Но Аш словно прочитал мои мысли, изогнулся под немыслимым углом и, раскрыв веером крыло, буквально перерезал шкаф пополам. Косточки и бутыльки с неизвестными субстанциями рухнули на пол. По помещению пополз темный дым, и ифрит с дурной усмешкой уже сложил пальцы для нового щелчка, когда я перехватила его руку, мешая новому щелчку. Ифрит сдавил мою ладонь, пытаясь избавиться от хватки, но я просто намертво вцепилась в его пальцы. Пусть он хоть руку мне сломает, а только это, кажется, единственный способ выжить для нас с Ашем.
Ифрит попытался откинуть меня в сторону, но теперь уже я вцепилась в него, обвилась смертоносной лианой, трансформируя когти и практически запрыгнув ему на бедра.
При очередной атаке, нас свалило на пол, и я уселась на него сверху, как страстная любовница.
Ифриты метались по комнате подобно черным кошкам, пластичным и гибким, ныряя в ядовитый дым, который продолжал расползаться по комнате. Как я и думала, это травяная ловушка для животных, опасная для крупного зверя, но безвредная для людей.
Несколько секунд мы молча боролись с ифритом лицом к лицу. Не знаю, что такого отражалось у меня на лице, но сам ифрит выглядел удивленным и даже обиженным, словно его ручная змейка, послушная, как раба, вдруг обернулась против своего хозяином. Мы не отрываясь смотрели друг другу в глаза, пока дым не скрыл его от меня окончательно.
— Ты пожалеешь… — донесся тихий шепот. — Он тебя не пощадит, если выживет.
А после меня буквально подняло в воздух, отрывая от ифрита. Обернувшись, увидела Аша и несколько секунд не отрываясь смотрела в звериные глаза, горящие расплавленным золотом на потерявшем человеческий облик лице.
На распластанное тело ифрита обрушился огненный ливень. Я перевела взгляд на горящее тело, не в силах оторвать отвести глаза и чувствовала странное сожаление. Впервые смерть была такой близкой и такой… страшной. После отвернулась. Это было ожидаемо. Вряд ли Аш проводит со своими врагами терапевтические сессии.
Окружившие нас ифриты застыли на несколько секунд, а после рванулись вперед, но не к нам, а к знакомому мне ифриту, закрывая его телами от огня. Видимо, тот не солгал, сказав, что он семнадцатый сын какой-то шишки. Важный парень, раз им так дорожат, что готовы собой жертвовать.
— Хватит, — я положила руку Ашу на грудь. — Не добивай его. Это приказ.
У этого демонического пацана еще шестнадцать братьев, и его преимущество состоит только в том, что он знает заговорщиков. Уверена, мы сможем договориться, если встретимся снова.
А мы непременно встретимся, об этом я позабочусь. Раз уж заговорщики нашли способ выманить его из норы, то и я найду. Я находчивая.
Глава 26. Демонический яд
Аш тяжело отступил.
Глаза горели на видоизмененном лице страшным звериным золотом. Он сопротивлялся моему приказу, но не мог его нарушить.
Ифриты тонкими тенями подхватили полусожженное тело своего вожака, высыпали в окончательно проломленную стену домика, а после растаяли в тенях леса. Я до боли напрягала драконье зрение, пытаясь отследить их путь, но очень скоро оказалось, что видна лишь мгла вековых сосен.
— Почему, госпожа?
Генерал смотрел на меня мрачными золотыми глазами, и я не знала, что ответить. Наверное, ему мой поступок казался предательством.
— Так было нужно, — голос все-таки дрогнул.
Аша шатнуло, и он оперся кулаком на стену, стараясь удержать равновесие. Он выглядел… не как человек. Наполовину обернувшийся в звериную форму, одна рука полностью покрыта чешуей, вторая, скорее, лапа, чем рука, человеческий торс, но змеиное продолжение. Честно говоря, я просто боялась смотреть ниже края плаща. Но когда Аш завалился назад, рефлекторно бросилась к нему.
Силой инерции меня опрокинуло на пол вместе с генералом, а когда распрямилась, на руках у меня была кровь. Темная, с едва уловимым запахом какой-то отвратной дряни.
На полу остались кровь и гарь, и стекло, и я, с трудом приподняв Аша, доволокла его до лежанки. Рванула плащ на груди, быстро осматривая на предмет ранений. Несколько слабых ожогов и… черная глубокая полоса, уходящая к животу. Руки у меня самым натуральным образом затряслись.
— Сейчас, — забормотала я голосом обморочной тургеневской барышни. — Сейчас-сейчас.
С силой расстегнула плащ, завертывая Ашу куда-то на плечи. Теперь меня уже не волновало змеиное окончание генерала. Пусть он там хоть ящерица, хоть кайран, мы сначала посмотрим эту гадкую рану, а потом уже поможем ему стать обратно мужиком.
Рана была плохой. Я понимала в этом не больше, чем медведь в оперетте, но ощущала всей драконьей чуйкой, что дело плохо.
Черная полоска рассекла косые мышцы до сухожилий и фонила какой-то дрянью со странным запахом. Но генералы ведь не умирают от таких ран? Тем более первые генералы! Он еще вчера вечером собирался уничтожить имперский отряд в одиночку!
Да, точно. Это только выглядит плохо, но сейчас я шагну за Милошем, он расскажет мне, как лечить генерала, даст лекарство, и я вернусь обратно.
— Прости, мне нужно уйти, — коснулась бледного в испарине лица, избегая взгляда бесстрастных золотых глаз, неотрывно наблюдающих за каждым моим движением. — Возьму у Милоша лекарство и сразу вернусь. Я… не справлюсь сама
Но едва я попыталась приподняться, Аш молниеносно перехватил меня за пояс, силой усаживая обратно. Руки у него были ледяные. Этот чужеродный холод проникал даже через платье.
— Скажи, что любишь меня, госпожа.
Его хриплый шепот скользнул по коже оголенным проводом. Уж бог знает почему, но я испугалась.
— Вот сейчас вернусь с лекарством и скажу.
— Не надо уходить, — Аш сжал пальцами мою руку. — Я все равно не выживу, яд Арахны смертелен для дракона.
Я непонимающе склонила голову к плечу. Яд Арахны?
Последняя арахна, которую я видела, была адекватным мужиком, вполне симпатичным и договороспособным, и яда в его пещере никакого не было.
«Это правда? — спросила беспомощно у паучка. — Скажи!»
Несколько бесконечно долгих секунд, пока ждала ответа, держала Аша за руку и, кажется, молилась. То есть, бормотала набор умоляющих и просительных фраз, собранных из детских молитв и местных воззваний к отцу-дракону.
«Наш Истинный умирает, — скрипуче отозвался паучок. — Яд Арахны смертелен для драконов».
— Драконы регенерируют, — отозвалась с ужасом. — Я же читала.
Слово «Истинный» я пропустила мимо ушей, но привычно сделала зарубку в памяти. Попыталась отнять руку. Нужно к Милошу! Он наверняка знает, что делать, чем помочь! Должно же быть какое-то лекарство, магия, зелье или заклятье — это же, демон его подери, магический мир!
«Магия — это наука, а не пакет с подарками», — буркнул паучок.
Генерал держал меня мертвой хваткой, не отводя от моего лица почерневших до зимней ночи глаз.
— Скажи, — шепнул он, и я, поколебавшись, наклонилась к нему ниже. Отвела от горячего лба черные нити волос: — Люблю, — сказала без улыбки и с тяжелым сердцем. — Ты ведь и так знаешь.
После без нежности дернула его за прядку и требовательно добавила:
— А теперь признайся, что ты притворяешься умирающим, чтобы выбить из меня дурацкое признание в любви.
Аш тут же заулыбался, а после сразу же закашлялся кровью. Механически приподняла его, нащупала какой-то рулон белой ткани, вылетевший из шкафа вместе с косточками и пузырьками, и, не глядя, оторвала по основе около метра. Внимательно вытерла с разодранного плаща кровавые пятна, отметив, что расстегивать плащ было очень глупым поступком. Дротики и так разорвали его в клочья.
— Где был яд?
«В дротиках. Поторопись, Виве! Остаться без Истинного все равно что наполовину умереть!»
— В дротиках, — одновременно с паучком ответил генерал.
Он уже забыл, что я отпустила ифрита, и снова доверчиво льнул к моим рукам. Надо было на что-то решиться. Идти к Милошу просить о помощи и оставить генерала здесь одного. А если ифриты вернутся?! Но если я останусь, то ничем не смогу помочь!
— Аш, мне нужно будет уйти буквально на пару минут. Я вернусь очень…
Аш лежал закрыв глаза и словно бы еще улыбался, но руки безвольно соскользнули вниз. Только сердце мелко и спешно колотилось в груди, словно опаздывало по делам.
Я поднялась, просто запретив себе думать и паниковать, содрала со стены какую-то шкуру, укрыв Аша, а сверху прикрыла россыпью уцелевших банок, рассыпанных из разбитого шкафа. А после бестрепетно нажала камень на родовом кольце, миг спустя шагнув в собственную спальню.
Мне повезло. Милоша даже искать не потребовалось. Он стоял по центру спальни и самым натуральным образом орал на белую, как мел, Фирре. Я поймала только последнюю фразу:
— Куда вы смотрели? О чем только думали!
После оба резко обернулись на меня. Фирре побледнела еще больше, а Милош просто шагнул ко мне и сжал в объятиях так крепко, что у меня ребра затрещали. После сжал мое лицо в ладонях, но я решительно отстранилась. Я вообще чувствовала себя немного замороженной, отдав приоритет рефлексам.
— Ты жива! Боги всемогущие, я боялся, что не увижу тебя живой, эта ду… беспечная женщина…
Я просто закрыла ему ладонью рот.
— Все потом, Милош. А сейчас слушай меня внимательно. Пошли нескольких дракониров к охотничьему домику, но перед этим дай мне лекарство от яда Арахны, прямо сейчас.
Милош отстранился, с непониманием в темных глазах:
— Арахны? Ты… отравлена? — на белом лице приступил явственный ужас, и я крепко сжала его руку чуть выше локтя.
— Не я. Аш. Прошу, у меня нет времени на разговоры и панику.
— Но от яда Арахны нет противоядия, — Милош растерянно взъерошил волосы. — Он безопасен для вея, но для дракона смертелен. Прости. Я вышлю дракониров за то… генералом, но помочь бессилен. Отец-дракон и тот ничем не сможет помочь.