... Девушка всё понимала и, сам не знала как ей быть, как бороться с этим, ей так хотелось тренироваться с Наруто, но, по какой-то причине он заставлял её тело постоянно желать разрядки. В той тренировке она ощутила след надежды, возможно у неё и вправду появился шанс совладать с собой...
Глава 92: Сарада и Сакура (18+)
Мать и дочь полностью обнажённые. Сбросив с себя тряпки, они словно сбросили маски приличия и все моральные оковы. Сексуальность, прежде невиданная, окружила их потрясающие тела. Непристойная дымка срывалась с их неприличных губ, ведомая жарким желанием. Сверкающие бисеринки пота поддавшись горячей атмосфере, скатывались по их идеальным изгибам. Зрелище чрезмерно удивительное и чарующее.
Сакура расположилась на холодном семейном ложе и издала горький вздох. Уже на протяжении нескольких лет, мужчина не касался этих белоснежных простыней. Только лишь неприличные ароматы их единственной обладательницы витали в воздухе, в тот миг, когда её игривые пальчики приблизились к маленькой влажной бусинке, чуть ниже пупка. Но, как ни странно, на лице Сакуры не мелькало и тени улыбки, даже предвкушение там уже давно не появлялось, лишь грусть и, какое-то раздражение.
Куноичи прикусила губки и начала яростно потирать свою влажную киску. Никаких сексуальных движений, она будто хотела побыстрее закончить, потому подключила и вторую руку, медленно массируя свою заднюю дырочку мокреньким пальчиком. Она действовала по опыту и отлично знала свои слабые места, тем самым стараясь не тратить время попусту. Розовые тонкие ноготки уже привычно проникали глубже, заставляя хозяйку издавать приглушенные стоны.
«Снова...» — где-то глубоко, лоно девушки вдруг начало пульсировать, а затем неприятно зудеть. Сакура уже и сама не знала как долго она живёт с этим, сколько длится это испытание. Она просто не могла заглушить этот зуд, как бы не старалась... Один из самых печальных моментов её жизни приходился именно на это чувство. Казалось, в тот миг, когда лоно решила показать ей свои желания, на Сакуру наползла не только непристойная сексуально, но и мрачная тень, полная разочарования... Куноичи прикрыла свои изумрудные глазки и с чувством печального одиночества продолжила играться со своей одинокой киской.
Пока Сакура предавалась сладким и одновременно печальным утехам, Сарада расположилась под теплой струей воды в душе и совсем не спешила. В отличие от матери, для которой самоудовлетворение превратилось в рутину за более чем двадцать лет, опыт Сарады до смешного мал — она занималась этим всего год, поэтому старалась растянуть удовольствие, если случался подходящий момент. Но, даже сегодня, у неё был особенный день...
Невольно она начала вспоминать все события по крупицам. Тренировка, его слова... Чаще всего мелькало лицо значимого для неё человека...
«Седьмой...»
Она думала именно о нём. Наруто заполнял её мысли таким же потоком, как и разливались струйки воды, ловко скользящие по изящным изгибам Сарады.
— Аххх~ ! — пальчики сами спускались к мокренькому местечку и принимались за свое непристойное дельце. Девушка начала покусывать губки и стонать...
— Хорошо... С-седьмой... Ахх~
Его обнаженный торс, сверкающий пресс покрытый бусинками пота...
— Ахх~
Всё случившееся тогда заполоняли непристойные мысли Сарады... Постепенно, они становились только развратней. Кто бы мог подумать, что столь юная девушка будет обладать такой бурной фантазией... В её мыслях, Наруто не только целовал её, он довольно быстро проник ей в трусики, прямо там, в том лесу...
— Да~ Ещё~
В тот момент, вместо простой тренировки. Не успела она высунуть свой язычок, как он ухватился за него своими губами, проник под одежду, стянул бинты и начал пощипывать возбуждённые сосочки. Невольно тонкие пальчики Сарады приблизились именно к своим маленьким холмикам:
— Аххх~ С-седьмой... Я тут очень чувствительна... — кусая губки, пальчики девочки только ускорились:
— Аххх~ Я твоя ученица! Дааа~ Целуйте мой язычок, мм... — влажные губки куноичи растянулись в похотливой усмешке, и она начала сильнее пощипывать левый сосочек.
Следом за этим, Сарада начала яростно двигать пальчиками частенько сжимая свой маленький клиторок, уже становилось не ясно, брызгает ли её киска или же это неконтролируемые потоки воды превратили её игры в настоящей брызгающий фонтанчик. Впрочем, было уже не важно...
Милая Учиха быстро упала на колени, закатила глазки и издала протяжный стон:
— Ааааххх~ С-седьмооой, я вааашааа~ !
Столь сильно она уже давно не кончала...
Подобно дочери, Сакура тоже достигал финала. Но, в отличие от Сарады, она не кричала чужое имя... Лишь стараясь представить момент с Саске, но, в итоге, мысли только размывались, а лоно продолжало щипать от этой тянущей пустоты. Будто желудок, пронзающий нервы от боли, с каждым моментом всё хуже...
Наконец клитор запульсировал, боль усилилась, а удовольствие едва коснулось её разума. Словно свеча в шторме, она погасла в тот же миг как сверкнула искра. Это не походило на оргазм, а скорее оттягивание очередного приступа боли... Именно по этой причине, Сакура никак не могла остановиться себя, ей просто необходимо делать это ежедневно, чтобы иметь в себе силы жить.
Вытянув мокрые пальчики перед своим личиком, куноичи растянула вязкие ниточки нектара, закусила губки и печально вздохнула:
— Снова больно, будто лезвие в животе... Почему же... Саске... Мне так жаль...
Она очень хорошо знала, даже вернись он, это щиплющее чувство в матке даже ему не под силу погасить. Сколько бы раз она не уговаривала его быть с ней более активным в те дни, он ничего не смог сделать...