— С-с-с-ка! — раздался сиплый голос. — Ох, мать!
Тело вывалилось из капсулы, грузно рухнув на пол.
— Походу я не сдох… Есть тут кто? Ох, ма-а-ать…
— А-а-ага, — сказал Гай. — Если нужно в туалет — говорите сразу, водичка попить — вот она, а зовут меня Гай и я вроде как тут хозяин.
— Адам. Адам меня зовут, давай сюда свою водичку, мил человек, во рту как будто кто-то насрал! — он присосался к бутылке прямо лежа на полу, и пил ее долго, пока не выхлебал весь литр — залпом. — Ох-х-х!
Гай протянул ему руку, Адам поднялся и осоловело огляделся.
— Это что — морг?
— Не-е-е… Склад. Просто так получилось, долго объяснять… Они все живые, если что.
— Все — с «Кашалота»? — с надеждой глянул на парня Адам.
А у Кормака уже стрикало в мозгу — этому типу было явно насрать на двойную гравитацию! Или он пока не определился с самочувствием? Парень помотал головой в ответ на вопрос мужчины и тот поник.
— Но есть еще две капсулы с вашими спутниками! — попытался утешить его Гай. — Вот, взгляните!
Безумная надежда загорелась в глазах этого человека и он рванул туда, куда указывала рука парня.
— Вика, Вика, о Господи! О, Господи… — он трогал ладонями стекло, и улыбался, и из глаз его текли слезы, а руки дрожали — короче, вел себя весьма странно. — Она жива, точно жива! Так…
Адам собрался и водя пальцем ознакомился с показаниями приборов. Огоньки батареи горели светло-зеленым, основные жизненные показатели были в норме. Только убедившись в этом, мужчина, наконец, пришел в себя и отправился смотреть на вторую капсулу.
— А-а-а! — довольно улыбнулся он. — И этот тоже… А остальные — нет?
— Увы — нет.
— А сколько лет прошло?
— Несколько сотен — точно.
— С-с-с-ка! — выпучил глаза Адам. — Ни хрена себе! Ох, мать!
Глава 10,в которой причиндалы гудят
— … урожайность повысили, мрази. Отдачу с поголовья. Вика сразу была против — так ее в должности до лаборанта понизили! Капитан был за риск — говорил, мол нужно спрыгивать, дотянули бы до звезды, что такое два года? Астрономы и планетологи в один голос твердили — есть там вода, можно устроиться на второй планете!
— Там правда есть водяной лед — на этой второй планете.
— О как! Ну так этот хрен, который Олбрайт, он был против. Считал, что нужно дожидаться спасателей, полагаться на собственные силы. Дождались, с-ка. Через тысячу, нахрен, лет! Мы о гипердвигателях только мечтали, только-только первые наработочки появились… Ломились через пространство на субсвете чуть ли не наугад, надеялись и верили! Эх-х… — Адам приложился к кружке с вином и выхлебал почти половину. — Вот и что мне теперь делать, а?
Гай и Эби переглянулись.
— А вы кем на корабле работали?
— Э-хм… Электротехником. Это если по-простому. А если сложно — специальность моя — «электроэнергетика и электротехника» профиль — «релейная защита и автоматизация электроэнергетических систем и обслуживание малых термоядерных реакторов». В основном с дублирующими системами работал, к главному реактору меня и таких как я не подпускали… Там инженера, — он сказал это с ударением на последнем слоге. — Белая кость!
Эбигайль даже подалась вперед:
— А вот, предположим, реактор «Одиссея»…
— О-о-о-о, это сказка! Это же мечта в чистом виде, знаете, я однажды подменял там техника, делали профилактику, кое-что даже вручную перебирали, и… — и дальше Адам начал говорить на некоем тарабарском языке, понимать который могут только истинные специалисты.
Гай, конечно, благодаря знаниям Иоахима, имел общее представление о конструкции космических кораблей разных типов, но тут — тут нужен был словарь терминов, не меньше. А еще лучше — новая гипнопрограмма.
— Стоп! — сказал парень. — Я понял, тема вам близка и в целом — вы в этом разбираетесь и настройку-починку реакторов подобного типа делать вам доводилось…
— Да-да, только я понять не могу, к чему вы…
— На должность бортинжинера «Одиссея» согласитесь? Со специализацией по ходовой части и реактору?
— Э-э-э… Да я, с-ка, как бы это… Ну электротехник я, для инженера рылом не вышел, нахрен! Обождите, а что — «Одиссей» у вас?
— У нас. Это была моя доля от «Кашалота». Ну и вы — тоже, в нагрузку, так сказать.
Адам почесал сломанную переносицу и развел руками:
— От таких предложений не отказываются. Я, с-ка, куда подамся теперь? Я вот с вами разговариваю — вроде и на одном языке говорим, а вроде и через слово не понимаю. А сунусь я куда-то в солидное место — меня или насмех поднимут, или обмишулят, нахрен. Так что, с-ка, излагайте условия, и скажите, наконец, с-ка, почему тут так тяжко жить-то?
— Ты ему доверяешь? — Эбигайль мыла посуду в обычном тазу, как их далекие предки на Терре.
У Гая в Долине до сих пор не было никаких изысков — даже нормальной раковины. Это, наверное, стоило как-то исправить, но, во-первых, появлялся он на Ярре крайне редко, а во-вторых — ну нравился парню вот такой вот псевдо-аскетизм.
— А куда ему деваться? Тем более, я так понял, к этой Виктории он имеет что-то… Чуть не сбрендил от радости, когда увидел, что ее капсула исправна! Сейчас делает вид, что мужик-кремень, а тогда вроде как даже слезу пустил!
— Так давай и ее разморозим? Она медик-биолог, нам как раз не хватает такого специалиста…
— Ну, медицина всё-таки вперед шагнула за эти несколько веков — это раз. И нафиг нам такое количество попаданцев из прошлого на нашем корабле единомоментно — это два. Вот ассимилируем этого, пригласим в команду Джипси с Франческой, если повезет — Карлоса, Кранца, Штерна, Мадзингу и Заморро — тогда и об еще одной попаданке задумаемся… А может и парень тот, третий, на что-то путное сгодится…
И, конечно, Эби отложила в сторону посуду и, уперев руки в бока, спросила:
— Кто такая Франческа?
— Бинго! — расхохотался Гай.
Девушка сначала пыталась быть серьезной, а потом тоже фыркнула.
— Девушка Джипси, программист. А Джипси — сталкер, лидер мангруппы с которой мы вместе брали «Кашалота». Из него выйдет прекрасный канонир и старпом. Познакомишься — сама поймешь почему… Очень харизматичный мужчина!
— Так, я не поняла — мне тебя к кому ревновать — к этому Джипси или к Франческе? Ты его так расписываешь, что…
— Увидишь их на Причиндалах — разберешься…
— Ребята, — сказал Адам, который только-только искупался в пруду у мини-ГЭС и теперь вытирал голову полотенцем. — Я конечно, дико, с-ка, извиняюсь, но какие причиндалы вы имеете в виду?
И Гай не выдержал:
— Причиндалы Сына Маминой Подруги!
— Кого?
— Ну есть Мама, недалеко от Мамы — Мамина Подруга, вокруг которой постоянно крутится Сын Маминой Подруги, у которого есть искусственные Причиндалы… Вот посмотришь — сразу поймешь… — пытался сохранять серьезный вид парень.
— С-ка, нахрен! — помотал головой Адам. — Тыща лет — это тыща лет. Непонятно ни хрена! Или это ваш Ярр на меня так действует? Хотя, вроде, он в адаптивных пределах… Тут сколько — полтора джи? И недостаток кислорода?
Гай сделал стойку:
— Адаптивных пределах? Это что?
— Ну, типа, верхняя и нижняя планка значений, при которых колонисты смогут выжить. Нас специально готовили, пичкали всякой дрянью весь полет… Так я, нахрен, прав? Тут с гравитацией беда?
— Два джи и с кислородом всё прекрасно.
— Ох, мать! А я-то думаю, с-ка… А вы, типа, аборигены, и вам нормально?
— Не-е-е, я тут типа Робинзон… А этот ушастый — Пятница, — кивнул на Мича Гай.
Ушастый Пятница уже орудовал в тазу, пытаясь выловить оттуда что-нибудь пожевать. Наконец, он когтистой лапой нашарил вилку, откусил у нее зубья, и, похрустывая, подмигнул Адаму.
— Ох, мать! — сказал Адам.
Новый бортинжинер осваивался в реакторном отсеке, бродил по кораблю, охая и матерясь читал историческую хронику в гала-сети с распакованного по такому случаю простенького планшета, и с блаженной улыбкой изучал технологическую документацию последних лет по релейным системам защиты и чему-то там еще, похожему на заклинания по вызову самого дьявола.
Он всё-таки подошел к Гаю с вопросом про доктора Виктория Схайаму. И получил доходчивое разъяснение и дополнительный вопрос:
— Как думаешь, она сможет наладить производство той дряни, которой вас пичкали, чтобы расширить вот эти вот…
— Адаптивные пределы?
— Именно! Мне, знаешь ли, планету заселять, а тут только ты да я да еще пару мутантов выжить смогут…
— Я не биолог, точно сказать не смогу, но Вика — умница, почти гений, и кроме нее вам точно никто помочь не сможет. Олбрайт бы смог, но его, с-ка, муравьи сожрали, туда ему и дорога. Без Вики вам в этом деле точно не обойтись!
С одной стороны Гай понимал, что может нагрузить Давыда Марковича целенаправленным поиском данных в массивах информации с «Кашалота», с другой — складывать все яйца в одну корзину было чревато. Слишком много всего было завязано на этого вредного ИскИна, и слишком большой опасности Гай подвергал всё дело Ярра, полагаясь только на него.
— Будем думать! — сказал он. — Со временем — точно займемся реанимацией твоей подруги, но лучше это делать в хорошем медцентре, да? Мы не можем рисковать ее гениальной головой, всё-таки есть некоторые проблемы с разморозкой…
Вот это Адаму было понятно. Он разгладил свой новенький, но уже заляпанный маслом комбез, расчесал непослушные волосы массивной пятерней и кивнул.
— Пойду, посмотрю как Солнышко ведет себя в гипере, ладно, кэп? — у бортинжинера помимо доктора Схайамы явно появилась еще одна любовь.
Солнышком он называл термоядерный реактор холодного синтеза и проводил с ним всё свое свободное время, что-то калибруя, отлаживая и перепроверяя.
— Адам! Слушай, мне нужно документацию по кораблю оформлять, как тебя в список членов экипажа внести? Просто — Адам не годится. Там шаблон — фёст нэйм, мидл нэйм, сэконд нэйм… Деваться некуда.