— О, я в этом сомневаюсь, — я покачал головой, — тем более есть один нюанс. Род Гудовичей разочаровал императора, и по его приказу он должен исчезнуть, — после моих слов старуха явно напряглась.
Однако я видел, что магии в ее теле было немного, и почти вся сила уходила на то, чтобы поддерживать в этом теле жизнь. Уровень у нее явно был мал, подмастерье, не более.
— Тихо, бабуля, — я поднял руки, — у меня есть к вам предложение, как решить этот вопрос без смертоубийства.
— Говори, Бестужев, — старуха прищурилась, — но учти, попытаешься обмануть, и я взорву тут всех. Раз уж умирать, то и вас с собой заберу, — она схватилась за небольшой кулон, висящий на шее, и я почувствовал, как энергия в кристалле начала бурлить. Н-да, выходит, у бабки все же есть возможность контролировать кристалл.
— Ты и пацан можете дать мне клятву, — я усмехнулся, — откажитесь от своего рода и живите на здоровье. Магии вас это не лишит, но зато у вас получится избежать внимания императора. В той ситуации, в которой вы сейчас находитесь, это для вас благо.
— Значит, говоришь, отказаться от рода? — старуха улыбнулась, — что ж, это и правда выход из ситуации, — после этих слов она повернулась к пацану. — Коленька, достань свой ножик, он нужен бабушке.
Пацан безропотно выполнил приказ старухи и, достав из кармана перочинный нож, протянул его старухе. Та взяла его и тут же без каких-либо сомнений полоснула себя по ладони.
— Я, Мария Гудович, отрекаюсь от этого имени, — голос старухи неожиданно окреп, — с этой секунды для меня не существует рода Гудовичей, как и я не существую для этого рода. И пусть моя кровь станет тому порукой! — после этих слов кровь старухи вспыхнула, а значит, клятва была принята.
М-да, теперь, если она решит изменить свое решение, ее же кровь ее и уничтожит. Страшная клятва, но единственно верная в этой ситуации.
— Коленька, а теперь ты, мой милый, — старуха вернула нож парню, и тот, дрожа от страха, повторил все ее действия.
Ну вот и все, теперь никого из графского рода Гудовичей больше нет. Просьба императора выполнена, и не пришлось никого убивать, считаю, вышло неплохо.
— Мы закончили? — Васильчиков вопросительно глянул на меня, и я кивнул.
Мы развернулись и уже хотели было направиться на выход, когда меня остановил голос старухи.
— Погоди, Бестужев, у меня к тебе просьба есть.
— Какая? — я остановился.
— Прими нас к себе, — старуха усмехнулась, — нам некуда податься, но мы не станем для тебя обузой. Коленька вырастет и станет сильным магом, а я всю жизнь варила зелья и тоже не буду сидеть сложа руки. Алхимик тебе не помешает, так ведь?
— Не помешает, — я кивнул и мысленно присвистнул.
Старуха совсем не проста, институт алхимии в империи был слабо развит, а вот у скандинавов таких спецов было много. Даже интересно, откуда у нее такие знания. Впрочем, судя по всему, я скоро обо всем узнаю.
— Хорошо, бабуля, пусть будет так, — я кивнул, — но ты ведь понимаешь, что без клятвы я вас не приму?
— Понимаю, Бестужев, понимаю, — бабка часто закивала, — будет тебе клятва, и от меня, и от Коленьки.
Десять минут спустя.
— Алексей, это твое дело, но, может быть, не надо было брать их к себе? — Андрей покосился на бабку с пацаном, что сидели в салоне одного из наших винтокрылов, — Как бы это не создало тебе проблемы.
— Любую проблему можно решить, — я улыбнулся, — да и, если честно, мне просто стало их жалко. Древняя старуха и десятилетний пацан, в этом суровом мире им не выжить. Их бы прибили от греха подальше.
— И пусть, — Васильчиков поморщился, — это бы избавило всех от проблем. А так тебе придется теперь за ними следить, раз взял ответственность, и в случае чего мстить. Оно тебе надо?
— Надо, Андрей, надо, — я кивнул, — ладно, мы тут еще долго? А то, честно говоря, я устал как собака, хочу просто принять горячую ванну и лечь спать часов эдак на десять, а то и все двенадцать.
— Нет, бумаги уже все собрали, что были в доме, я оставлю нескольких человек на охране, а потом вернусь сюда уже с нормальными специалистами, нужно распотрошить дом, наверняка тут много интересного еще найдется. Насчет всех активов Гудовича не переживай, всё будет поделено по совести.
— Не сомневаюсь, — я улыбнулся, — ну что, полетели?
— Полетели, — Андрей кивнул, и мы направились к винтокрылам.
Великий Новгород. Несколько часов спустя.
Выйдя из душа, я рухнул на кровать и, прикрыв глаза, мысленно улыбнулся. Н-да, хорошо, что всё хорошо закончилось. Завтра мы наконец-то отправимся на север, и я наконец-то вернусь в свой Хладоград. Интересно, закончили ли там стройку или еще нет?
Москва. Императорский дворец.
— Ну вот видишь, дядя, — император улыбнулся, — я говорил, что всё хорошо закончится, а ты мне не верил.
— Прошу прощения, государь, вы в очередной раз оказались правы, — Николай Николаевич склонил голову в коротком поклоне, — но я всё равно считаю, что надо было уничтожить того француза. Зря мы его пустили через границу.
— Ну, с другой стороны, если он убежал без девушки, то выходит, что Риволи потерял контроль над сестрой Бестужева, — задумчиво произнес Василий, — это всё играет нам на руку, как ни крути. Наш французский гранд-магистр точно не отступится, Бестужев их чем-то напугал, вот они и засуетились, — император усмехнулся, — в общем так, дядя, следи дальше за Бестужевым и за теми, кто лезут к нему. Еще и Библиотекари активизировались, демоны бы их побрали. Такое ощущение, что весь мир резко сошел с ума, дядя, по-другому и не скажешь.
— Мы обязательно справимся со всеми проблемами, государь, — Николай Николаевич усмехнулся, — бывало и сложнее.
— Согласен, дядя, согласен, — Василий покачал головой, — ладно, тогда работай дальше. Я пока тоже займусь своими делами.
— Как прикажете, государь, — Николай Николаевич поклонился и покинул кабинет, а император взял в руки отчет министра по сельскому хозяйству. Главное, чтобы в империи была пища, с остальным же они обязательно справятся…
Великий Новгород. Дворец Васильчиковых. Утро.
— Ну что, Алексей, если честно, мне даже немного жаль, что ты так быстро покидаешь наш город, — Андрей улыбнулся, — но всё прекрасно понимаю, у самого дел выше крыши. Сегодня к вечеру мои люди закончат с оценкой имущества Гудовича, и ровно половину я перечислю на твой счет, — Васильчиков хмыкнул, — уверен, сумма тебе понравится.
— Не сомневаюсь, — я кивнул, — но мне уже пора. Был рад познакомиться, Андрей, теперь, по крайней мере, понятно, в кого пошел Арсений, — подмигнув своему другу, я сел в автомобиль, и наша колонна тронулась с места.
Сестру мы везли в отдельном грузовике, рядом с ней ехала Марина, лекарь пообещала мне, что всё будет хорошо, и я верил ей. А еще мы везли с собой тех самых бойцов, что согласились служить мне, ну и старуху с пацаном, не бросать же их тут. На севере я найду им место.
Париж. Дворец Риволи.
— Антуан, — герцог кивком поприветствовал верного слугу и улыбнулся, — рад, что ты так быстро добрался до дома.
— Благодарю за заботу, господин, — мужчина поклонился, — такое ощущение, что русские специально меня выпустили.
— Это вряд ли, — герцог отрицательно покачал головой, — скорее, всё дело в длине их границы. Когда у тебя столько тысяч километров, сложно перекрыть все дорожки.
— Вам виднее, господин, — Антуан склонился в глубоком поклоне, — вы уже решили, что будете делать с Бестужевым? Напомню, он лишил нас удобной марионетки.
— Не стоит об этом сейчас, — Риволи поморщился, — через несколько часов у меня будет важный гость, и мы решим с ним этот вопрос. А ты пока приведи себя в порядок, возможно, в скором времени тебе предстоит новая работа.
Антуан молча поклонился и покинул кабинет, герцог же вернулся за стол и взял в руки последнее письмо. Связи по всему миру помогали решать множество вопросов, и вот теперь герцог в очередной раз прибег к этим самым связям, чтобы кое с кем связаться. Печать в форме книги была знакома немногим людям, лишь самые могущественные семьи знали, кто подписывает письма таким образом. Перечитав последние строки, герцог довольно улыбнулся. Что ж, осталось подождать еще несколько часов, и он сможет лично познакомиться со знаменитым Архивариусом.
Два часа спустя. Дворец Риволи.
— Я рад приветствовать вас в своем дворце, уважаемый Архивариус, — герцог коротко склонил голову перед стариком в простых одеждах, — прошу простить, что это все так скромно, можно сказать, по-домашнему, однако я хотел, чтобы вы поняли, что для друзей я просто Александр, а не герцог Риволи.
— Вы считаете меня другом? — Архивариус мягко улыбнулся, — забавно, мало кто решается так говорить. И что же вас заставило так думать?
— Вот что, — герцог протянул старику планшет с открытым видеоплеером, — посмотрите для начала это видео, я уверен, вы поймете, в чем дело.
Архивариус взял планшет и, нажав на экран, с интересом начал наблюдать за картинкой боя. По мере просмотра брови старика поднимались не раз, а когда видео закончилось, он еще некоторое время смотрел в экран, переваривая увиденное.
— Значит, он не просто носитель первостихии, но еще и умеет ее использовать, — задумчиво произнес Архивариус, — и правда, очень хорошее видео, Александр. Но зачем ты показал его мне?
— Этот юноша может стать проблемой для всей Европы, — спокойно произнес герцог, — уже в таком раннем возрасте он стал архимагистром, что же будет лет через десять-пятнадцать? Вы же прекрасно знаете, как работает сила грандмагистров, мы можем быть на одном ранге, и при этом быть на разных уровнях силы.
— Есть такое, — Архивариус медленно кивнул, — и ты думаешь, он станет настолько сильным, чтобы угрожать всей Европе? Хотя, учитывая наличие у него искры первостихии, возможно, ты прав, — старик тяжело вздохнул, — и что ты хочешь от меня? Один из моих Библиотекарей уже пал от руки этого одаренного юноши, неужели ты думаешь, что я отправлю к нему еще?