.
Начиная с 1966 года члены оставшейся еврейской общины отмечали в этом мемориале Йом ха-Шоа, День памяти жертв Холокоста{393}. В 1990-х годах Еврейский исторический музей взял на себя управление этим памятным объектом, превратив его в «просветительский памятник» за счет небольших выставок и исторических программ для детей. В вестибюле на первом этаже на темно-серой каменной стене было высечено около 6700 фамилий жертв из числа голландских евреев, освещенных Вечным огнем.
Однако каждая фамилия, выгравированная на каменной стене, означала множество жертв, которые могли быть родственниками или же просто случайно носили одну и ту же фамилию. Например, сотни никак не связанных между собой жертв носили фамилию Коэн. Таким образом, стена с именами в «Голландском театре Шоубург» не отражала истинного числа жертв. В конечном счете, хотя некоторые привыкли к этому памятному объекту, другие сочли его неадекватным. Скорее всего, по той причине, что этот мемориал содержал достаточно скудный пояснительный текст о войне или жертвах. В связи с этим с годами данный памятник становился все более непонятным для тех, кто не был знаком с конкретными обстоятельствами нацистской оккупации.
Национальный мемориал имен жертв Холокоста Даниэля Либескинда был открыт в середине сентября 2021 года. На церемонии открытия присутствовал король Виллем-Александр, а также премьер-министр Марк Рютте, мэр Амстердама Фемке Халсема и многие другие официальные лица наряду с Жаком Гришавером и группой евреев, выживших во время Холокоста, а также десятками представителей еврейских организаций.
«Этот памятник 102 163 раза утверждает: «Нет, мы вас не забудем», – сказал Марк Рютте. – Нет, мы не допустим, чтобы ваши имена были стерты. Нет, последнее слово – не за силами зла»{394}.
Он описал открытый памятный объект как «мемориал для каждого человека, для каждой истории жизни», отметив, что на каждом кирпиче начертано конкретное имя конкретной жертвы.
Кирпичи мемориала имеют не однородный цвет, а скорее теплую гамму горчичного, медного и коричневого оттенков, имитирующую цвета кирпичных домов Амстердама. Посетитель должен замедлить свой шаг, чтобы прочитать каждое имя, одно за другим, и в ходе этого процесса он может понять, что еврейское сообщество Нидерландов состояло как из множества отдельных людей, так и из больших и разрозненных семейств.
– Симон Берг, 3.7.1934, 8 лет
– Сонни ван ден Берг, 8.10.1942, 7 месяцев
– София ван ден Берг, 27.5.1890, 53 года
– Тео Берг, 20.5.1932, 10 лет
– Грасия ван ден Берг-Эрейра, 10.3.1849, 94 года
– Саартье ван ден Берг-Флесшедрагер, 14.8.1881, 63 года
На десяти кирпичах можно прочитать имена семимесячного ребенка и девяносточетырехлетней женщины с одной и той же фамилией. Возможно, это недавно появившийся на свет младенец и его прапрабабушка. Или же между ними какие-то другие отношения, потому что эти имена мемориала представляют не просто семьи или генеалогические древа, но поколения и родственные связи разных диаспор. Самые старшие из погибших родились в XIX веке, самые младшие, возможно, родились, когда их родители укрывались, или же в концентрационном лагере в самом конце войны. Так много жизней и наследия было стерто с лица Земли! Большинство этих жизней – всего за пятнадцать месяцев.
Мемориал, созданный Даниэлем Либескиндом, привлекает внимание к тому, что в прошлом общественности было трудно представить, – к масштабам трагедии. Об этих масштабах свидетельствует, например, то, что фамилия Коэн, сотни раз повторенная на кирпичах различных оттенков, занимает более тридцати столбцов на одной стене. Фамилия де Фриз состоит из 29 столбцов. Фамилии Полак, Леви, де Йонг повторяются снова и снова. Кирпич за кирпичом, кирпич за кирпичом.
Мемориал Даниэля Либескинда появился как раз перед открытием другого памятного объекта – Национального музея Холокоста, строительство которого началось в августе 2021 года и, как ожидается, будет завершено в 2023 году. Он находится неподалеку, на улице Плантаж Мидденлаан, и две этих исторических площадки планируют (на момент написания этой книги) координировать свои мероприятия, чтобы желающие могли посещать их одновременно, отдавая дань памяти погибшим и узнавая новые факты.
Новые объекты амстердамского ландшафта представляют собой значительный шаг вперед в процессе признания той истории, которая вначале десятилетиями замалчивалась, а затем зачастую обрезалась до минимума или же искажалась.
«Существует процесс дегуманизации, который происходил во время войны, но есть также процесс возобновления гуманизации, очеловечивания, – подчеркнул Эмиль Шрайвер, директор Национального музея Холокоста. – Мы пытаемся помочь людям понять, что это произошло с обычными гражданами Нидерландов, их соседями».
Когда в 2015 году впервые была выдвинута идея создания Национального музея Холокоста, общественность поддержала ее с определенной неохотой, однако, по словам Эмиля Шрайвера, голландское правительство восприняло эту идею «относительно быстро». Он считает, что нынешнее руководство страны в основном проявляет готовность поддержать просветительские цели музея.
Действительно, отношение правительства изменилось. «Поскольку последние Выжившие все еще среди нас, я приношу сегодня извинения от имени правительства за то, как власти поступали в то время, – заявил премьер-министр Марк Рютте во время празднования семьдесят пятой годовщины освобождения страны в 2020 году. – Наше правительство не смогло выступить в качестве гаранта справедливости и безопасности».
Этого признания ждали достаточно долго, учитывая, что президент Франции Жак Ширак признал участие французских властей в преследовании евреев во время Второй мировой войны в 1995 году, премьер-министр Бельгии Ги Верхофстадт сделал аналогичное признание в 2002 году, и даже руководство Австрии, которая не только присоединилась к рейху, но и обеспечила его верхушку самыми злобными нацистскими лидерами, взяло на себя в 2000 году, а затем и в 2006 году ответственность за антисемитскую политику в прошлом{395}.
Многие в правительстве признают, что существует настоятельная необходимость устранения сохранившихся антисемитских настроений военных времен, особенно в связи с тем, что эти настроения в Европе вновь усиливаются. Голландская организация «Центр информации и документации Израиля» (аналог Антидиффамационной лиги), которая отслеживает антисемитские инциденты в Нидерландах, в 2020 году сообщила о резком росте в период с 2013 по 2019 год антисемитских актов вандализма, онлайн-травли евреев, словесных оскорблений в их адрес и «достоверно подтвержденных инцидентов», связанных с насилием или жестокостью по отношению к представителям еврейской общины.
Исследование этой организации выявило снижение числа таких «инцидентов» (со 182 до 135) в течение первого года коронавирусной пандемии COVID-19, то есть в тот период, когда значительная часть населения страны оставалась дома, однако одновременно в этот же период наблюдался «резкий рост числа теорий заговора», в которых «евреи изображались как причина и/или бенефициары коронавируса с вызывающей тревогу частотой таких фактов в Нидерландах и по всему миру»{396}.
Эмиль Шрайвер рассматривает всплеск антисемитских инцидентов по всей Европе и на местном уровне как еще одну вескую причину открыть двери музея. «Сейчас существует еще более сильная потребность в осведомленности о событиях прошлого, более сильная потребность в предупреждении таких событий, чем была раньше, – высказался он. – Кроме того, нам есть о чем еще поговорить»[385].
Единственное, о чем действительно стоит поговорить, – это о всплеске отрицания Холокоста и попытках приравнять его к каким-то аналогам в Европе. Всего за несколько недель до того, как в Амстердаме был открыт Национальный мемориал имен жертв Холокоста, активисты голландских «правых» сил организовали протесты против мер, введенных органами здравоохранения, включая требование носить защитные маски в общественном транспорте и предъявлять QR-код в качестве доказательства вакцинации. В ходе этих протестных акций представители «правых» носили футболки с напечатанной на них «Звездой Давида» и словом «#непривитый» в центре этого символа.
Протестующие утверждали, что отказавшиеся от прививки подвергались таким же преследованиям, как и евреи или же «как Анна Франк» при нацистском оккупационном режиме. «Правые» члены парламента Нидерландов оправдывали и, более того, поощряли использование этих изображений. Популистская ультраправая партия «Форум за демократию» использовала те же образы и лозунги на своих уличных постерах.
Тьерри Боде, основатель и лидер «Форума за демократию», смог отстоять право своей службы безопасности на ношение футболок с таким символом во время парламентских дебатов, утверждая, что евреи «не могут предъявлять претензии» за преследования во время Второй мировой войны. Он аргументировал это тем, что «левые» партии использовали войну в своих политических целях, так почему бы, по его логике, популистам не защищать «свободы, которые мы потеряли в 2020–2021 годах. Это просто лицемерие»{397}.
На этом Тьерри Боде не остановился. В своем «Твиттере» он напрямую обратился к еврейским организациям, написав: «Война – не ваша, а наша, общая». В том же «твите» он заключил слово «Холокост» в кавычки. Некоторые политики ругали Тьерри Боде за его «бесчувственность», но никто не указал ему на абсурдность присвоения символа еврейского преследования – «Звезды Давида» – при одновременном отрицании Холокоста.
Тьерри Боде не относится к числу ведущих политиков, и его партия получила всего два места в парламенте, но у его ленты в «Инстаграме» 274 тысячи подписчиков, и он регулярно появляется в ток-шоу голландского телевидения вместе со своими сторонниками. Приверженность его идеям указывает на то, что все еще есть много голландцев, которые, повторяя аргументы журнала Patriot, утверждают, что еврейский народ «был не единственным, кому пришлось нелегко, и евреи пострадали не больше остальных».