Солдаты Эренделла стояли по краям на страже. Олаф положил одну руку на плечо Кристофа, а другую – на шею Свена. Он точно не знал, что за обряд совершают нортулдры, но хотел обязательно примкнуть к ним. Он даже подпевал, не зная слов, и радовался, что опасность, исходящая от Духа огня, миновала.
Райдер и Ханимарен стояли в первых рядах своей группы. Оба положили руки на плечи Елены. Елена взглянула на Анну и Эльзу и взяла их за руки.
– Мы называемся нортулдры, народ солнца, – сказала она, принимая девушек в свою семью. Анна и Эльза, невероятно взволнованные, кивнули.
Увидев на их лицах благоговейный трепет, Маттиас вышел вперед и остановился.
– Обещаю вам, – сказала Эльза Елене, – я расколдую лес и восстановлю Эренделл. – И она повернулась к Маттиасу, чтобы подтвердить это и ему.
Анна неприятно удивилась – Эльза дала клятву только от себя, а не от обеих сестер.. В животе у Анны что-то перевернулось.
– Ты обещаешь слишком много, Эльза, – проговорила она, пытаясь не обнаружить своей обиды.
По толпе нортулдов и бывших граждан Эренделла пробежал ропот, сначала тихий, потом громче, – надежда вырваться из тумана обрадовала людей.
– Свобода не за горами! – крикнул Райдер, и народ вокруг засмеялся. – А что? Эта мысль меня воодушевляет! – Он повернулся к Кристофу. – Просто... некоторые из нас родились здесь и никогда не видели открытого неба.
– Да, я понимаю, – заверил его Кристоф, похлопывая нового друга по плечу.
– Спасибо, что спас оленей, – поблагодарил его Райдер.
– Всегда пожалуйста, – сказал Кристоф.
– Я снова слышала голос, – проговорила Эльза, улыбаясь Елене. – Нужно идти на север.
– Но по ночам там бродят земляные великаны, – предупредила Ханимарен.
– Зато днем они спят. Выходите на рассвете, – посоветовала Елена.
Глава 26
Когда все вернулись в лагерь нортулдров, то с облегчением увидели, что ущерб, причиненный Духом огня, меньше, чем они представляли. В атмосфере праздника и с благодарностью за спасение люди принялись наводить порядок. Нортулдры и солдаты Эренделла собрались вместе, чтобы поклониться природе за каждый день жизни. Звучала музыка, все наслаждались напитками и дымящимся тушеным мясом.
Недалеко от очага, где готовили еду, совсем маленькие нортулдры окружили Олафа. Поначалу они просто с любопытством разглядывали снеговика – дети никогда не видели подобного существа. Потом одна смелая девчушка подобралась к нему поближе, ткнула его пальчиком и очень удивилась, что Олаф такой холодный.
Олафу ужасно нравилось развлекать детей. И когда малыши к нему привыкли, то подошли поближе и стали тянуть его за руки, за ноги и даже за нос. Все это время Олаф с ними разговаривал.
– Позвольте вас спросить, – начал он, – как вы справляетесь с непрерывным усложнением мыслей, которое приходит по мере взросления...
Тут один мальчик схватил с его лица морковку и приставил к собственному носу. Все дети засмеялись.
– Отлично! – воскликнул Олаф. – Очень приятно поговорить с современной молодежью. Будущее в надежных руках.
Но дети ничего не говорили. Некоторые из них начали грызть морковку, другие вытаскивали ноги Олафа, приставляли их к его голове и хохотали. Потом одна девочка схватила его ногу и стала грызть ее.
– Нет-нет-нет, – запротестовал снеговик. – Не надо. Куда только эта нога не ступала!
Кристоф и Райдер находились в другой части лагеря, около столов, составленных из старых бочек. Кристоф достал из кармана кольцо, которое хотел подарить Анне, и показал его Райдеру.
– Каменные тролли высекли его из минерала, найденного в сердцевине Черных гор, – объяснил он.
Райдер поразился:
– Ты знаешь каменных троллей?
– Они меня вырастили, – гордо произнес Кристоф.
– О, я должен выбраться из этого леса, – сказал Райдер. Жизнь его сложилась неплохо, но из-за тумана он никогда не был за пределами леса, и ему постоянно приходило в голову, что он многое упустил в мире.
– Я никак не могу привлечь ее внимание, – пожаловался Кристоф, – и сказать то, что нужно.
– Счастливец! А я совершенно ничего не знаю о женщинах. Зато у нас самый удивительный обычай делать предложение, – сказал Райдер. – Он точно не оставит ее равнодушной. Если сейчас начать готовиться, к рассвету закончим.
– Правда? – спросил изумленный Кристоф.
Райдер схватил нового друга за руку и потащил куда-то.
– Для этого нужно много оленей.
Кристоф распахнул глаза и расплылся в улыбке:
– О-о-о!
Они потихоньку проскользнули мимо Анны и Маттиаса, которые стояли на краю лагеря и ели тушеное мясо. Маттиас был настороже – как всегда, крутил головой, как всегда, наблюдал. Он, похоже, никогда не покидал свою вахту.
– Папа был примерно вашего роста, – охотно рассказывала Анна лейтенанту. Она относилась к этому человеку с симпатией и благодарностью – ведь если бы лейтенант не спас жизнь ее отца много лет назад, она бы никогда не родилась на свет. Он вообще очень хорошо заботился о своем подопечном. Сложно было представить, что Маттиас находился в Зачарованном лесу дольше, чем она прожила на свете.
– Такой высокий? – спросил Маттиас, вспоминая мальчика, которого знал. Порой он с трудом увязывал свои воспоминания об Агнарре с тем, что рассказывали Анна и Эльза.
– Он скучал по вам. Каждый раз, как мы покупали у Блоджета сдобное печенье, отец всегда говорил: «Маттиас мог съесть его тонну».
– Да... – мечтательно протянул Маттиас. Он уже давно бросил надежду снова вернуться к тому, что любил, но теперь, когда Анна и Эльза оказались в лесу, надежда воскресла. – А что дома? Хелима все еще служит в пекарне?
– Да, – ответила Анна.
Маттиас не мог этому поверить. Ведь прошло так много лет!
– Правда? Она замужем? – поинтересовался он. Анна помотала головой. – О! Почему мне от этого не легче?
– По кому еще вы скучаете? – спросила Анна.
– По отцу, – без колебаний ответил Маттиас. – Он умер задолго до всего этого. Прекрасный был человек. Обеспечил нас всем необходимым, но учил не принимать благополучие как данность. Говорил: «Лишь только тебе покажется, что ты нашел свой путь, жизнь тут же выбросит тебя на новую дорогу».
– И что вы делаете, когда такое происходит? – полюбопытствовала Анна.
– Не сдаюсь, – ответил лейтенант. – Стараюсь не рубить сплеча, и...
– Просто поступаете по велению долга? – добавила Анна, вспомнив слова Деда Пабби.
– Да, – с улыбкой кивнул Маттиас. – Вы верно понимаете.
Мимо прошла Эльза вместе с Ханимарен, и от лейтенанта не ускользнуло беспокойство на лице Анны.
Глава 27
Ханимарен и Эльза подошли к костру и сели на разложенные вокруг бревна. Подбежал олененок, ткнулся в девушек носом и потерся о них головой. Эльза погладила его по спинке, размышляя обо всем происшедшем с тех пор, как они вошли в лес.
– Я хочу тебе кое-что показать. Можно? – спросила Ханимарен. Эльза кивнула. Ханимарен взялась за край бордовой шали, принадлежавшей матери Эльзы, нашла изображенные на ней снежинки и указала на символы на их концах: – Ты знаешь, что это знаки воздуха, огня, воды и земли?
– Да, – ответила Эльза.
– Но посмотри. – Ханимарен коснулась ромба в середине снежинки – этого символа Эльза никогда раньше не замечала. – Это пятый дух. – Заметив удивление на лице Эльзы, Ханимарен улыбнулась. – Говорят, он посредник между нами и природой.
Эльза была потрясена.
– Пятый дух?
– Некоторые слышали его зов в тот день, когда лес накрыло туманом, – продолжала Ханимарен.
Эльза затаила дыхание.
– Мой отец тоже слышал его, – произнесла она. – Как ты думаешь, это тот голос, что зовет меня?
– Может быть, – улыбнулась Ханимарен. – Увы, только Ахтохаллэн это знает.
Эльза улыбнулась в ответ – так говорила мама, когда они с Анной были маленькими.
– Ахтохаллэн... – Она плотно закуталась в шаль и замурлыкала мелодию маминой колыбельной.
Узнав песню, Ханимарен снова заулыбалась и стала подпевать Эльзе.
– Почему в колыбельных всегда есть какое-то страшное предупреждение? – спросила Ханимарен, когда они закончили.
– Мне тоже всегда было это интересно, – ответила Эльза.
Вдруг вдали раздался громовой удар, и земля затряслась, но молнии не сверкали.
– Земляные великаны, – объяснила Ханимарен.
Глава 28
Все в лагере испугались и бросились врассыпную. Люди заливали костры, хватали детей и искали, где спрятаться от грозящей опасности.
– Что они здесь делают? – прошептала захваченная врасплох Елена.
Земля снова стала сотрясаться. Великаны приближались – ветви уже колыхались от их тяжелого дыхания. Между деревьев просунулся гигантский нос и начал шумно принюхиваться.
– Прячьтесь, – велела Ханимарен.
Олаф быстро нырнул под скалу и попытался сжаться в маленький снежок. Тут он заметил Духа огня и замахал на саламандру руками, отгоняя ее, но вместо этого раздул пламя еще ярче!
Олаф в ужасе ахнул:
– Нет, нет, ш-ш-ш! – Набрав в грудь побольше воздуха, Олаф подул на потрескивающее пламя, но оно только сильнее вспыхнуло, поглотив саламандру. – Они идут. Они идут! – Олаф снова попытался задуть огонь, но он продолжал распространяться. Тогда Олаф протянул руку к Духу огня. – Ой, ой. Горячо. Горячо! – причитал снеговик, перебрасывая саламандру с одной руки на другую. Наконец он положил саламандру на скалу и умоляюще взглянул на нее. – Погаси пламя, пожалуйста, – попросил он.
Дух огня вдруг вскочил на голову Олафа, три раза повернулся вокруг своей оси и с улыбкой улегся на вечной мерзлоте. Сначала Олаф поморщился от боли, но потом вдруг понял, что огонь погас.
БУМ, БУМ, БУМ.
Все, кто находился на пути земляных великанов, затаили дыхание и молились о том, чтобы те поскорее ушли. Эльза с любопытством выглянула из-за дерева. Нос находившегося поблизости исполина медленно повернулся к ней, словно учуял ее запах. Когда появился весь великан, на Эльзу упала громадная тень. Девушка посмотрела наверх, пораженная огромными размерами верзилы и скоростью, с которой он двигался к ней. Она снова спряталась за дерево, а гигант развернулся в противоположном направлении и продолжил свой путь.