т, и так-то совсем пропащий.
- Ну что ты на меня уставилась? - Лидия оглядела невестку без тени симпатии. - Стоишь тут, изображаешь тревогу по поводу выпитого Андрюхой. А я считаю, что именно ты довела его до пьянки. И нечего делать губы сковородником, будто тебя незаслуженно обидели. На мой взгляд, не Андрюхе нужно делать втык, а тебе. От такой жены не только сопьешься, но и повесишься.
- Ты никогда меня не любила... - надулась Виктория.
- Да за что тебя любить? Что в тебе такого, чтобы я относилась к тебе с симпатией? На твои женские прелести пусть мужчины клюют, а как человек ты пустышка. Моя бы воля - никогда бы Андрюха на тебе не женился. Да только братишка мой упрям, когда не надо. Вот и пожинает...
- Андрей меня любил!
- А ты этим беззастенчиво пользовалась. Но когда потребовалось хоть немножко самой потрудиться, - ты сразу в кусты. Пусть, мол, сестра вразумит братца и вернет мне его в приличном виде. Хороший муж - вовсе не от Бога, а результат кропотливой воспитательной работы умной жены. А дурная жена даже отличного мужика обратит в никчемного. Так что нечего валить с больной головы на здоровую, милочка. Все, что происходит с Андреем, - твоя заслуга, и больше ничья.
Вика недовольно передернула плечиками и ушла в гостиную, а Лидия подумала: "Проповедями эту самовлюбленную дурочку не вразумить. Поговорю на днях с Андрюшей, он и сам давно понял, что его выбор неудачен. Пора скинуть эти кандалы и вернуть хищницу Вику предприимчивой мамуле, пусть подыщет для обожаемой дочурки другого богатого мужа".
Новоселье в Аллином загородном доме удалось на славу. Гости насладились кулинарными шедеврами её экономки, хозяйка повеселила их своими фирменными шуточками, а на десерт порадовала рассказом о благополучном финале детективной истории в стиле Эркюля Пуаро: собрав всех присутствующих, поведала, кто убийца и почему решился на преступление1. Правда, Алла пошла дальше литературного героя, своеобразно наказав виновных и проделав все в рамках закона. Почти.
Полчаса назад её друзья разъехались, хотя время ещё детское - без четверти десять. Застолье было приурочено к обеду, и все уже немного притомились вкушать, выпивать и танцевать, а потому Аллин приятель Эдик, посмотрев на часы, напомнил избитую шутку: "Дорогие гости, не надоели ли вам хозяева?" На возражения хозяйки гости отговаривались, что все под хмельком, а дорога дальняя, да и ей пора отдохнуть, тем более, она ещё нездорова, и отбыли, сердечно поблагодарив.
Теперь Алла бродила из комнаты в комнату, держа на руках восьмимесячного персидского кота, официально именуемого сэром Персивалем. Для хозяев он Перс, Перси, Персюха, а когда нашкодит, - "засранец".
Как и положено, сэр Персиваль первым вошел в дом, пометил территорию и вполне комфортно чувствовал себя в новом жилище, но хозяйка боялась, что он тут потеряется, - особняк огромный, ей здесь и самой ещё непривычно. Перс был отнюдь не прочь передвигаться таким образом - его все любили и соревновались за право подержать на руках.
Открывая то одну дверь, то другую, Алла бегло оглядывала комнату и шла в другую, размышляя о том, что её питомец уже освоился в доме, а ей ещё предстоит к нему привыкать - особняк выстроен в типично новорусском стиле, который ей претит.
Раньше он принадлежал одному подонку, который Аллиными заботами поплатился за свои подлые деяния2, а она купила дом у наследницы, чтобы та смогла расплатиться с людьми, которых мерзавец обманул и ограбил.
Интерьер переделали в соответствии с пожеланиями новой хозяйки, и все же пока у неё нет ощущения, что ей здесь психологически комфортно. Чужое жилище - оно и есть чужое, как ни перестраивай. Да и душок прежнего хозяина остался, что отнюдь не вызывает положительных эмоций.
Но не это основная причина, почему Алла разгуливает по дому, ощущая себя не в своей тарелке.
Приготовить одной хороший стол на два десятка гостей - непростая задача, даже при наличии достаточного времени, а Лидия была в цейтноте. Сегодня утром брат позвонил и, не объясняя причины, спросил, нельзя ли справить его день рождения на даче сестры. В общем-то, причина ясна - Вика не умеет готовить и не желает этому учиться. Андрей предполагал заказать все блюда в ресторане, но раньше он никогда этим не занимался, а его жена не пожелала организовать застолье. Видимо, они опять поцапались и вздорная Вика решила таким образом наказать мужа даже в день рождения.
Пришлось озаботиться сестре. Помощницы по хозяйству у неё нет - в этом нет необходимости, уже три года она живет одна, а гости бывают редко, - так что времени потребовалось немало. Ей пришлось обзвонить всех приглашенных и предупредить, что торжество переносится на её дачу, объяснить каждому, как туда проехать, заверить, что в доме достаточно места, а потому все желающие выпить могут остаться ночевать. Потом Лидия упаковывала посуду, чтобы хватило на всех, загрузила её в машину и отправилась на рынок и по магазинам. Лентяйка Вика может позволить себе потчевать гостей ресторанными блюдами, но ни одна уважающая себя женщина не станет этого делать.
На дачу Лидия приехала в пятом часу и первым делом поставила вариться необходимые ингредиенты для холодных закусок и салатов. К приезду гостей стол был уже уставлен, и торжество началось. После трех тостов сестра именинника незаметно ускользнула на кухню - ещё многое нужно приготовить. Лидия сновала с кухни в гостиную и обратно, забирая опустевшие тарелки и принося новые блюда, а гости, как водится, уговаривали хозяйку ограничиться в хлопотах, мол, и так всего предостаточно, стол буквально ломится, но никто не вызвался сменить её возле кухонной плиты и мойки, чтобы она наконец села за стол вместе со всеми.
Вот и получилось, что её фирменное блюдо - утка, начиненная яблоками, - будет подано так поздно - уже одиннадцатый час.
"Ну ничего, - успокоила себя хозяйка. - Всем весело, все уже сыты и пьяны. А горячее, как обычно, останется почти нетронутым".
Заглянув духовку, Лидия отметила, что утка уже подрумянилась, и вооружившись прихватками, потянула на себя противень.
"Черт бы побрал эту белоручку, - обозлилась она невестку. - Стояла тут, мозги компостировала, вместо того, чтобы помочь. Вот так всегда палец о палец не ударит, привыкла жить на всем готовом. Потом эта лентяйка укатит домой на своей новенькой "альфа-ромео", а мне придется мыть горы посуды".
Сердитая Лидия изо всех сил дернула противень, и ей на руку выплеснулся горячий жир. Она вскрикнула и непроизвольно разжала руки. Противень со всем содержимым рухнул ей на ноги, и Лидия громко закричала от боли.
Сбежались гости, заахали и засуетились, давая противоречивые советы.
- Надо приложить к её ногам что-нибудь холодное, - авторитетно заявил Владимир Емельянович, коммерческий директор фирмы "Орфей".
- Вначале нужно снять колготки, - возражала его супруга Софья Гавриловна.
- Да хотя бы от туфель её освободите, а то ожог будет ещё сильнее, взывал Гриша, приятель Андрея.
- Мужчины, марш отсюда! - скомандовала Нонна, подруга Лидии, она же первая женщина Андрея, по просьбе сестры приобщившая его к радостям секса, когда тому стукнуло уже восемнадцать. Когда мужчины покинули кухню, она обратилась к пострадавшей: - Где у тебя аптечка?
- Здесь ничего нет, - постанывая, ответила Лидия. Свод обеих её ступней и щиколотки горели нестерпимой болью. - Только йод и бактерицидный пластырь.
Нонна с Софьей Гавриловной стянули с неё туфли и колготки. Осмотрев ожоги, подруга покачала головой:
- Нужно ехать в больницу.
- А кто её повезет? - задала резонный вопрос Софья Гавриловна. - Мой супруг никогда не садится за руль в нетрезвом состоянии. Все остальные мужчины тоже выпили.
- Андрей отвезет, - кусая кубы от боли, сказала Лидия.
- Он уехал, - оповестила Нонна.
- Как - уехал? У него день рождения, собрались гости, а он смылся?
- Вика устроила ему безобразную сцену, поливала оскорблениями и его, и тебя. Андрей вспылил, дал ей по морде, та с визгом вцепилась в него, еле растащили. Андрюха высказал все, что о ней думает, хлопнул дверью и укатил. А супруга после его ухода просвещала нас, какое дерьмо его благоверный, и как она с ним мучается уже целых три года.
- Что за дрянь... - простонала Лидия. - Ничего себе - день рождения она ему устроила...
Когда Аллины гости и экономка отправились по домам, Сергей остался в гостиной, вопросительно поглядывая на нее.
- Пойду знакомиться с жилищем, - ответила она на его безмолвный вопрос. - Мне нужно решить, смогу ли я тут прижиться. Вообще-то жизнь за городом не для меня. Я типичная урбанистка, от чистого воздуха задыхаюсь, мне подавай столичный смог. Когда мы с верным оруженосцем приезжали сюда на прошлой неделе, у меня с непривычки закружилась голова. Пришлось попросить Толика завести машину, и только вдохнув выхлопных газов полной грудью, я пришла в норму.
Сергей молча кивнул, сделав вид, что его удовлетворили Аллины хохмочки в качестве объяснения.
Рядом с ним на диване лежала его гитара. Час назад он пел для неё и их общих друзей, но сейчас интуитивно понимал, что лирика неуместна - не тот у Аллы настрой.
Она оценила его такт и некотрое время внимательно смотрела на него, ещё не решив, стоит ли строить отношения заново, или лучше сказать себе: "Пусть прошлое останется в прошлом", - и вычеркнуть Сергея из своей жизни.
- Поскучай пока в одиночестве, я скоро вернусь, и мы поскучаем вдвоем, - оповестила его любительница ироничных фраз, взяла на руки сэра Персиваля и отправилась гулять по дому.
На самом деле ей хотелось остаться одной и поразмыслить.
Шестнадцать лет назад она была влюблена в сокурсника Сергея Мартова, потом рассталась с ним и избегала встреч. А Сергей любил её все эти годы.
На прошлой неделе он обратился к ней за помощью, оказавшись под следствием3. Разумеется, Алла ему помогла, не собираясь попрекать за прошлое, а в итоге обрела то, чего ей недоставало в суете обыденной жизни, - романтические отношения с человеком, которого раньше иронично называла "неисправимым романтиком".