А если и смогу, то где гарантия, что нелегкая меня вновь не занесёт в постель Кострика? Нет уж, увольте!
С решимостью камикадзе я рванула в ванную, умылась холодной водой, нарисовала на бледной от недосыпа и усталости физиономии какое-то подобие лица и, облачившись в красно-белую кожаную сбрую, потащилась штурмом брать работу. Благо её накопилось немало – понедельник-то я стараниями Кострика почти полностью прогуляла.
Мой кабинет выглядел так, словно стал ареной для атомной мини-войны: пространство Замок нарастил, тут не поспоришь, общая площадь комнаты увеличилась раза в два, если не больше. А между тем на пороге я застыла не от ужаса – неделя? да дизайнеры и за месяц тут не управятся! – а от восторга.
Просто солнце как раз выкатилось из-за горы, и я буквально тонула в солнечном свете, ослепительном, невероятном, таком ярком, таком прекрасном…
Почему раньше окна моего кабинета выходили на другую сторону? Почему они не были от потолка до пола? Разве я отказалась бы от балкона, чтобы можно было выпить на нём чашечку утреннего кофе, любуясь рассветом?
Проклятье! Я в самом деле злюсь на Замок из-за того, что он для Кострика лучше расстарался? С другой стороны, я-то сама его ни о чём не просила, меня же раньше всё и без французских окон устраивало…
– Варь? – за моей спиной нарисовалась Аля, одна из наших ночных администраторов. – А ты что так рано? Случилось что-то?
– Поплюй! – я постучала по косяку и, захлопнув дверь, повернулась к девушке. – Просто не спится. Вот, решила поработать.
– Ненормальная, – пробормотала та и указательным пальцем постучала себя по виску. – Чтобы я добровольно начала свой рабочий день на несколько часов раньше…
– Раньше сядешь, раньше выйдешь, – подмигнула я. – Мои вещи и ПК вниз перенесли? В Зал Отражений?
– Ага.
– Если что, я с ноутбуком в тренажёрке… но ты меня не видела.
– No pasaran! – взметнула к плечу сжатую в кулак руку Аля, и я с благодарностью кивнула. Хорошие в Замке всё-таки работники, всё с полуслова понимают.
Самое смешное, что в работу я втянулась сразу и без труда. Куда только моя усталость испарилась? И в оформлении накладных я не сделала ни одной ошибки, и с бронью на следующий месяц разобралась на удивление быстро, и на все вопросы потенциальных клиентов отвечала без обычных нервов. И только ближе к девяти утра, когда глаз случайно упал на нижний правый угол монитора компьютера, внезапно вспомнила о негласном правиле всех работников отеля: «Если по неясным причинам смена проходит тихо и без обострений, то жди неприятностей».
И вот стоило мне об этом подумать, как со стороны лифтовой шахты послышалось тихое жужжание, и моё уединение было нарушено Шимой. И я тут же выбросила из головы все предрассудки и вспомнила обо всех своих планах. И не просто вспомнила, а поняла, что немедленно должна посвятить в них приятеля. Но друг на мою широкую улыбку не ответил. Точнее, ответил, но совсем не так, как я рассчитывала.
– Вареник, у нас беда, – с самым серьёзным видом произнёс он.
– Вообще-то, это Нинкина фраза, – напомнила я, чувствуя, как улыбка сползает с лица. Эх, не врут всё-таки приметы! А так хотелось верить…
– Сегодня я за Нинон, – Шима подошёл вплотную к моему столу и, опёршись о столешницу двумя руками, выдохнул:
– Айк-ли Шшан заявил о краже.
– Кто заявил? – икнула я, не вполне понимая, о чём речь. Какая кража, когда и работники отеля, и гости подписывают маг-договор, не позволяющий причинить физический, психологический или материальный вред никому из тех, кто находится под крышей Замка.
– Главный от атанов. Они на Землю кристалл привезли какой-то редкий…
– Зачем?
Шима окинул меня мрачным взором и, перекроив лицо в язвительную гримасу, протянул:
– Тебя и в самом деле сейчас волнует именно этот вопрос? – я вздохнула и покачала головой, но он всё равно решительно махнул рукой и выпалил:
– Не знаю я, зачем. Но истерика там знатная… Ты себе не представляешь! Шеф велел тебя найти, а я вспомнил, где ты от Макса…
– Кто велел? – сощурившись, переспросила я. Предатель! А я его другом считала…
– Новый шеф, – Шимон пожал плечами и уточнил, чтобы у меня точно уже никаких сомнений не осталось:
– Дракон этот недоделанный, – ладно, не предатель, погорячилась, каюсь. – С семи утра всем мозг выносит… Не так сел, не так встал, не так посмотрел, да где Варвара Кок, выньте мне её и на блюдечке с голубой каёмочкой немедленно подайте… Надоел, хуже горькой редьки, а тут ещё и кража эта дурная… Ну, какая кража, Варьк? Это же невозможно! Сами положили куда-то и забыли! Договор же… Да что я тебе рассказываю? Ты и сама всё прекрасно понимаешь. Я не понял, у тебя с ним что-то было, что ли?
Я моргнула и даже уточнить не успела, с кем именно и что у меня было, а Шима, не меняя тональности, продолжил:
– Сделай что-нибудь, а? Я реально загибаюсь.
– Ладно, пойдём, – сдалась я, по-детски радуясь тому, что не пришлось отвечать на предпоследний вопрос. Прислушалась к своему внутреннему голосу и с удивлением осознала, что он, голос, попросту дрыхнет, и проблема встречи с Костриком (после случившегося внезапного перемещения) его совершенно не волнует. Ну, правильно! Мы же по рабочему вопросу встречаемся, не по личному!
Я мысленно потёрла руки и впереди Шимона поскакала на встречу с неведомым Айком-ли. На ловца и зверь бежит! И только попробуйте заикнуться, что это совпадение! Лично я в случившемся вижу перст судьбы.
И главное, так увлеклась собственными мыслями, что забыла обо всём, даже о клаустрофобии… Впрочем, надо отдать Шиме должное, рядом с ним приступов не случалось никогда. Механизм лифта тихонечко звякнул, предупреждая об открытии, и я уверенной походкой шагнула в залитый жёлто-электрическим светом холл. Бросила взгляд в огромное зеркало, украшенное позолоченной рамой, и победно улыбнулась. Нет, определённо у Макса есть вкус. Да, для меня этот нарочито вызывающий стиль с уклоном в эротику немного слишком, но мне ведь идёт. Ну, а внутренний дискомфорт… что ж, ещё немного потерпеть, пока вампирята зубы себе отрастят, и форму смело можно будет отправить пылиться в шкаф.
Сейчас же…
Я отвернулась от зеркала и шагнула за угол. Улыбка всё ещё играла на моих губах, а настроение было самым что ни на есть решительным… И тут же налетела на нерушимую скалу, едва не расквасив нос о чью-то грудь, обтянутую тонким кашемировым свитером угольного цвета. Судорожно вздохнула, втягивая в себя знакомый запах, и едва не навернулась с каблуков, внезапно потеряв ориентацию и вместе с ней часть мозгов.
Сумка с ноутом соскользнула с моего плеча и с глухим стуком упала на толстый ковёр.
– Ты где была? – зашипел Кострик, схватив меня за оба локтя и дёргая на себя, резко и зло.
– Больно, дурак! – поморщилась я. Точно на руках синяки останутся! – Пусти.
Дракон ослабил захват, но просьбу мою с драконьей невозмутимостью проигнорировал, наоборот, ещё ближе подтянул, отчего мне пришлось даже встать на цыпочки, чтобы не болтаться в его руках безвольной куклой.
– Варежка? Ты в порядке?
Никогда еще Шима не ощущался настолько не к месту и настолько неправильно. Что за дурацкий вопрос? Неужели ответ не очевиден?
Кострин взглядом нашинковал Шимона в мелкий капустный лист и недовольно скривился, когда приятель и не подумал сдавать позиций. Ну, правильно, за годы работы с Максом нас сколько раз испепеляли взором, что устанешь считать. Так что пусть своими гляделками кого другого стращает, а бравые сотрудники «Мерцающего Замка» и не такое в своей жизни видали… Ой!
Мои ноги оторвались от земли, и я всё-таки повисла в воздухе.
– Вон, – отрывисто бросил дракон, и приятель, к моей досаде, потоптавшись с мгновение на месте, исчез из поля зрения.
Может, за помощью побежал?
Мои лопатки коснулись стены, а взор упёрся в перекошенное лицо Кострика.
Хорошо бы, чтоб за помощью, потому что меня, кажется, сейчас будут душить. Блин… Уволюсь к чёртовой матери, если выживу.
В иссиня-зелёных глазах дракона бушевал тайфун, завораживающий и несомненно прекрасный, а я знала, что поддаваться нельзя, что нужно держаться изо всех сил за ускользающую реальность, потому что стоит только опустить руки, как утонешь, захваченная губительным водоворотом, захлебнешься… Однако нет спасения от этого взгляда. И голова кружится, и темнеет в глазах, и просто до слёз, до искусанных губ хочется вдруг поглупеть и позволить себе всё. Но…
– Барин гневаться изволит? – обронила я, разрывая зрительный контакт, а Кострин вдруг стремительно и без предупреждения подался вперёд, заставив меня бессмысленно дёрнуться в поисках укрытия, и уткнулся носом мне в шею, шумно втягивая воздух.
– Ты что творишь? – перепуганным мышонком пропищала я.
Тихо рассмеявшись, он разжал руки и растерянно взлохматил волосы, странно меня рассматривая.
– Что? – Уж лучше бы он, как и раньше, мечтал меня придушить, потому что рассеянно улыбающийся, он заставлял меня нервничать гораздо больше.
– Ничего. У нас проблемы, а я не справляюсь без тебя, вот и сорвался. – Моя челюсть с громким стуком рухнула на пол. А может, это корона с Кострика свалилась? – Ты где была?
– Работала. – Я кивнула на сумку с ноутом.
– Пряталась. – Сделал собственные выводы дракон – и, судя по тому, как довольно заблестели его глаза, эти выводы ему нравились, – а затем пробормотал насмешливо и укоризненно:
– В то время, как наших постояльцев грабят, она и в ус не дует!
– Я управляющая, а не сторож! – вспыхнула я. – И о краже мне Шима уже рассказал, так что не нужно ёрничать. Я даже примерный план действий выработала.
– И когда только успела? – ехидно протянул Кострик.
– Пока в лифте ехала, – ответила я, а он зыркнул на меня так, словно я у него последнюю рубашку украла, и отступил на шаг, уступая мне дорогу.
Выдохнула. Кажется, на этот раз пронесло.
– Да и вообще, вы напрасно паникуете. – Вырвавшись из-под влияния драконьей ауры, я вновь стала смелой и решительной. – У вас с Шимоном одна проблема на двоих.