Просто беда какая-то.
Я устало потерла виски. Мне не были свойственные подобные мысли. Люди вроде меня с ума не сходят, даже если захотят. Оказалось, сходят.
Очнулась от мыслей, только при прикосновения к плечам и груди. Оказывается, пока я витала в облаках, Аш притащил откуда-то страхолюдного вида кулон и успел надеть его на меня. Пальцы задержались на груди, где уже висело на цепочке кольцо-печатка, но Аш промолчал.
Я перевела взгляд на кулон. На шелковой веревке болталась маслянистая черная капля, теплая и пульсирующая наощупь.
Дотронулась подрагивающими пальцами и сразу отдернула руку, потому что капля скрутилась улиткой и сжалась от прикосновения. Мама дорогая, что это за хтонь на веревочке!
— Что это? — спросила с дрожью в голосе. — На личинку похоже.
Генерал внимательно и даже пристрастно наблюдал за моей реакцией. Словно делал для личного архива серию моментальных фотоснимков каждого движения рук, глаз, мимики.
— В какой-то степени так и есть, — Аш поймал мой вопросительный взгляд и пояснил: — Это черномагический зародыш, закрытый в сосуд из белой магии, черные маги ощущают его, как живое существо. Ты его таким ощущаешь, госпожа.
Сердце подскочило куда-то к горлу и затряслось от ужаса, хоть по свидетельствам подчиненных, друзей и родни было сделано из металла. В дебильной Вальтарте запрещена темная магия, а Аш все еще первый генерал, брат императора, и без колебаний отправляет на костер темных магов.
Я первым делом ознакомилась со списком обвинений, предъявленных моей семье. И в нем темная магия занимала даже не второе, а первое место.
Аш ласкающе прошелся пальцами по колену и поднял на меня темный нечитаемый взгляд, и меня буквально тряхнуло, как от удара током. Я вдруг поняла, что напрасно боялась императора. Бояться надо было Аша.
— А я всю голову сломал, размышляя, как ты меня вылечила. Знает ли госпожа о том, что лишь кровь Истинных способна спасти партнера от смерти?
Хватка на колене стала крепче. Еще не болезненной, но ощутимой, тяжелой. Даже ночной воздух, наполнивший комнату, обжигал кипятком и давил камнем. Неспешный вкрадчивый голос шел электротоком по коже.
Как зачарованная, отрицательно покачала головой. Ну что я там знаю о магии? Путаные объяснения паучка, зелья Милоша, два десятка прочитанных книг, три четверти из которых о производстве и земледелии.
— Кровь Истинных лечит любую хворь партнера, даже смертельную. Я верил, что ты моя Истинная, хотя на твоем теле нет метки, и твой запах больше не привлекает. Ты лечила меня темной магией, верно? Маскировала ее кровью, чтобы обмануть меня.
Мне очень хотелось сказать Ашу, что он идиот. Что кому он нужен с такими офигевшими тараканами, чтоб его обманывать. Что вот бог, а вот порог, если я его не устраиваю. На меня прекрасную огромный спрос и без его участия, поскольку я богата, как набоб.
Но в эту секунду Аш был, скорее опасным незнакомцем, чем любовником. Он оперся руками на подлокотники кресла, заставляя вжаться в спинку, заглянул светящимися пугающей лазурью глазами в лицо. Этому не знакомцу мне было нечего сказать.
— Я… — не обманывала тебя.
Аш не дал мне договорить. Просто положил пальцы на рот, словно запечатывая голос.
— Так вот, госпожа, эта вещица — один из самых сильных артефактов защиты, существующих в этом мире. А заодно она скроет твоего инициированного дракона, и убережет тебя от ненужных расспросов.
Мои гениальные мозги со скрипом включились в работу:
— Погоди-ка… — я убрали его руку с губ. — Тогда почему этот артефакт не защитил тебя?
— Его срезали, едва я достиг дома, — Аш легонько качнул каплю, и та чуть съехала вниз по веревке, показывая маленький узелок. — Веришь ли, госпожа, я потерял разум, узнав, что ифриты взяли тебя в плен. Я ничего не чувствовал, ни о чем не думал. Эта голова, — он мягко взял мою руку и приставил к виску пальцами, — была пуста, как чрево девственницы. Меня гнал страх за твою жизнь, поэтому о своей я не думал.
Аш засмеялся, а меня вдруг пробила холодная дрожь. Эти слова… сам набор этих слов, от которых веяло сыростью тюремной камеры и холодком цепей, был присущ, скорее, оригинальному первому генералу, чем моему Ашу.
Что, если он лжет? Действие зелья закончилось, и он сознательно вводит меня в заблуждение. Дает почувствовать ужас будущего, которое я сама выбрала в ту секунду, когда дала ему Забвение.
И тогда он не лис выкуривает из норы. Он уже знает, что убить хотели его, и собирается поймать собственного врага на живца.
На меня.
Глава 28. Без страха и упрека
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, словно выискивая в лицах первые признаки готовности к нападению. Оба напряженные и настороженные. Но миг прошел, и ни один из нас не сделал первого шага.
А потом я не удержалась от ошибки. Наклонилась и потянулась, чтобы коснуться ладонью щеки генерала.
— Если я тебе прикажу, Аш, ты подчинишься?
Аш снова рассмеялся тихим жутковатым смехом и прикрыв глаза прижался к моей ладони. Темнота взгляда плескалась под ресницами.
— Конечно. Мой дракон — твой ничтожный раб, госпожа. Мы будем верны и покорны, пока длится наша любовь.
Аш вдруг резко придвинул меня вместе с креслом, впиваясь поцелуем в рот, и вопреки всякой логике меня накрыло восторгом. Целовать настоящего Аша было слаще, чем рыцаря без страха и упрека.
Когда Аш, наконец, оторвался от меня, глаза у него были неподвижные, как у змеи, и совершенно черные. Голос звучал пугающе-тихо:
— Когда придут драконы, ты снова наденешь свое платье, забьешься в угол и будешь плакать, а на все вопросы станешь отвечать, что было темно и страшно, и ты ничего толком не видела. Видела только, как я умирал от яда Арахны, а после ифриты унесли мое бездыханное тело. Ты ведь умеешь плакать, госпожа?
Я хмуро подняла взгляд на Аша и тут же отвела в сторону:
— Все умеют, Аш.
Мы оба знали, что плакать я стану, а если заплачу, то не от страха.
Усилием воли заставила себя встряхнуться, выпрямиться, а после скинуть рубашку и попытаться надеть порванное платье. Наготы я не стеснялась, хотя Аш не сводил с меня глаз, даже поворачивался, стоило мне встать боком и случайно загородить обзор тканью. В голове металась одинокая мысль, что моя анатомия ничем не удивительна, а Аш, наверное, перевидал за свою жизнь красавиц все форм и видов.
Последняя мысль придала мне, наконец, необходимую встряску. Я резко успокоилась и кое-как скрепив разорванный корсет шнуровкой, обратилась к Ашу:
— Где ты планируешь прятаться?
— Несколько дней пережду в лесу, — быстро ответил Аш. — За эти дни те, кто хотел погубить тебя, госпожа, явят свой лик. Но благодаря этой штуковине, — он щелкнул по загогулине на веревке, — сделать ничего не смогут. Возьмем их тепленькими.
Я внимательно выслушала план, который мне нисколько не понравился. Во-первых, я и так знала как минимум одного заговорщика, который теперь тоже знал, что я знаю. Только он пока не знал, что я выжила.
Небо уже посветлело, по лесу разносился тихий гул. Наверное, драконы уже достигли полога, поставленного ифритами, и теперь ломали его.
Нам пора было расходиться.
Я сняла родовое кольцо, спрятав его во внутренний карман платья. О родовой защите я никому не говорила, но лучше перестраховаться. Мало ли, кто из старых драконов припомнит, что видел такое колечко на руке отца. Я и так носила его недолго и всегда камнем внутрь, чтобы не светить своим козырем.
А когда я уже опустила колечко в складки, Аш вдруг поймал мою руку с зажатым перстнем и с интересом повернул, заставляя тот блеснуть в рассветных лучах белым бликом.
— Это родовое кольцо Леяш? — спросил отрывисто. — Оно покорилось тебе?
Я подавила желание спрятать руку за спину, хотя очень хотелось. Утаить хотя бы те крохи информации, которые еще можно было использовать, как собственный щит от врагов. В том числе и от Аша.
— Да, — отозвалась неохотно.
Аш осторожно погладил мои пальцы, задумчиво рассматривая перстенек с крупным темным камнем.
— Так вот ты какое, страшное колечко. На вид безобидное. Не отдавай никому. Ясно?
— Родовое кольцо принадлежит носителю крови, — припомнила я раздел в учебнике о родовых ништяках. — В руках чужака кольцо станет обычным металлом.
Аш поднял на меня странный нечитаемый взгляд. Между атласных бровей залегла морщинка, словно мои слова его не просто удивили. Потрясли.
Но почти сразу он отвернулся, и я не успела даже понять, что вызвало такую странную реакцию. Кольцо, что ли? Так я все, как по-писанному рассказала, нигде не прокололась.
Аш прикрыл шкурой место, где он атаковал ифрита, а вот место, где его ранили, наоборот, оставил на самом виду, оттащив от него обломки стола.
— От него хорошо фонит смертью, — объяснил он с усмешкой. — Сильный маг, конечно, не поверит, но в Леяш нет сильных магов. За этот месяц я успел увериться, что являюсь самым сильным драконом в твоих землях.
Аш подошел ко мне вплотную, и в груди словно острие повернулось. Подавляющая мощь, жар, сладость, непокорство, упрямый потемневший взгляд. Этот дракон подходил мне идеально. Об этом говорила древняя, записанная на подкорку память души, перешагивающая из тела в тело в поисках идеального партнера.
Поэтому никто не трогал мое холодное сердце. В моем мире не было Аша.
— Помни об этом, госпожа, — он наклонился, мягко тронув пальцем мои губы. — Надейся на меня одного.
Хриплый шепот отозвался дрожью в животе. Мне очень хотелось получить поцелуй, но генерал уже отвернулся. После кратких раздумий взял рубашку и смазанной тенью скользнул куда-то в темноту угла и… исчез. С недоумением я подошла ближе и обшарила взглядом стены, даже на дверь выглянула, но там было пусто и темно.