От Ларса это не ускользнуло.
– Что, снова бродил по причалам, братишка? – спросил он с сочувствием. – Ты же знаешь, что от этого у тебя всегда портится настроение.
– Знаю, – согласно кивнул Ханс. – Просто хотелось немного покоя после вчерашнего.
Ханс встряхнул головой. Честное слово, хватит уже хандрить. Нужно сосредоточиться на настоящем – и не важно, насколько оно безнадежно.
– Итак, – снова обратился он к брату, желая сменить тему, – что слышно, скоро ли у меня прибавится племянников? Вдруг я понравлюсь хотя бы твоему ребенку.
Ларс усмехнулся:
– Если предоставить это дело Хельге, то единственный, кто понравится ее ребенку, – это она сама.
Жена Ларса, Хельга, так и не смогла простить собственной семье ссылку на Южные острова. Хотя островное королевство славилось теплым климатом и богатством, оно было все же очень удаленным, и Хельга жила в мрачном убеждении, что никогда больше не увидит свою родню.
– Ну, я уверен, что, когда у Хельги будет ребенок, она больше почувствует себя частью нашей семьи, – с надеждой сказал Ханс. «Хотя мне, например, не очень-то помогло, что я часть семьи», – добавил он про себя.
– Что ж, возможно, – согласился Ларс. – Но оставим мои домашние проблемы. Как дела у тебя, братишка? Я слышал, что для тебя и близнецов собираются устроить большой бал, чтобы представить вас всяким там достойным девицам на выданье.
На этот раз Ханс даже не пытался скрыть горечь в своей усмешке.
– Какие еще девицы на выданье? Ты же знаешь, что отец не собирается меня женить. Мне только и остается ждать, когда он прикажет мне принять обет молчания и отправит в монастырь Островного братства, где я проведу всю оставшуюся жизнь в молчании… почти таком же, как жил до сих пор.
БА-БАХ!
Дверь в библиотеку с грохотом распахнулась, со стола на пол, кружась, слетели какие-то бумаги. На пороге стояли близнецы: лица красные, глаза вытаращенные.
– Ларс! – завопили они хором, полностью игнорируя присутствие Ханса. – Ларс, ты слышал? Король и королева Эренделла погибли! Их корабль потерпел крушение и затонул.
– Король и королева Эренделла? – повторил Ларс.
– Ага, – подтвердил Руди. – Оба потонули.
– Отец хочет, чтобы ты занес сведения об их гибели в королевские анналы, – прибавил Руно. – Так что… сделай это.
Доставив эту сногсшибательную весть, близнецы исчезли так же стремительно, как и появились.
Некоторое время Ларс и Ханс молчали, переваривая новости, каждый на свой лад. Ханс просто отстраненно думал о том, какая это трагедия для королевства Эренделл. Но, судя по напряженному выражению лица Ларса, для него случившееся означало нечто большее.
– Ханс, – наконец заговорил он, – это может быть твой шанс.
Ханс удивленно вскинул брови:
– Мой шанс… для чего?
– Жениться, – ответил Ларс. – Ты вообще что-нибудь знаешь об Эренделле?
Ханс, замявшись, покачал головой, и Ларс вздохнул:
– Мне определенно придется побеседовать с твоими наставниками. Пора им начать учить тебя чему-нибудь полезному, а не всякой ерунде.
Деловито прошагав к стеллажам, он снял с полки одну из книг и принялся листать ее, пока не нашел нужную страницу. Затем он вернулся к Хансу и ткнул пальцем в карту.
– Вот это Эренделл. Довольно милое королевство с вполне пристойным торговым оборотом и отличным портом. Не особенно могущественное, и для отца большого интереса не представляет – слишком далеко расположено. Но в Эренделле есть принцесса. По слухам, красавица, хотя в ней вроде бы есть нечто таинственное. Насколько я знаю, она никогда не покидает пределов замка, и, хотя уже достигла брачного возраста, до сих пор ни с кем не помолвлена. – Ларс сделал паузу, глядя на брата с нарастающим оживлением. – Ханс, ты что, не понимаешь, что это значит? Ты мог бы стать ее женихом!
Ханс отозвался горьким смешком:
– Как будто отец когда-нибудь допустит подобное.
– Верно, он может захотеть сначала женить близнецов. Но они до того недалекие ребята, что наверняка даже не подозревают о существовании принцессы Эльзы. Но ты-то знаешь. Воспользуйся этим преимуществом. Эльза – наследница престола. И когда ей настанет пора взойти на трон…
– Я должен устроить так, чтобы отец отправил туда в качестве посланника от Южных островов именно меня, – закончил за него Ханс.
Мысли в его голове лихорадочно завертелись. Он уставился в окно. Чтобы привести этот план в действие, он должен добиться отцовского доверия, а затем убедить девушку, которой никогда не видел, выйти за него замуж. Ни первая, ни вторая задачи не представлялись простыми. Возможно, на подготовку уйдут целые годы. Пожалуй, ему хватит тратить дни напролет на бесплодные мечтания. Пора набираться опыта в искусстве интриг. В конце концов, брат предлагает ему вступить в непростую политическую игру. «С другой стороны, – подумал Ханс, приходя во все большее возбуждение по мере того, как новые фантазии рождались в его сознании, – что я теряю? Если не попытаться, я в любом случае застряну здесь навсегда. А так у меня будет хотя бы шанс изменить свою жизнь».
Снова повернувшись к брату, он улыбнулся:
– Кажется, мне не терпится приступить к уроку истории. Расскажи мне все, что ты знаешь об Эренделле. И удели особое внимание прекрасной и загадочной принцессе Эльзе. А когда мы закончим, я отправлюсь перемолвиться словечком с отцом…
«О чем я только думал?» – терзался Ханс, переминаясь с ноги на ногу у дверей отцовского кабинета и то разжимая, то снова стискивая влажные от волнения кулаки. Пока он обсуждал свой план с Ларсом, тот казался таким простым и надежным. Разузнать все что можно о принцессе Эльзе, а потом, в нужное время, уговорить отца отправить его в Эренделл – не объясняя зачем. Раз, два – и готово…
Вот только он упустил из виду одну немаловажную вещь: отец терпеть его не может. С какой стати он позволит своему самому младшему сыну отплыть в Эренделл лишь для того, чтобы поприсутствовать на коронации правительницы маленького далекого королевства? Сейчас Ханс отчетливо понимал, что шансов на это практически никаких. По крайней мере, пока он не сумеет завоевать хоть какое-то уважение со стороны отца или хотя бы его терпимость, до той поры, когда придет время коронации Эльзы. А значит, времени у него всего ничего – пара лет, может, чуть больше.
На какое-то мгновение он уже был готов развернуться и уйти прочь, забыв обо всех своих безумных планах. Ну тут в его голове наперебой зазвучали голоса старших братьев. «Ну, разумеется, ты сдашься, – ясно, как наяву, услышал он издевку Руди. – У тебя вообще ни на что пороху не хватит». И воображаемый Руно тут же добавил нечто вроде: «Ага, правильно, братишка. Принцессе Эльзе нужен настоящий мужчина, а не пацан. Почему бы тебе не предоставить ее нашим заботам, а самому остаться здесь, где тебе самое место?»
Это прибавило ему решимости. Вдохнув поглубже, Ханс взялся за дверную ручку и повернул ее. Дверь бесшумно распахнулась на хорошо смазанных петлях. Король даже не оторвал взгляда от груды бумаг, наваленной на его столе.
Ханс прочистил горло.
– Отец? – обратился он к королю, и сам невольно поморщился от предательской нервной хрипотцы в собственном голосе. – Можно поговорить с тобой?
Король снова не удостоил его взглядом.
– В чем дело, Ханс? – раздраженно бросил он, переворачивая следующую страницу документа, который читал. – Как видишь, я довольно занят. Третий остров опять запаздывает с налогами, и я до сих пор не получил обещанный груз рыбы с пятого острова. Похоже, люди не понимают, что я не могу помочь им, если они сами не помогут мне. А теперь еще наши разлюбезные соседи из Блавении грозят, что прекратят торговать с нами. Так что, как видишь, я сейчас не расположен выслушивать твое нытье по поводу того, как тебя обижают старшие братья.
Ханс уже хотел запротестовать, но сдержался.
– Я вовсе не хотел тебе докучать. Я просто хотел спросить… может быть… я мог бы помочь тебе.
Король наконец оторвался от бумаг и подозрительно прищурил глаза.
– Помочь? – недоверчиво переспросил он. – Чем же это ты можешь мне помочь?
– Всем, чем угодно, – сказал Ханс самым заискивающим тоном. – Я подумал, что настало время, когда я могу быть чем-то тебе полезен. Мои братья сейчас целиком поглощены своими свадьбами, детьми и прочими делами, а у меня хватает свободного времени. А тебе, как я понимаю, нужен не слишком занятый человек, которого можно было бы отправлять в дальние поездки. Почему бы мне не стать этим человеком?
Он умолк и затаил дыхание в ожидании.
Последовало долгое напряженное молчание, когда король пристально вглядывался в своего сына, пытаясь проникнуть в его мысли. Наконец он снова обратился к бумагам на столе и, разворошив всю груду, извлек пожелтевший лист пергамента.
– Ты говоришь, что хочешь помочь…
– Да, отец. Очень хочу, – подтвердил Ханс с чуть излишней горячностью.
– И ты готов сделать все, о чем я попрошу? Все, что угодно?
Ханс заколебался. Что-то было неприятное в этих вкрадчивых словах – «все, что угодно», отчего у него по спине пробежала нервная дрожь. Но идти на попятную никак нельзя.
– Да, – кивнул он. – Все, что скажешь.
– Ну что ж, тогда, полагаю, у меня найдется для тебя задание. Есть одно дельце, которым нужно заняться незамедлительно. На третьем острове живет один человек… так вот, мне доложили, что он позволяет себе говорить, скажем так… нелицеприятные вещи обо мне. А я не могу позволить, чтобы люди злословили у меня за спиной. Такое попустительство до добра не доведет. Поэтому я хочу, чтобы ты отправился туда и побеседовал с ним. И убедил его, что ему не принесет пользы, если он будет выступать против меня.
– Да, конечно, я готов. Но… – Ханс помедлил, тщательно взвешивая дальнейшие слова. – Но что, если он не станет меня слушать?
Король вздернул бровь:
– В таком случае я рассчитываю, что ты заставишь его тебя послушать. Тем или иным способом.