казался ей достаточно интересным. Тем более, что он был сыном хозяина острова, то есть человеком небедным, и имел право на подобные причуды.
Конечно, нет! Иначе, если их обнаружит мой отец, то… как минимум, он рассердится, – Дэй изобразил улыбку и повёл своих спутниц к цветущим невдалеке деревьям. Сине-лиловые бутоны ненадолго выбили из женщин посторонние мысли, заставив сконцентрироваться на процессе фотографирования.
Что это за дерево? Я такого не видела, – Сандра подёргала свисающую ветвь. – Немного на сирень похоже.
Это жакаранда. Растёт в Южной Америке. Эти деревья мы вывезли из Брази…
Какое ужасное слово! – Регина не стала слушать объяснения дальше. Ботанические подробности были ей неинтересны. – Похоже на то, что иногда говорит Лидия, – она скривилась и продолжила подбирать фильтры для нового фото.
Венсан хочет, чтобы я выучила пару фраз к свадьбе, чтобы порадовать мою будущую свекровь, – Сандра попыталась уложить ветвь себе на плечо, чтобы фото получилось более эффектным, и Дэй буквально почувствовал, как та готова надломиться. К сожалению – ветвь, а не Сандра. – Более идиотского желания я ещё не слышала.
Если ты это сделаешь – твой отец тебя убьёт. Я ведь не ошибусь, если скажу, что он не очень доволен тем, что твоя свекровь – русская?
Это ещё одна причина, почему папаши здесь нет. Если бы этого было достаточно, чтобы он не приезжал вовсе… – Сандра потопталась ещё немного под деревом, принимая изящные позы, а затем поменялась местами с подругой. Той тоже нужны были красивые фотографии. Дэй всё это время спокойно сидел на земле, с умеренным любопытством наблюдая за женщинами, и напоминал ребёнка в зоомагазине, замершего перед клеткой с хомяками. – Так, подними руки и улыбнись, будто твоя соседка, наконец-то, сдохла.
О, да! – Регина вытянулась, изгибаясь в пояснице так, что платье натянулось на груди, проявив заодно и контуры белья. – А это что? – Она подпрыгнула, цепляя с высокой ветки какой-то предмет, и еле устояла на своих туфлях, когда приземлилась. – Надо же… Сандра, смотри, какая красота! – женщина протянула подруге широкий браслет, ярко блестевший на солнце. Тонкая проволока извивалась, покрывая литую основу браслета причудливыми узорами, а с шести маленьких колечек свисали цепочки, заканчивающиеся золотыми же ажурными шариками.
Какая красота… Это кто-то из туристов забыл?
Нет, это браслет моей сестры. Она склонна разбрасывать свои вещи, где ни попадя. – Дэй поднялся и подошёл к женщинам, намереваясь забрать дорогую игрушку.
О, у тебя ещё и сестра есть?
Да, младшая, – Дэй протянул руку, но Регина сделала вид, что не замечает её, продолжая разглядывать увесистый, но изящный, и явно очень дорогой браслет.
Такие вещи надо держать в шкатулке или сейфе, а не оставлять где попало.
Вы же бросаете мусор под ноги, – Дэй усмехнулся и всё-так изъял побрякушку Феличе. Ему даже стало интересно – что будет после его явно провокационной фразы?
Сравнил, – Сандра тонко улыбнулась, но чуть прищуренные глаза оставались холодными и расчётливыми. Мусор значит, да? Ну, для тех, у кого в наличии есть подобный остров, отдых на котором стоит не так уж и дёшево, подобное высказывание не является ложью. – Слушай, а чем ты вообще здесь занимаешься? Не всё же время ты устраиваешь экскурсии!
Я работаю на маяке. – Дэй подбросил браслет и тот ярко вспыхнул в солнечных лучах, а подвески зазвенели, ударяясь друг от друга. – Ну, и иногда опускаюсь на дно.
Дайвинг? Здорово! А разве нельзя устроить что-то подобное и для приезжающих? На маяк – нельзя, интернет отсутствует…
Ну, зато у нас есть грот. Очень красивый, надо сказать, грот, – Дэй сунул браслет в карман, к упаковке из-под жвачки, и улыбнулся замершей соляным столбом Сандре. – Был.
А что с ним случилось? – с невинным видом осведомилась Регина.
Обрушился. Та-акая неприятность. Хорошо хоть, отец и Марта не пострадали.
Будь уверен – моя драгоценная сестрица никогда не пострадает. Уж она-то знает, как получше устроить свою задницу в этой жизни, – Сандра изобразила пренебрежительную, лёгкую улыбку, при этом еле скрывая злость. Этот рыжий явно что-то знал! Но если бы он был в курсе того, что из-за неё едва не погиб хозяин острова, то вряд ли бы был так любезен. Или же это какая-то хитрость? Завести в дебри и… нет, тогда бы тут была Марта. Сандра не сомневалась в том, что сестра не упустит случая «отомстить». Ха, как будто было за что – спаслась каким-то образом, и хватит с нее. Нечего было подсматривать, к тому же в компании старого мужика, на которого она явно повелась из-за денег. То ли рыжий оказался ей не по зубам, то ли решила переключиться на стариков. А что? Они более добросердечны, а сопли и вечный жалобный ной Марты наверняка пришлись по душе тупому итальяшке.
Главное, чтобы была выпивка, и тогда Марта будет счастлива, – Регина рассмеялась, поддерживая подругу. – Господи, Анна ведь даже боялась везти вино сюда. А ну как Марта решит «отдохнуть», – скривив лицо в гримасе «Ох уж эта дура», Регина изящным жестом отвела с лица волосы и осторожным кошачьим движением подцепила Дэя под локоть. – Пойдём дальше? Тут же наверняка есть что-то более интересное, чем синие цветы.
Да, есть, – Рыжик кивнул и, более не обращая внимания на цеплявшуюся за него женщину, повёл их вглубь острова, подальше от берега. Туда, где возились со сломанным квадрокоптером Этьен и Венсан. Сандра, недовольно нахмурившись, шла следом. Отсутствие внимания к своей персоне её бесило. Внимание к Марте – выводило из себя. Мысли об ошибочном выборе спутника жизни были острым соусом в этом блюде злых эмоций. Они жгли и раздражали, не давая покоя.
И что же? Растительность тут, конечно, интересная, но ведь вся Италия славится своей шикарной флорой, – Регина на миг задержалась, чтобы поправить ремешок, и Сандра тут же заняла её место. Подруга только хмыкнула, глядя на произошедшею рокировку. Сам Дэй еле удержался от глумливого замечания, с трудом прикусив язык. К глупости Феличе он привык, тем более что та была перманентна и являлась скорее проявлением наивности, а не ограниченности разума. Подобные же выкрутасы он терпеть не мог и не хотел, и обычно старался не встречаться с гостями острова. Марта оказалась приятным исключением – любознательная, в меру доверчивая, в меру же догадливая. Но не дура ведь! К тому же ей нравился Мараса, и отнюдь не из-за разбросанных золотых браслетов, богатых владельцев или перспектив. Опять же – она принимала остров как есть, не задавая лишних вопросов, хотя несоответствие расположения окон, как понял Дэй, она всё же заметила.
Наш остров предназначен для спокойного отдыха. Могу отвести вас к ручью – скалы, цветы, маленький водопад. Думаю, вам понравится, – он не стал добавлять, что метрах в двухстах от упомянутого им тихого уголка находились и жених, и любовник вцепившейся в него женщины. А Регина, шедшая теперь позади, не стала говорить ему о том, что сунутый в карман браслет готов вот-вот вывалиться на траву.
Через двадцать минут, когда вдали послышались мужские голоса, Дэй ловко вывернулся из цепкой ручки Сандры, помахал обеим дамам и скрылся за ближайшими кустами, предоставив им возможность далее двигаться самим. Если бы он обернулся, то заметил бы в глазах брошенных женщин вместо растерянности лишь раздражение.
Марта так и осталась в компании с бутылкой вина. Лино увёл всех любоваться кипарисами в дальнюю оконечность острова, Сандра и Регина-таки оккупировали Дэя, нагло оттерев Марту в сторону, а парни застряли где-то на полпути, пытаясь отыскать рухнувший в высокие травы квадрокоптер. Кто-то из них не зарядил аккумулятор, и последним что слышала Марта, были взаимные обвинения в смерти дорогой игрушки. Она не сердилась, не злилась и не переживала – почти бездумно брела вперёд, давно отстав от общей группы, иногда делая маленькие глотки из тёплого горлышка, и улыбалась, наслаждаясь сумасшедшими запахами осеннего острова. С каждым мигом она всё больше и больше влюблялась в Марасу. Марта была счастлива, разглядывая буйное, диковатое разнотравье и радовалась, то и дело опознавая знакомые ей растения. Кустики азорского можжевельника, который должен был расти в горах, цветы ладанника, чья пора цветения приходится на июль, вездесущий фенхель и жёлтые зонтики фирулы – всё это великолепие кружилось в ярком зелёном хороводе, завлекая всё дальше и дальше.
В можжевельнике справа что-то зашуршало и Марта настороженно повернулась в ту сторону. Здесь же не было ни птиц, ни животных! Значит, там был кто-то больший по размерам, и наверняка более опасный. Кто мог быть там? Проверить или нет?
Отступив на пару шагов от подозрительных зарослей, Марта закусила губу и, то и дело оглядываясь пошла прочь. Прежние страхи о семейном подряде маньяков-убийц оставили её, но здравый смысл отметать было глупо. То есть лезть и проверять «что это было» она не собиралась. Внезапно в кустах зашуршало особенно громко и из них вылетела небольшая яркая птица. Припадая на крыло, она полетела низко, едва не у самой земли, неуклюже лавируя между деревьями. Марта вздрогнула и облегчённо выругалась. Дрянная птица, так напугала её!
Покачав головой и ругая себя за трусость, фрау Риккерт направилась в прежнюю сторону. Туда, куда как раз и полетела птица. Миновав можжевельник, Марта сбежала вниз с небольшого пригорка и устроилась в тени развесистой бигарадии90, первой в череде двух десятков деревьев, растущих на склоне. Их невысокие и кряжистые стволы словно обозначали спуск к морю. Марта прислонилась спиной к тёплой коре и, отпив ещё глоток, прикрыла глаза. Что бы её ни ждало на выходных, это было не важно. Она уже решила – вцепится в ноги Лино и будет умолять его разрешить ей остаться на острове. Кухаркой, уборщицей, переворачивателем камней, кем угодно. Лишь бы остаться здесь, на Марасе. Никакого Кёльна или Дармштадта. И тем более никакой Варшавы. Только этот сумасшедший лоскутный остров и странные люди, с которыми проще и понятней, чем с собственной семьёй. Лино ведь сказал, что всё будет хорошо, значит будет. И Дэй подтвердил его слова, так стоит ли беспокоиться, что сейчас она одна? Ведь ей так спокойно, и…