Кай разогнулся, отряхнул руки. Я догадалась, что он заметил, как шепчусь с Бизоном, и уже сделал кое-какие выводы.
— Он не возьмет тебя, — со вздохом сообщила я Бизону.
— Ты так уверена? — хмыкнул тот. — Наш кэп взял тебя! Когда ты выкобенивалась там, перед вылетом с Земли. Сучки должны открывать рот только для одного дела — это закон.
Я ахнула и прожгла бритоголового гневным взглядом, но тот продолжал:
— Кэп никогда не позволял ни одной сучке так с собой обращаться. Но тогда… — он снова хмыкнул, — да он превратился в гребаное вареное желе рядом с тобой! Когда он разрешил тебе остаться, я все понял. Кэп сделает все, что ты попросишь. Не веришь? Прикажи ему взять этот камень и всадить себе в глотку. И посмотрим.
Я покосилась на Кая, который уже направлялся к нам. В словах Бизона была некоторая истина. Ведь Кай не остался у Тхассу, потому что я попросила. Но перед вылетом… мне казалось, это было так давно! Тысячу лет назад! Неужели его интерес ко мне возник не после крушения, а еще до него? Он не смог мне отказать? Вспомнились слова Кая, сказанные в сердцах: «Да зачем ты вообще полетела?!»
Я поспешила отогнать наваждение.
— И ты думаешь, что после этих слов я стану за тебя заступаться?!
Бритоголовый перестал кривиться.
— Я надеюсь, что будешь, — серьезным голосом ответил он, — потому что ты делаешь нас обоих лучше. И тебе это нравится. Ты — мой последний шанс стать лучше. Видишь? Я открыл тебе глаза на кэпа. А мог бы и не открывать.
— Пора идти, — вырос над нами Кай.
Я ухватилась за предложенную руку и поднялась, но не выпустила его пальцы, а, наоборот, удержала. Кивнула на Бизона.
— Пусть идет с нами.
— Что?! — скривился Кай.
Я вздохнула.
— Он развязал нас. А мог бы этого не делать. Мог бы удрать в кусты, как тот протурбиец, а мы бы остались тут дожидаться волчьего племени.
Кай смерил бритоголового презрительным взглядом.
— Он бы далеко не ушел в таком состоянии.
— Но мог бы попытаться! — возразила я. — Мы бы остались привязанные тут, и дикари, возможно, выместили бы на нас все зло за его побег.
Кай отвернул голову к плечу. Его лицо стало недовольным.
— Он впервые сделал что-то хорошее! — я пожала его руку. — Он нас не бросил, как в прошлый раз!
На скулах Кая заиграли желваки.
— В прошлый раз он бросил тебя. Я мог бы остаться. Тебя, белоснежка! И ты не учишься на своих ошибках?
— Я… — я понимала, что переступаю через себя, но не могла иначе, — я надеюсь на лучшее.
Резким движением Кай выдернул руку из моих пальцев.
— Пусть идет, — сердитым голосом бросил он. — Только если отстанет — его проблемы. Никто на себе его не потащит.
Бизон словно только этого и ждал. С трудом поднявшись на ноги, он проковылял мимо меня вслед за удаляющимся Каем и пробормотал на ходу:
— Бойся своих желаний, мелкая. Он выполнит их все.
Я только руками развела. В итоге еще и виноватой осталась! Но выяснять отношения дальше мы не могли. Пришлось стиснуть зубы и присоединиться к парням.
Подгоняемые страхом погони, мы едва ли не кубарем скатились с холма. Постоянно озираясь, углубились в лес. Пожалуй, так плохо мне было, только когда мы умирали от жажды и тащили носилки с Катей. Бессонная ночь, нервное и физическое истощение отнимали последние силы. А ведь надо было двигаться, и не просто идти — бежать, чтобы скорее убраться подальше с земель волчьего племени.
— Почему Тхассу не предупредил нас, что тут живут дикари? — вспомнила я давно наболевший вопрос.
— Тхассу давно не пересекал реку. Он знает только свою территорию. Все остальное — по слухам, — процедил Кай.
— Подождите! — простонал за спиной Бизон. — Не так быстро!
— Ему нужно обработать раны, — заметила я, — он потерял много крови.
Внезапно Кай остановился, как вкопанный. Я посмотрела ему под ноги и вспыхнула от радости:
— Наши вещи!
В траве валялся нетронутый мешок. Дикари не распотрошили его то ли из брезгливости, то ли по какой-то иной причине. Значит, мы уже вернулись на прежний путь? Кай присел, развязал горловину, порылся внутри. Выпрямился и швырнул Бизону какой-то предмет. Бритоголовый едва успел подхватить то, что ударило его по груди. Я тоже взглянула. Аптечка!
— На! — у меня в руках оказалась бутылочка с настойкой. — Пей.
Жажда мучила давно. Я приложилась к горлышку и осушила все до дна. Кай протянул еще бутылку, на этот раз с простой водой.
— Еще.
Вторую порцию я проглотила наполовину. Больше не влезло. Кай вырвал бутылку, швырнул ее на землю под ноги Бизону. Завязал узел с вещами.
— Пойдем.
— Спасибо, кэп, — с раболепной улыбочкой бритоголовый схватил воду, начал жадно пить.
— Куда мы пойдем? — обратилась я к Каю.
— Дальше.
— Дальше — это к хвостовой части?
— Да.
Он отвечал резко, отрывисто, взвалил на плечо вещи и пошагал. Я едва догнала, коснулась плеча.
— Кай…
— Если ты передумала и хочешь вернуться к Тхассу, то поздно, белоснежка, — со злостью вдруг обернулся он, — я не поведу Бизона в такое райское местечко. Не проси.
— Я и не собиралась… — растерялась я, — всего лишь хотела спросить, когда сможем сделать привал?
— Когда будет безопасно.
На этом разговор закончился. Кай не собирался ждать. Я побрела за ним. Бизон, засунув аптечку подмышку, ковылял рядом. На ходу он, естественно, не мог воспользоваться ни бинтами, ни дезинфицирующими средствами, поэтому лекарства в его руках выглядели как кость перед носом голодной собаки.
Чуть дальше мы нашли рюкзак Бизона. Я хотела поднять, но Кай остановил:
— Брось. Ты его не унесешь. Свалишься.
— Но там же вещи!
— Придется чем-то жертвовать.
Я схватилась за шкуру.
— Тогда возьму хотя бы это! Моя куртка куда-то делась.
Он смерил меня равнодушным взглядом, пожал плечами.
— Валяй.
— Кай… — из последних сил я ускорила шаги, чтобы поравняться с ним, — если ты так сердишься на меня, почему тогда разрешил Бизону идти? Мог бы отказаться.
Он с раздражением выдохнул.
— Лучше я буду сердиться на тебя, чем ты — на меня.
Я поморгала, а потом едва не фыркнула.
— Что? Что ты такое сказал?
Но пояснить Кай не успел. Издали донеслись разъяренные крики.
— Похоже, дикари обнаружили пропажу, — выдохнул он и схватил меня за руку. — Бежим!
Бежим?! Да мы едва ползли без сна и отдыха! И все-таки, непонятно каким чудом, я побежала. В спину раздавалось пыхтение Бизона. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Я понимала, что долго так мы не продержимся. Как назло, путь пролегал по узкому ущелью. Справа и слева возвышались покатые склоны. Нам некуда было спрятаться, чтобы пересидеть погоню. Только двигаться дальше.
Крики и вопли не затихали. В какой-то момент я ощутила, что даже желание выжить больше не помогает. Споткнувшись, упала на колени. По соседству едва не пропахал землю носом Бизон. Кай оставался на ногах и смотрел на нас, но так тяжело дышал, что не мог вымолвить ни слова.
Все. Это конец. Я представила, что все повторится: столбы, ритуал, ожидание смерти, и отчаянно возжелала умереть здесь и сейчас, чтобы не проходить эти мучения снова. Дикари приближались с угрожающей скоростью. Сколько я ни таращилась вперед, казалось, ущелью нет конца. Выхода не оставалось…
— Эй! Пс-с-с! — вдруг раздалось над головой.
Ну вот, уже слуховые галлюцинации начались. Откуда тут мог взяться женский голос?
— Эй! Сюда! Сюда!
Я вскинула голову. Протерла глаза на всякий случай. Со склона нам махала женская фигурка. Человек! Девушка! Тоненькая, в защитных «армейских» штанах и жилете, с пневмоавтоматом за плечом. Каштановые волосы были заплетены в высокий «колосок».
— Сюда! Быстрее!
Как она появилась на горе? Я присмотрелась и заметила то, что не бросилось в глаза прежде: неприметные, вырубленные в породе ступеньки. Они уводили куда-то выше и исчезали за поросшим травой валуном.
Я переглянулась с Каем. Он вцепился в мою руку, рванул с земли, и мы побежали. Ноги заскользили по насыпи. Ступени начинались чуть выше, неровные, разные по высоте и ширине. Местами едва обозначенные лишь чтобы примостить носочек туфли. Кое-где лазание по ним требовало определенной сноровки. Тяжеловесный и раненый Бизон буксовал позади меня, слышался шорох осыпающейся земли. Дикари, судя по шуму, были у нас на хвосте. Кай обернулся, сверкнул недовольным взглядом. Подтянул меня выше, практически в объятия готовой помочь девушке, а сам прыжком спустился вниз.
Неожиданная спасительница крепко схватила мою ладонь. Рука у нее была худая, почти прозрачная, но на удивление сильная. Кисть, прикрытая кожаной митенкой, не скользила по моим влажным от пота и страха пальцам. Я вскинула голову, посмотрела в лицо. Чистое, открытое, со слегка покатым лбом и выразительными серыми глазами. Незнакомка улыбнулась мне и вытянула к себе на ровную площадку. Подтолкнула за валун. Я увидела расселину в горе, по обеим сторонам которой свисали заросли дикого вьющегося кустарника. Пещера? Темный и узкий вход отлично укрывался от чужих взглядов благодаря большому камню. Снизу не разглядеть. Если бы девушка не позвала нас, мы бы так и не узнали, что буквально в нескольких шагах находится спасение.
Следом появился Кай. Он помог Бизону забраться наверх. Объяснений не требовалось. Барахтающийся на насыпи беглец выдал бы наше укрытие, если бы мы оставили его на склоне.
— Быстрее! Туда! — девушка указала на расселину.
С кряхтением Бизон протиснулся первым. Щель явно не подходила для его габаритов, но он упрямо бился, сантиметр за сантиметром углубляясь внутрь. Кай сделал мне знак идти следующей. Поборов некоторую боязнь, я боком вошла в ход. Вдалеке брезжил свет. Значит, это тоннель, образовавшийся по воле природы? Не похоже, чтобы его кто-то специально долбил. Это заинтриговало еще больше.