— Дима, только давай договоримся сразу. Я не хочу, чтобы Шолох повредил свои старые ранения, поэтому проведем бой, как разминку, — попросил Тимофей Кондратьевич.
— Что вы имеете в виду?
— Без зубов и щадящие удары.
— Хорошо, согласен, — кивнул я. — К тому же я еще не знаю возможностей булдора.
— Что ж ты ему имя не дашь? А-то как-то не по-людски. Это все равно, что ребенка человеком называть, — возмутился генерал.
— Вот после боя и станет ясно, как его зовут.
Мы встали по обе стороны площадки и приготовились. После крика деда: «Начали!», я дал булдору первую команду…
Глава 8
Булдор стоял напротив Шолоха и не спускал с него настороженного взгляда. Во-первых, он был чуть ли не в два раза меньше противника, и в реальной жизни вряд ли бы осмелился выступить против него, но здесь у него не было никакого выбора. Он полностью подчинялся мне, а я велел приготовиться.
Во-вторых, монстр еще никогда не участвовал в боях, поэтому не знал, чего ждать, а это тоже могло породить в нем страхи. Во всяком случае, я чувствовал его напряженность и видел, как заходили ходуном его крепкие мышцы под толстой чешуйчатой кожей.
— Нападай, Дима! — крикнул мне Тимофей Кондратьевич и махнул рукой.
Я посмотрел на сиденья, установленные вокруг площадки, и увидел, что зрители начали набираться. Правда, ими были наши слуги, но это было неважно и уже больше походило на то, что обычно происходит во дворце с аренами. Тем лучше. Пусть булдор привыкает. Если все пройдет хорошо, то через день-два я отвезу его на настоящую арену.
Ворошило просил не травмировать недавние ранения Шолоха, поэтому я сначала внимательно осмотрел противника и увидел грубые рубцы на его шее и левом боку.
«Подойди к врагу и ударь его правой лапой по морде», — велел я.
Булдор оглянулся на меня, будто хотел убедиться, что я не шучу, поэтому пришлось повторить приказ.
Шумно выдохнув, мой боец грузно подбежал к застывшему Шолоху, и, помедлив пару секунд, ударил того лапой по морде. Шолох взревел и пошел в наступление.
«Назад! Отходи назад!»
Булдор сначала попятился, затем развернулся и побежал ко мне. Шолох его быстро догнал, поэтому я снова приказал.
«Уходи налево»
В ту же секунду булдор резко повернул налево и побежал вдоль решетки.
«Ударь левой лапой по хвосту»
Шолох был огромен, поэтому довольно неповоротлив. Булдор же оказался довольно проворным, поэтому получив приказ, тут же ринулся к противнику и ударил когтистой лапой по хвосту.
Противник грозно зарычал и поднял хвост. Я знал, что последует за этим, поэтому мысленно закричал:
«Пригнись!»
Как только мой боец плюхнулся на пол и распластался, раскинув лапы, как хвост Шолоха пронесся над ним и с силой ударил по решетке, которая опасно хрустнула. Зрители испуганно ахнули, а затем послышались редкие хлопки. Это были слуги Тимофея Кондратьевича, которые поддерживали его монстра.
Удар, действительно был очень сильный, но мне больше понравилось, как отреагировал булдор. Я велел просто пригнуться, думая, что этого будет достаточно, а он распластался на полу и тем самым избежал удара, ведь хвост пролетел гораздо ниже, чем я ожидал.
Между тем булдор отбежал к дальней стороне площадки и замер, ожидая приказаний. В это время Шолох уже развернулся и, плотно сомкнув зубы и извиваясь, ринулся на моего бойца. Это тактика позволяла сбить с ног противника.
«Прыгай ему на голову и беги ко мне»
Булдор побежал навстречу Шолоху и, оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, пролетел метров семь и приземлился ему на голову, с силой припечатав к каменному полу площадки. От сильного удара у противника громко клацнули зубы.
Выдержка покинула Шолоха, поэтому он раскрыл пасть и, извернувшись, хотел схватить булдора, но монстр уже бежал по его телу в мою сторону, а генерал не только мысленно, но и вслух закричал:
— А ну закрой рот!
Шолох глухо зарычал, но пасть закрыл и резко повалился набок, желая смахнуть с себя булдора, но тот уже спрыгнул на пол, подбежал к решетке и остановился возле меня.
Я дождался, когда монстр генерала развернется и дал следующую команду. Булдор уже без сомнений выполнял все, что я ему велю, поэтому ринулся к Шолоху и, оттолкнувшись, взмыл вверх.
Раздался восторженный вздох зрителей. Я тоже не смог сдержать улыбки. Булдор умел прыгать так, как никто из моих прошлых монстров. В прыжке он очутился выше решетки, опоясывающей площадку, и опустился на спину Шолоха, в очередной раз припечатав его к полу. Наверняка это было неприятно, и будь боец генерала не таким большим и мощным, то булдор с легкостью сломал бы ему хребет. Ведь в моем бойце весу было не меньше двух тонн. Точнее скажет целитель, когда я приглашу его для осмотра монстра.
Отвлекшись на зрителей, которые тут же принялись делиться впечатлениями, я не заметил, как Шолох поднял хвост и ударил булдора, который уже спустился на пол и неотрывно смотрел на меня, ожидая приказаний. В этом-то и была главная опасность в управлении монстрами: бойцы так привыкали слушаться голоса в своей голове и выполнять приказы, что сами переставали следить за тем, что происходит вокруг.
Так произошло и на этот раз. Булдор уже вошел в раж и удостоверился, что на меня можно положиться, поэтому не отреагировал на гигантский хвост, летящий с огромной скоростью в его сторону.
Монстра отбросило на решетку. Ударившись о железные прутья, он сполз на землю, но Шолох, вернее генерал Ворошилов, намерен был выйти победителем из этой битвы, поэтому хвост снова полетел в сторону булдора.
Я видел, что он не успеет отскочить и, даже пригнувшись, не сможет спастись, поэтому велел:
«Упрись и выставь перед собой когти».
Булдор в то же мгновение поднял передние лапы и выставил когти. Длинные острые когти при сильном ударе хвостом пробили толстую шкуру Шолоха. Мой боец буквально повис на хвосте, а Шолох от боли заревел и завертелся, пытаясь смахнуть монстра.
Мы с генералом переглянулись, не зная, как поступить. Шолох ревел и кружился на месте, булдор крепко держался за хвост противника и никак не хотел отцепляться. Наконец, генерал усмирил своего монстра, приказав застыть, а я велел булдору убирать когти и возвращаться ко мне.
— Дима, думаю, на сегодня хватит! — прокричал генерал.
— Согласен!
Я открыл ворота, вывел булдора из площадки и повел домой. Тот тяжело дышал, постоянно оглядывался на Шолоха, но шел рядом и не отставал. Миша, Илья и дед с Митей пошли следом за нами, но подходить к разгоряченному сражением монстру побоялись.
Пока я открыл амбар и завел булдора в клетку, Митя принес два ведра холодной колодезной воды. Он передал мне ведра, так как не хотел заходить в клетку. Я вылил воду в корыто и погладил монстра по морде.
«Молодец. Мне понравилось, как ты себя вел».
Пока боец пил воду, я обошел его по кругу и внимательно осмотрел. От удара хвостом могли сломаться кости, но на первый взгляд все было хорошо. Однако я решил завтра позвать целителя Сорокина, чтобы тот проверил состояние булдора и провел все необходимые проверки и анализы.
— По-моему, победил твой боец, — сказал Миша, когда я вышел из амбара.
Он уже достал откуда-то печатный пряник с повидлом, и с наслаждением уплетал его.
— Согласен, — кивнул Илья и отпил холодный квас из глиняной кружки.
Только сейчас я заметил Нину, которая стояла неподалеку с подносом, на котором были кувшин с квасом, кружки и пряники. Дед сидел на чурке и тоже попивал квас.
— Мне понравилось, как он прыгает. Наш Лягуш даже так не умел, — проговорил он и пригубил из кружки. — Прямо с места на такую высоту! Хорош боец!
— Дмитрий Иванович, отведайте кваску холодного, — предложила Нина и томно взглянула на меня из-под густых ресниц.
— И мне налей, Ниночка, — тут же попросил Митя и подошел к ней.
Нина тут же сменила выражение лица на недовольно-брезгливое и зло процедила:
— Ты иди сначала руки помой, прежде чем хозяйскую посуду трогать.
— Все в порядке. Пусть пьет, — осадил я ее, налил в две кружки и одну протянул Мите.
Тот будто не заметил поведения девушки и, поблагодарив меня, с обожанием взглянул на помощницу кухарки.
В это время во двор зашел генерал и направился к нам.
— Дима, с булдором все в порядке? — обеспокоенно спросил он.
— Вроде да, но завтра хочу Сорокина позвать. А Шолох как?
— Раны на хвост обработали, а в остальном хорошо. Он даже оживился после боя, а то все лежал и скучал. Поразмялся и веселее стал.
Мы еще полчаса обсуждали бой, а после предложил Илью и Мишу отвезти домой.
— Мы что же, не будем обмывать первую победу булдора? — возмутился Илья.
— Тебе лишь бы выпить. А нам с Димой завтра на работу. Это ты у нас свободная птица, которая пять часов вечера считает утром, — недовольно пробурчал Миша.
Илья хотел возразить, но подумал и промолчал. Я отвез их по домам и поехал к общежитию, куда проводил девушек. Припарковавшись через дорогу от входа, я поднялся на крыльцо и зашел внутрь.
Общежитие было старое и обшарпанное, но довольно чистое: ни грязи, ни пыли, ни паутины. Даже трещины на стенах кто-то замазал краской, чтобы сильно не бросались в глаза.
— Эй, молодой, тебе чего? — раздался сзади недовольный старческий голос.
Я обернулся и увидел пожилую полную вахтершу, которая смотрела на меня поверх очков с толстыми линзами.
— Добрый вечер. Я пришел к Таисии. Можете ее позвать?
— Пришел к Таисии, — передразнила она и оглядела меня с ног до головы. — Здесь Дом свиданий, что ли? Шастают всякие по женским общежитиям, а потом наши клуши в подоле дитя приносят и требуют отдельную комнату.
Она сложила руки на груди и уставилась на меня тяжелым принизывающим взглядом.
— Если вы ее не позовете, значит, я сам найду, — спокойно сказал я, но в голосе слышались металлические нотки.
Вахтерша поняла, что от меня так просто не избавиться, и неохотно пояснила: