— Нет, это все. Только лордов я не брал в расчет, так как это чистейшая глупость, — он, наконец, понял, что вдавил меня в угол и отстранился. — Так что вы лжете, леди Рене.
Прям-таки чистейшая глупость! Наивный…
— А если не лгу? — меня задевало до глубины души его высокомерие. — Что вы тогда скажете?
— Силы небесные! Да сдайтесь вы, наконец, и признайтесь, что все придумали! — раздраженно произнес Гериус. — Сколько можно упорствовать?! Как вы не понимаете, что ваша ложь ничего не изменит!
— Я еще раз спрашиваю, ваше первородство, — чеканя слова, сказала я. — Что вы скажете, если это правда?
— Что ж, вижу, вы упряма как ослица, — лорд метал громы и молнии, а я возмущенно охнула. Ослица?! — Будь по-вашему. Если вся сказка с замужеством окажется правдой, я стану посаженным отцом на вашей свадьбе и лично провожу вас к алтарю.
При этих словах он даже не удержался от смеха, чем еще больше разозлил меня.
— И извинитесь за ослицу, — процедила я, сжав кулаки. — Высокомерный павлин!
— А ну-ка повторите, что вы сказали… — Гериус потемнел от гнева. Его указательный палец уперся мне в кончик носа, и мои глаза на секунду съехались в одну точку, а потом уставились на него. — Повторите!
— Павлин… — уже не так смело произнесла я, но и сдаваться было не в моих правилах.
Его рука переместилась ниже, и пальцы обхватили мой подбородок. В экипаже воцарилась тишина, в которой слышался только стук колес и наше дыхание. Да он же сейчас меня поцелует! Мама дорогая!
Все было как в тумане, мое сердце колотилось, готовое выпрыгнуть из груди, голова кружилась, а лицо Гериуса неумолимо приближалось. И тут экипаж резко остановился. Я не удержалась и въехала носом прямо куда-то под глаз его первородства.
— О, черт! — взревел лорд, хватаясь за лицо. — У вас не нос, а каминная кочерга!
— Приехали, ваше первородство! — дверца распахнулась, и я почти вывалилась из экипажа. Слуга вовремя поймал меня, изумленно поглядывая в салон. — С вами все в порядке?
— Благодарю, что подвезли, лорд Коулман! — громко сказала я, после чего помчалась к почте. Боже, я вывела его из себя! Он точно когда-нибудь придушит меня!
Глава 42
У меня было отличное настроение. Какое же я испытывала удовольствие, поддразнивая лорда! Словами не передать! Но заходить за черту опасно. С такими шутки плохи: ведь высокомерие очень обидчиво и, как следствие, мстительно.
— А вот и она! Держите ее! — уже подходя к почте, я услышала злой голос из-за кустов. — Дрянь эдакая! Аферистка!
Я не успела опомниться, как была схвачена под белы рученьки. Двое крупных мужчин приподняли меня чуть ли не на полметра над землей, и я затрепыхалась, ничего не соображая от страха. Кто это? Может, кого-то, подослал лорд Дилингтон?
Незнакомцы заволокли меня за пышный куст, чтобы нас не было видно с дороги, после чего я получила чувствительный тычок в ребра.
— Какого черта?! — я попыталась произнести это грозно, но в моем положении это выглядело немного нелепо. — Немедленно отпустите меня!
— Как же, сейчас отпустим! Размечталась! — третий мужчина, стоящий передо мной, скривил свое и без того неприятное лицо. — Сейчас ответите сполна, леди Рене! За свои грязные делишки!
Он был полным, с мокрым от пота лицом, красными щеками и заплывшими глазками. Его напомаженные волосы выглядели грязными, а воротник рубашки впивался в шею так сильно, будто она наплывала на него как убежавшее тесто из кадушки.
— За что это я должна ответить? — я не переставала трепыхаться и меня сильно встряхнули, чтобы успокоить. — Я ни перед кем не провинилась!
— Не дергайтесь, иначе все будет куда хуже! — прошипел толстяк, находящийся справа. — Захватчица! Я бы тебе шею свернул, и делов!
А-а-а-а… Так это, похоже, племянники вдовы Блумкин! Пришли на разборки, узнав от служанки о том, что произошло.
— Что вам нужно? — я уже не чувствовала рук, которые они передавили в районе подмышек. — Я закричу!
— Только попробуйте, и я заткну вам рот вот этим! — стоящий передо мной покрутил у моего носа какой-то грязной тряпкой, похожей на чей-то поношенный носок.
— Ладно, — я наблюдала за ним, примеряясь, куда бы ударить этого борова. — Так что вы хотите?
— Сейчас мы всей дружной компанией пойдем к нашей тетушке, и она перепишет все бумаги, которые вы заставили подписать ее обманным путем! — тот, что держал меня слева, снова ткнул мне под ребра. — Аферистка!
Вот что мне оставалось делать? Конечно, драться.
Я размахнулась и ударила его ногой, а потом и второй, чтобы, так сказать, закрепить результат. Толстяк не ожидал отпора, и его понесло в кусты, а приличная масса тела не дала удержаться на ногах, как он ни старался схватиться за тонкие ветви.
Не дожидаясь, когда придут в себя те, кто держал меня, я со всей силы приложилась козырьком своего капора прямо по лицу одного из удерживающих меня. Капор, отделанный кружевом, был на каркасе из тростника и проволоки, поэтому не мог причинить большого ущерба, но больно все-таки сделал. Причем ко всему этому проволока предательски смялась и мой лоб впечатался в мясистый нос мужчины.
Он моментально отпустил меня, но меня перекосило на одну сторону, так как второй хулиган все еще сжимал мою руку. Я открыла пошире рот и вцепилась в его плечо, сжимая челюсти с дурью бешеного бультерьера, надеясь, что он отпустит меня.
Мужчина орал, но не отпускал мою руку, выкручивая ее так, что у меня на глазах выступили слезы.
— Негодяй! Немедленно отпусти леди!
Я почувствовала, как падаю на землю, и взвыла, ударившись мягким местом о край дорожки.
Это был лорд Коулман. Он уже отправил в нокаут укушенного мною племянника вдовы Блумкин и теперь оглядывался, чтобы приложить кого-нибудь еще, но двое других уже улепетывали прочь, трясясь, словно студни.
— Вы в порядке? — Гериус присел рядом со мной. Его взволнованные глаза осматривали меня на наличие травм и ушибов. — Леди Рене, вас не покалечили? Хотя после увиденного, мне кажется, я зря это спрашиваю…
Он помог мне подняться, стряхнул с моего подола грязь, а потом поинтересовался:
— Вы решили не останавливаться, пока не изобьете весь город?
— Они напали на меня! — я возмущенно приподняла брови. — Мне, по-вашему, нужно было не защищаться, а упасть в обморок?
— Большая часть девушек, которых я знаю, так бы и поступила, — лорд протянул мне мой ридикюль. — Вы забыли его в экипаже.
— Спасибо, — я взяла сумочку. — И за то, что снова спасли меня. Спасибо.
— Вы знаете мужчин, напавших на вас? — Гериус, видимо, собирался вытрясти из меня все. — Я слышал, как один из них обозвал вас аферисткой. Каким образом вы заслужили такое отношение, леди Рене? Аферистка — это серьезное обвинение.
— Я не аферистка! — процедила я, ощупывая свой капор. Он был смят основательно и, скорее всего, реставрации не подлежал. — Их тетка оставила мне свой дом!
Лоб тоже ныл от удара о лицо толстяка. Наверное, будет шишка.
— Оставила вам дом? — изумленно протянул Гериус. — Позвольте поинтересоваться, а где сама старушка?
— Вы что, думаете, что я прибила ее? — я зло посмотрела на него. — Хорошего же вы обо мне мнения! Она теперь живет со мной! Можете убедиться сами!
— А что вы собираетесь делать с ее домом? Зачем он вам? — лорд хотел понять, что происходит, а я не имела намерений что-то скрывать от него. Да и разве можно было скрыть строительство постоялого двора?
— Я собираюсь открыть рядом с почтой постоялый двор, — ответила я, глядя на жилище вдовы Блумкин, после чего между нами воцарилась гнетущая тишина.
Он проследил за моим взглядом, и на его лице появилось такое изумление, что по моей душе медовыми потоками пролился бальзам.
— Как же трудно понять, что творится в этой маленькой головке… — он прищурился, глядя на меня. — В ней строятся планы, идут мыслительные процессы, и они куда более серьезные, чем можно предположить. Силы небесные, так вы ходили в банк за деньгами! Это так, леди Рене?
— Ваша догадливость поражает. Мне же нужно на что-то строить, — я иронично пожала плечами. — Лорд Опри одобрил ссуду.
— Вот это и удивительно! — возмущенно воскликнул Гериус. — Нет, мне нужно все осмыслить. Вы сводите меня с ума, леди Браунинг! Откуда вы взялись с этой вашей неуемной деятельностью?! Кто вы такая?!
— Хозяйка почты, — я улыбнулась, гордо приподнимая подбородок. — А в скором времени и хозяйка постоялого двора.
— Добрый день! Доставка цветов!
На дорожке показался уже знакомый мне курьер. Парнишка выглядел так, будто выиграл в лотерею. На его лице сияла широкая улыбка, а подвижные брови практически танцевали над веселыми глазами. Видимо, ему неплохо заплатили, чтобы он примчался сюда.
— Леди Рене Браунинг, вам букет от господина А. К. из Батлэма! — он поклонился мне, вручил букет из белых и розовых камелий и замер в ожидании монетки. Пока я рылась в ридикюле в поисках мелочи, лорд Коулман сунул ему деньги.
— Спасибо. Вы можете идти! — в его голосе зазвенела сталь.
— Не стоило. Я вполне могу расплатиться. Теперь вы скажете, что я сама себе посылаю букеты? — уколола я его и язвительно добавила: — Да, ваше первородство?
— Вижу, ваш жених восхищается вами, считает неземной и очень тоскует, — холодно произнес он, глядя на букет, как на клубок ядовитых змей. — Вы умело овладели его мыслями и чувствами. Или… что более вероятно…
— Или? — я с любопытством уставилась на него.
— Или вы отличная мистификаторша, леди Рене. Вам нет равных в этом искусстве, — Гериус высокомерно поклонился мне. — Всего доброго, леди Браунинг. И прошу вас, постарайтесь больше не ввязываться в драки. Я не хочу, чтобы вы грызли людей на моих землях.
— Это уж как получится, — проворчала я ему в след. — Ваше первородство…
Глава 43
Брошенный братьями толстяк, начал приходить в себя и, открыв глаза, испуганно пополз от меня, теряя штаны.