— Лом, да погоди ты меня грузить своими терминами. Ты проще скажи. Вот, к примеру, сколько шар может взять груза на борт? Как он может изменить свою форму? И насколько ему хватит горючки и аккумуляторов?
Лом даже откинулся, изумленно на меня глядючи. А потом посмотрел на горестно опустившего хохолок попугая. Я не удивился, когда вредная птица проскрипела «Попка дуррак!»
— Какая «горючка»? Какие «аккумуляторы»? Ты в себя приди, консультант! Да-а, перехвалил я тебя… Это же полевые рабочие устройства, Афанасий! Они работают в полевой среде! Не смотри на меня бараном! Скажу проще — если ты, к примеру, переплываешь Байкал… и тебя вдруг замучила жажда, что же ты, воды не найдешь, а? Так и транспортный шар. Он в этом Байкале и плавает. Вот, смотри!
И Лом вывел передо мной виртуальный монитор. На нем возник шар Земли. Видимо, Лом включил какие-то фильтры. Со скоростью пулеметной очереди стали меняться слайды. Землю покрывала разноцветная пленка. Белая, серая, желтоватая, голубая… Окрас был неоднороден, где-то пленка почти просвечивала, где-то густела, формируя огромные, плотные области и узлы. Да это же разные поля! Ого, сколько их!
Вдруг, рядом с очередным слайдом, появилась картинка Земли, снятая в реальном времени из космоса. Над Южной Америкой была ночь. Огромное пространство вспыхивало резким голубоватым светом и бурлило. Я догадался — над джунглями бушевала страшная гроза.
— Сюда смотри! — Лом указал мне на слайд. Там, в том же месте, клубилось густое пятно.
— Смотри — Америка… вот Океания, Сибирь… Видишь, какие грозы там бушуют? Ты представляешь, Афанасий, какая страшная энергия бесполезно изливается на планету, а? Целое море! Да что там море — океаны энергии! А ведь можно ее взять, использовать. А вот гравитация, смотри… Что может сделать гравитация? Как ты ее можешь применить?
— Как оружие? — робко спросил я.
— Что же это вы, земляне, такие агрессивные? Первое, что вам на ум приходит, это оружие… Ну, да. Как оружие тоже можно. А вот что ты можешь сделать из гравитации? Какое оружие? Ну, быстрее!
— Э-э… молот! Для удара по площадям!
Лом кивнул.
— Пожалуй, еще лезвие… — задача заинтересовала меня. Я тут же стал думать, как буду уничтожать орды инопланетных агрессоров и монгольские тумены под Рязанью. — Каток такой гравитационный можно сделать. Пули или стрелы не подойдут… Слишком затратно и мелковато будет. А вот ударить сверху, по площади… как тапком по тараканам…
— Бр-р-р! — содрогнулся Лом. — Чтобы я когда-нибудь тебе еще что подсказал… Нет, вы положительно психи!
— Кто бы, что бы говорил, старпом! Мы, славяне, исключительно мирный народ! Тысячелетия отбиваемся от врагов и сражаемся за жизнь своих детей и за целостность своей земли. Кто бы говорил…
— Ладно, ладно… Я не спорю. Просто мы уже не такие… — перебил меня Лом. — Все! Забыли. Теперь ты понял, наконец, какими энергиями может оперировать шар? Но! Это он только может, потенциально… Конечно, в реальности возможности транспортного шара ограничены его размерами и грузоподъемностью. А они, надо сказать, не маленькие…
— Вертолет войдет? — тут же перебил я Лома.
— Нет, Афанасий, вертолет не войдет. Нам он, сам понимаешь, не особо-то и нужен. У нас вместо вертолета другая техника есть. А вот кубометров на десять груза шар можно растянуть. Вес, как ты понимаешь, его не ограничивает. Только объем и линейные размеры. Да, еще транспортный шар может, в случае необходимости, разделиться на четыре клона. Управляющий шар, ну как рубка, и три прицепа. Как это сделать ты уже должен знать. Покопайся у себя в мозгах, Афанасий. А то они у тебя не о том думают, оружейник ты наш… Калашников недоделанный!
Мы помолчали, искоса поглядывая друг на друга. Я не обижался на Лома. Действительно — они другие. У них иной менталитет, другие ценности. В этом мы не равны. Мы то, что мы есть. Такие, какими нас сделала история, прошлое моего народа. А оно было очень и очень… хм-м, специфическим. Мда — гусь свинье не товарищ! — подумал волк.
— Я вот чего боюсь, Афанасий… Видишь ли, транспортный шар — он и есть транспортный шар. Он привязан к своему маршруту, запитывается своей, точно подобранной энергией. Ты же понимаешь, что все физические условия на различных планетах могут отличаться друг от друга? Там выше гравитация, там — температура. На одной планете полно атмосферного электричества, а на другой его мало. Магнитное поле может вообще черт его знает как шалить! Так вот, все это заложено в настройках шара. Он способен эффективно действовать только на проложенном для него маршруте. Боюсь, что на поверхности планет от шара будет мало толку. Если он вообще будет…
У меня аж сердце дало перебой от испуга.
— Что же это получается, Лом? В экспедиции Шарик не сможет участвовать?
— Боюсь, что такое вполне возможно… — Лом посмотрел на мое посеревшее лицо, наморщил лоб и, что-то решив, хлопнул по столу рукой. — Пошли!
Попугай заорал «Пиастрры!» и поднялся на крыло. Мы проследовали за птицей в транспортный терминал станции.
— Для исследования планет наши ученые обычно используют вот это. — И Лом указал мне на маленький шарик, неспешно бегающий по прозрачной трубе вокруг терминала.
— А что это, Лом?
Старший помощник протянул руку, и шар вдруг выскочил из своего трека и оказался возле нас. Он был сантиметров тридцать в диаметре, светился не очень ярко, глаз не слепил. Как мне показалось, шар вращался вокруг оси. Но могу и ошибаться.
— Знакомься, Афанасий! Это — «Скаф»!
Глава 16
Я с сомнением посмотрел на шарик. Хм-м… маленький какой… А вот интересно, что он может делать?
— «Скаф» — это скафандр, что ли, Лом? А что он вообще может делать? Уж больно он маленький… Несерьезно он выглядит — мячик мячиком.
— Ты уж мне поверь, Афанасий, что делать он может о-очень многое! Избыточно много для тебя… Поэтому большинство функций я заблокирую. И в первую очередь — оружие, понял?!
Я надул губы и прищурил глаза.
— Больно мне надо твое оружие! У меня гранатомет будет, понял?! — Теперь уже я с превосходством уставился на жмота-старпома. Да нет, он не старпом! Жадная боцманюга — вот он кто!
— А что ты там надумал заблокировать? — все-таки жаба меня душила. — И что оставляешь?
— Вот ты сказал — скафандр… Это и так, и не так одновременно. «Скаф» — это полевой комплекс для полевых исследований. То есть, не исследований поля, а для исследований в поле… Я имею в виду, что термин «полевой» тут надо…
— Да понял я, понял… Цицерон ты наш. Совсем заболтался, бедняга… Я уловил, что это полевой комплекс. Видимо — повышенной защиты, для пребывания исследователей на поверхности планеты в самых сложных условиях…
— Да! — облегченно выдохнул Лом. — Главное ты понял правильно! Именно так — в самых сложных условиях, да еще с возможной угрозой для жизни исследователя.
— А как же ваши научники тогда погибли? Ну, в годы войны?
— А вот этого мы и сами установить не смогли… — нахмурился Лом. — Связь они отключили, скорее всего… Чтобы им не приказали вернуться. А тел мы не нашли. Тут одно на ум приходит — самоликвидация… Есть такая функция в «Скафе»… Предусмотрена для самых крайних случаев. Как я думаю, они попали в такую ситуацию, что и уйти не смогли, и выжить не сумели… Короче — они приняли бой и все погибли. Вот и все, что я знаю.
— Вечная память мужикам… А ты говоришь — земляне агрессивны. А они вон жизнь свою на кон поставили, Лом.
— Не будем об этом… Так вот, «Скаф» — это не транспортный шар. У него гораздо больше возможностей. Он может перемещаться по планете, защищает своего носителя, следит за его состоянием и здоровьем, держит связь, ведет видео и аудиозапись, хранит базы данных и служит архивистом и научным консультантом. Кроме того, он является целым комплексом инструментов. У него достаточно мощный интеллект…
— А оружие какое? — перебил я Лома.
— Опять ты про оружие! Да нет у него ни пулеметов, ни пушек! Гравитацию он использует! Чтобы разбросать завалы, пробить ход, разметать или обездвижить живые объекты… Желательно — не убивая…
— Ясно все с вами… пацифисты херовы. У тех немцев, видать, другие установки были. И что же ты мне заглушишь?
— Связь — это раз. Со мной ты с поверхности планеты не сможешь связаться, а в ином случае у тебя твой транспортник есть. Гравитационный пробойник отключу обязательно. Тебе его в руки давать нельзя, себе же хуже сделаешь. Аптечку либо отключу, либо придется её серьезно под тебя переделывать… Посмотрим, может и успею. А вот на перемещаемый груз я тебе другое устройство поставлю, более мощное. В походе пригодится. Большую часть научных устройств я сниму. Тебе они абсолютно не нужны. Ты ими и пользоваться не умеешь. А вот защитный купол дам более крупный, так ведь?
— Ага! Минимум на трех человек!
— Достаточно крупный! — Лом предпочел меня не услышать и намека не то, чтобы не уловил, а просто отсек. — Оставлю анализаторы агрессивных и ядовитых сред, пищевые анализаторы на местные продукты, аппаратуру локации биологических объектов. Что еще… Ну, будешь примерять — побегаешь в лесу, полазаешь по пещерам. Там вопросы и уточнения сами и вылезут. А пока — коснись-ка его рукой!
Я смело протянул руку к шарику и тронул его холодную поверхность. И он исчез!
— Э-э… Лом, я нечаянно! Я не хотел!
— Да подожди ты… Никуда он не делся. Он на тебе. Вот, смотри! — Лом махнул рукой на возникший сбоку виртуальный мониторчик. Там появилась контурная фигурка человека, мужчины, одетого… в обтягивающее женское бельё! Боди, что ли, они его называют? Или — нет! Старинные мужские купальные костюмы представляете? Ну, полосатые такие, как у каторжников, с коротким рукавом и панталоны до колена? Джентльмены на пляже в таких красовались. Году этак в 1902–1904. Вот такая штука и светилась на фигурке.
— Этта что за кальсоны такие ты на меня напялил? Я что? В этой хрени ходить обязан? А если приспичит по-маленькому, а? Как я его снимать буду?