Короче много было мыслей, много – и ни единой про «Мерцающий Замок».
– Варвара, вам и в самом деле не стоит так волноваться, – слабым голосом произнесла Этель. Проклятье! За последние пару минут она стала ещё бледнее, а учитывая, что вампиры и без того не отличались излишней смуглостью кожи и склонностью к румянцу, было похоже, что лежащая на кровати женщина не будущей матерью собирается стать, а будущей покойницей. Тьфу-тьфу! – Георг вернётся и поможет мне.
И сквозь сцепленные зубы:
– Почему так долго?!
Честно, очень хотелось соврать что-нибудь правдоподобно-утешительноe, но какого чёрта! Я открыла рот, собираясь во всем признаться и сообщить бедной женщине, что нет у нас теперь ни помощника, который хоть что-то понимает в околородовой деятельности, ни донора, ни автомобиля, ни телефона, по которому можно связаться с где-то загулявшим муженьком, но тут меня прервал деликатный стук в двери.
– Вареник, – Шимон был заспанным и немного помятым, но в целом выглядел лучше, чем я себя чувствовала. – Наш второй гость оставил на стойке администратора вампирский паспорт и копию Договора о донорстве. Не хочу тебя расстраивать, но он, кажется, не вернётся.
– А мобильник не оставил случайно?
Ну, а вдруг! Тогда вопрос поисков мужа сам собой отпадёт.
– Не-а.
– А-а-а-а-а!!
Крик роженицы был воистину ужасен, я не преувеличиваю. Шима же испуганно округлил глаза и на выдохе спросил:
– Что делать будем?
И тут же, ещё до того, как я успела хоть слово сказать:
– Я читал, что нужна горячая вода и чистые простыни. И ножницы, чтоб пуповину перерезать.
Очень сильно хотелось материться. Правда. Читал он…
– Зузку разбуди. И ноут сюда какой-нибудь принеси.
– Зачем ноут?
– На YouTube музыку включу погромче, авось вампирёныш на громкий звук сам вылезет.
Выдворив Шиму из комнаты, я вернулась к Этэль. Она перестала кричать – подозреваю, что временно – и тяжело дышала, постоянно облизывая обескровленные губы.
– Попить?
– Мне, кажется, нельзя, – хмурясь, ответила будущая мать. – Варя, давай на ты. Можно? – я кивнула. – Георг ведь не вернётся, да?
Закусив губу, я отрицательно покачала головой.
– Ой, мамочки…
– Может, ты мне дашь номер телефона, и я попытаюсь дозвониться до твоего мужа?
– Правда? – у Этэль радостно загорелись глаза. – У вас есть «Фантазия S12»? Такое облегчение… Конечно же, дам!
«Фантазия S12» – так назывался мобильный телефон, последняя разработка магических технарей. И если обычная трубка могла глючить и отказываться соединять тебя с абонентом, который находится вне зоны доступа сети, то эта ограничений не знала. Стоил этот телефончик примерно как половина нашего отеля, и никто не считал эту цену завышенной.
Никто, кроме Макса.
И у меня просто язык не повернулся сообщить об этом Этэль.
Сухо улыбаясь, я записала на бумажку бесполезный набор цифр. Почему бесполезный? Да потому что лишь «Фантазия S12» без проблем связывала с абонентом, находящимся в другом Отражении. Кстати, об этом.
– А где твой муж-то пропадает? – ненавязчиво поинтересовалась я, проводя по сухим губам своей подопечной чайной ложечкой, смоченной в стакане с лимонной водой. – Только не надо о том, что с друзьями на пиво пошёл…
– Нет, конечно, – она тяжело задышала, обхватив свой огромный живот левой рукой. – У него… А! А! Дипмиссия. А! В Гарра-а-а-а-а-а-а-аде! Ой, мамочки! Что ж так больно?!
Никогда. Ни за что. Ни за какие коврижки ни одна мужская морда не уговорит меня на этот ужас.
– Ромка, сволочь! Я ему яйца оторву, как только он появится и забетонирую там всё к хреням! – надрывалась Этэль, уже почти рыдая. – Все мужики сволочи!
– Мм, – глубокомысленно заметила я и покосилась на настенные часы. В Гарраде, значит? Окно будет открыто ещё почти сорок минут. Должна успеть.
– Ромка – это муж?
Пользуясь образовавшейся паузой, я написала коротенькое СМС Матеушу с просьбой подготовить арку, и продублировала его Шиме, на случай, если техник спит и ничего не слышит.
– Муж, – всхлипнула Этэль. – Какой он муж, если я рожаю, а его нет? Он к оборотням уехал, по заданию братца.
Значит, братца. Ага. К кому там в высших кругах принято обращаться «ваша светлость»? К герцогам? К принцам? Или им нужно говорить «милорд» и «миледи»? Чёрт! Вообще в этом не разбираюсь!
Одно знаю. Гаррада – столица оборотней, где сейчас проходит заседание СО. Думаю, его светлость Роман-почти-забетонированные-яйца сейчас именно там и находится, во дворце князя Ладислава Ареспека, в простонародье именуемого просто Вожаком. А уж к нему-то арку Матеуш построит без труда, уж кто-кто, а оборотни у нас такие частые гости, что у меня от них уже оскомина и аллергия.
– Этэль, – я помялась у двери, с сомнением поглядывая на маленькую женщину. – Ты позволишь?.. Ты не обидишься?.. То есть, я хотела…
– Иди, конечно! – с поистине королевским величием позволила она. – Я понимаю, что ты «Фантазию» в кармане носить не станешь.
– Мгм, типа того.
– А когда дозвонишься до Ромки, то передай, пожалуйста, что я его… а-а-а-а-а!!
Именно так и передам. И ещё от себя добавлю. И потребую оплатить моральный ущерб – эта ночь мне точно будет стоить многих седых волос.
Я выскочила из комнаты и, захлопнув за собой дверь, в панике уставилась на скопившуюся под дверями толпу. По ходу, Шима решил не ограничиваться одной Зузкой и Матеушем, а на всякий случай поднял на ноги весь персонал из тех, кто предпочитает жить в отеле постоянно.
– О! – подвисла я, испуганно осматривая собравшийся по случаю вампирских родов народ. Ой, Макс узнает и вставит мне за такой крайний непрофессионализм… С другой стороны, у меня в рабочем договоре написано, что я должна иметь звание почётной повитухи? Не написано. Вот пусть и гуляет полем.
– Варечка, жена моего старшего сына хирургом в областной больнице работает, – прервала затянувшееся молчание наш шеф-повар Зузка. – Я ей уже позвонила, она на смене и уже вызвонила местного гинеколога-акушера. Так что, детка, ты иди и решай вопрос с папашей и прочее, а тебе, не рожавшей, в комнате будущей мамочки делать нечего.
В другой ситуации я, наверное, возмутилась бы по поводу столь явной дискриминации, но сейчас, когда воспоминания о том, как громко и как страшно орала Этэль (такое впечатление, что вампирская светлость из материнского чрева себе путь наружу зубами прогрызала), возвращаться к ней в спальню мне малодушно не хотелось.
– А вы точно без меня справитесь? Мне ведь потом перед Максом ответ держать. Моя же смена… – как я уже говорила, Макс волновал меня в самую последнюю очередь, но… Но совесть, собака, мучила не по-детски. Прямо-таки изгрызла изнутри, как тот вампирёныш, честное слово. – А Матеуш? Он?..
– Он спустился в зал Отражений уже, Варьк, – отозвался Шима. – Паспортные данные нашей девочки я ему передал.
– За…
Я осеклась, когда Зузка и ещё три женщины из хаус-кипинга входили в комнату Этэль, и Шима воспользовался паузой, чтобы щёлкнуть меня по носу:
– Затем, что если возникнут проблемы, одной её фамилией ты перекроешь все вражеские аргументы. А вообще, тик-так, часики. Давай, бегом. А то окно закроется и, в лучшем случае, зависнешь у оборотней на сутки. Без визы.
– Поплюй, дурак! – меня передернуло от ужаса. – И, наверное, попытайся дозвониться до Макса.
Он, конечно, просил не тревожить без надобности… но пусть сам приедет и посмотрит на эту очень маленькую и невероятно серьёзную причину нашего беспокойства.
Шима хлопнул себя по лбу, удивляясь, как ему самому эта мысль в голову не пришла, а я, наконец, вылетела на лестницу, ведущую в зал Отражений, где меня ждал Матеуш и первый в моей жизни визит в Отражение оборотней.
Да, я заранее знала, что без визы меня вряд ли выпустят из арочного круга, но мне-то и нужно было всего лишь передать сообщение одному из участников Саммита Отражений. В оставшиеся тридцать минут я точно должна уложиться.
Пока я спускалась, да пока выслушивала инструкции Матеуша, попутно изучая документы Этэль, срок моего возможного пребывания в Гарраде сократился вдвое. В итоге, когда я вывалилась в зале Отражений дворца Гаррады, мне оставалось только молиться, чтобы по случаю саммита там был хоть один дежурный – времени на ожидание того, кто придёт по сигналу из-за визита нелегала – я же без визы! – у меня не было.
– Какие дойки! – восторженно поприветствовал меня на международном английском местный приёмщик.
– Пасть закрой! – посоветовала я, не понаслышке зная о хамстве и беспардонности оборотней в отношении представителей других рас. Ну, правильно, СВОИМ-то женщинам у них кишка тонка сказать что-то подобное. Нет, в обычной ситуации я бы, скорее всего, вежливо указала на то, какую должность занимаю и в каком отеле, но я была на взводе и на нервах, поэтому за словом в карман не полезла. – Мои дойки не про твою душу. Его вампирскую светлость мне сюда вызови-ка.
Фраза прозвучала несколько двусмысленно, и этот рыжеватый веснушчатый хам похабненько оскалился, явно собираясь пройтись какой-нибудь пошлостью в мой адрес, чего я не собиралась ему позволять, а потому торопливо уточнила:
– Герцогиня Саффская рожает в «Мерцающем Замке». Прямо сейчас. А окно закроется через… – Я демонстративно постучала пальчиком по своим наручным часам. – Через десять минут и двадцать семь… двадцать шесть… двадцать пять…
Я думала, он побежит, но нет. Он со встревоженной мордой лица распахнул большую синюю папку, дрожащим пальчиком нашёл в списке нужную фамилию и этим же пальчиком нарисовал в воздухе вспыхнувшую ярко-салатовым светом закорючку. Такую красивую, что я не удержалась и зачем-то повторила жест оборотня, которым он начертил иероглиф вызова (с подобной штукой мне приходилось сталкиваться в Дранхарре) герцога Саффа.
Не знаю, было это совпадением или нет, но дворец Гаррады тряхнуло после этого так, что я чуть язык себе не прикусила, а в следующую секунду в шаге от меня нарисовался высокий – действительно, высокий, точно на две головы выше меня ростом, – пшеничноволосый, невозможно красивый вампир. Я заглянула в его иссиня-зелёные глаза и захлебнулась воздухом. Хорош… ой, хорош… Я даже успела представить себе младенца, который смотрит на меня вот этими вот невозможными глазищами, как улыбается клыкастым ртом, демонстрируя очаровательные ямочки на щёчках… а потом, наконец-то, вспомнила о мечте