— Ты как всегда права. В общем, полагаю, что, пока не решу вопрос со вступлением в права главы рода Харвисов, в лавке меня можно не ждать.
— Мы справимся, не переживай. Твоя помощница уже окончательно освоилась! Зелья по склянкам разливает, клиентов обслуживает, даже паучками командует. Совсем осмелела! — Даже не знаю, чего в голосе Марель было больше — негодования или восхищения.
— Вот и хорошо, — бледно улыбнулась я.
Если честно, я была очень рада видеть и слышать мою домашнюю нечисть, но с каждой минутой голова болела все больше и больше. Казалось, что такая же трещина, как на стене сейчас, проходит вдоль моей несчастной черепушечки. И ноет-ноет-ноет.
От одной только мысли о том, скольким придется заниматься, мне хотелось тихонечко завыть и заползти под кровать. Да-да, главе некогда великого магического рода!
И даже не стыдно.
Я сильная, я смелая, я независимая.
Если захочу — залезу.
Пока я предавалась этим упадническим мыслям, Сарочка попрощалась с Марель и завершила сеанс связи. Глядя на то, как вокруг Книжули вьется Фолиант, я осведомилась:
— Ты уже рассказала все Коту?
Сара помрачнела. Фоля невинно возвел глаза к потолку.
— Планировала лично.
— Встреча откладывается как бы…
Магическая книжка сначала смутилась, но после нервно взвилась.
— Аделька, сначала в своих мужиках разберись, а потом моих комментируй.
— Все бы ничего, но «моих» тоже вы мне подгоняете.
— И мне! Но себя жальче! Он же домовой, Аделюшка. У нас были платонические отношения. А я еще молода! Кожа моей обложки еще не пошла морщинистыми трещинами! Я еще могу любить и быть любима!
— Ладно, не злись, — примирительно сказала я. — Просто Котика жалко.
Стук в дверь поставил точку в нашем непростом разговоре.
Получив позволение войти в комнату, осторожно заглянула Бетси. Вернее, от служанки там были только ноги, а голову и туловище заслонял здоровенный такой букет цветов!
— Обалдеть, — присвистнула Сарочка. — Вот это роскошество.
— Леди Харвис, вам подарок, — пропыхтела из-за букета служанка. — Могу поставить в вашей спальне?
— Да, будь любезна, — кивнула я и пару минут с интересом наблюдала за подрезанием цветов и расположением их в большой вазе.
Как только с бытовыми мелочами было покончено, подарок занял свое место на тумбочке возле моей кровати.
Цветы были совершенством. Во всем. От нежных лепестков до стрельчатых листьев. Букет был выдержан в розово-золотых тонах, что на языке цветов гласило, что отправитель испытывает ко мне нежные чувства. А маленькие белые цветочки, которые разбавляли композицию и не позволяли ей превратиться в безвкусицу, намекали на серьезные намерения.
— Дядя и кузен еще в доме? — поинтересовалась я, но отвести взгляда от нежных бутонов пока еще не могла.
Неужели это от Рея? Или быть может, Лаор отправил в благодарность? Кстати, про инкуба…
— И мой спутник. Лорд Ин-Куэб.
— Ваши родственники спешно собрались еще вчера, до того как незнакомец принес вас из ритуального зала.
— Незнакомец? — озадаченно нахмурилась я. — Не Лаор и не магистр Рейвенс?
— Не смею знать, леди. — Она неловко помялась на месте и, поняв, что вопросов не будет, робко уточнила: — Я могу идти?
— Да, свободна.
Пятясь и кланяясь каждые пять шагов, Бетси вышла из комнаты.
— Незнакомец, — повторила я и повернулась к Сарочке. — А кто это был тогда? Мне казалось, что в конце ритуала мне помог Рей!
— Аделюшка, тут не знаем, — вздохнула Книжуля. — После того, как сила стала тебя закручивать, мы с Фолиантом… как бы это…
— Потеряли сознание.
— А вы умеете⁈
— Как выяснилось, да. Очень сильные магические вибрации влияют и на нас. А ты подчиняла всю силу рода Харвисов, которую алтарь накопил за столетия. Притом освободила ее не просто так, постучав по камешку, а жертвоприношением.
— Лаор-то куда делся?
— Этого мы тоже не знаем, — скривил нарисованный рот темномагический гримуар. — Последнее, что видели, это как он на алтаре, а ты стоишь рядом с ножом вся такая демоническая. Глаза светятся, магия вокруг носится.
— Фоля, не наседай на Адель. Ей надо покушать и отдохнуть как следует! Так, милая, во-о-от на подоконнике стоит подносик с легким обедом. Сначала надо позаботиться о себе, а потом уже совершать всякие подвиги и вести расследования на тему того, кто же притащил тебя домой и не оставил валяться на холодном полу.
Еще немножечко побухтев и проследив, что я ничего не оставила на тарелках, Сара вылетела из комнаты, утащив за собой своего дружка.
Я задумчиво понюхала бутоны.
Что же, это, с одной стороны, упрощает задачу, а с другой — усложняет.
Будем надеяться, что инкубский управляющий не испарится из моей жизни вместе с инкубом. В свете новых обязательств мне потребуется его помощь, чтобы принять дела в поместье.
После того, как осталась наконец одна в комнате, я вдруг поняла, как сильно устала. Эти дни выдались слишком насыщенными и вымотали настолько, что сил не было ни на что. Даже после того, как проспала больше десяти часов, усталость меня не покинула.
Несколько скрасил ситуацию букет. Я то и дело трогала нежные лепестки и тянулась понюхать. Пахли они воистину потрясающе. Нежно, сладко и даже немного свежо.
Но вечно зависать рядом с цветочками не станешь, потому я кое-как поднялась с постели и направилась в комнатку с удобствами. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что надо бы выбрать себе другие покои, побольше и сразу с кабинетом.
И без трещины на стене, да.
С трудом я заставила себя помыться — мое платье уже представляло из себя жалкое зрелище. Впрочем, вся я выглядела несколько уставшей и потрепанной, потому, встретившись со своим отражением в ванной, чуть не отшатнулась. Всклокоченная, бледная, с тусклой кожей — вот какой я была. В этот же момент у меня появилось второе дыхание. Я вытащила и использовала все свои уходовые средства! Маски, сахарные пасты, отшелушивающие огрубевшую кожу, увлажняющие лицо и тело крема и эмульсии.
Выходила я все такая же уставшая, но теперь красивая и сияющая.
Мне казалось, только устрою голову на подушку, как вновь провалюсь в сон. Но я провалялась больше часа, только заснуть не получилось. В голове сновали тысячи мыслей, назойливо прокручивались из раза в раз, и от них не получалось избавиться.
Устав еще и от самой себя, я оделась и решила выйти подышать воздухом. Тем более что у меня под боком самый настоящий парк.
Незаметно для себя я вышла из калитки и пошла по небольшому поселению. Здесь были ровные ухоженные улочки, дома располагались веером, а в центре находилась небольшая ратуша, жандармерия, несколько продуктовых и бытовых лавок. Кроме меня, в осеннем холоде никто не рисковал гулять. Те немногие прохожие закутывались в плащи по самый нос и бежали — явно по делам.
Едва бесцельно повернула налево при следующем повороте, как оказалась рядом с небольшим сквером. Посередине озелененной территории находился искусственный пруд, в котором чинно плавали утки, вокруг располагались пустующие скамейки. На одну такую села я, выбрав ту, что поближе к воде.
Несколько минут я рассматривала милых созданий, потом разглядывала затянутое плотной пеленой туч небо.
А затем надо мной возникла большая тень, после и вовсе рядом со мной присел мужчина.
Повернула голову к неожиданному соседу и сообщила:
— Вообще-то, тут занято.
— Да? — с некоторой ленцой вопросил мужчина. — Мне показалось, на этой большой скамейке сидите только вы. Кого-то ждете?
Если честно, опешила от подобной наглости, поэтому не сразу ответила.
— Никого, но я бы хотела посидеть одна, — честно сказала я. — И в тишине.
— А мне бы хотелось составить такой красивой девушке компанию, — парировал он. — И скрасить ее вечер интересной бедой.
Я хотела отказаться, а то и вовсе пересесть, но мужчина вдруг сделал предложение, от которого невозможно было отказаться. Только ведь мысли были — как избавиться от его навязанной компании!
— Хотите покормить со мной уток? — спросил он.
И вот как отказаться? К тому же уточки чинно плавали в пруду, за большими утками-мамами важно поспевали малыши — совсем маленькие утята…
Несколько секунд я смотрела в глаза мужчины, а после с легкой улыбкой призналась:
— Такого мне еще никто не предлагал.
— Приятно быть особенным, — как-то слишком серьезно ответил новый знакомый. — Ну так что?
Он встал, все с той же ленивой грацией потянулся, а после подал мне руку.
— А я согласна! — Решительно вложила пальцы в большую ладонь.
— Надеюсь, что еще не раз это услышу.
Я лишь вскинула брови, выражая свое отношение к этой фразе, но развивать тему мужчина не стал.
И вот спустя несколько минут я уже стояла у самой кромки воды со странным незнакомцем и с небольшим кульком зерна в руках. Только почему-то в моей голове было все, кроме мысли, что этот незнакомец может быть опасен. То ли у меня инстинкт самосохранения не срабатывал, то ли еще что, но мне было в целом даже уютно находиться рядом с ним. Я не волновалась, не сгорала от ревности и сожаления, как бывало с Реем, не пыталась строить сильную и независимую, как со своими родственниками. Как бы ни было удивительно, но самой собой я была сейчас — сосредоточенно кормя жителей искусственного водоема вместе с мужчиной, которого видела первый раз в жизни.
— Вы знаете, что больше тысячи уток в год погибают по всему королевству оттого, что сердобольные горожане кормят этих милых птиц хлебом? — поведал он. — Не помогают даже специальные запрещающие знаки.
— Если честно, не интересовалась такой печальной статистикой, — была вынуждена признать я. — Жалко их.
Несколько минут мы рассыпали пророщенные зерна, которые бодро уминали птицы, в тишине. Пользуясь случаем, я начала рассматривать незнакомца и отметила некоторые странности. Вроде он был совершенно обычным мужчиной примерно лет тридцати, может чуть старше. Невзрачный — симпатичный, светловолосый, но совершенно без особенностей. Только как я отворачивалась, то уже не могла вспомнить ни его лица, ни цвета волос. Казалось, если встретимся вновь, я просто его не узнаю и пройду мимо.