о случилось. Лишние свидетели (как и трупы) бандитам были ни к чему, и они отошли в лес, забирая с собой раненного неизвестным помощником подельника. А когда врач огляделся, никого кроме спешащего на выручку соседа рядом не оказалось.
Кагэ постарался разузнать, кто помог доктору, но описание было весьма расплывчатым. Худое и невысокое существо, которое дралось голыми руками и зубами, как звереныш, - единственное, что заметил врач.
Пересказ занял немного времени. Тем более смотритель благополучно упустил из него самые мрачные куски, чтобы девушка не слишком переживала. Вряд ли она увидит врача в ближайшие дни.
- Думаешь, это его сестра вмешалась? - высказала Асаяке вертевшуюся в голове мысль.
Парень пожал плечами.
- Не знаю. Он же рассказал тебе о записке. Может, в русалке еще сохранились воспоминания о прошлой жизни, и чем ближе человек, тем лучше она его помнит. А кто может быть ближе близнецу, чем его вторая половинка?
- Судя по той нечисти, которая напала на Югату, у нее теперь другая семья, - Асаяке едва заметно передернуло от неприятных воспоминаний.
- Но ведь прежняя владелица сказала, что особняк тебя принял. Может, и прочие существа станут относиться к нам лучше?
- Нет, они иные, - девушка выделила слово, и Кагэ почувствовал, что эту интонацию она скопировала. Асаяке собиралась сказать что-то еще, но очередной приступ кашля сотряс ее, и спустя минуту, она обессилено легла на подушку.
- Лучше отдыхай, - произнес парень, прежде чем подруга возобновила беседу. Она помолчала, кивнула и скрылась под одеялом почти до глаз.
- Посидишь со мной, пока не засну? - робко попросила она.
Парень улыбнулся. Подоткнул одеяло и стал разглядывать комнату, стараясь не задерживать внимание на лице девушки, дожидаясь, пока беспокойное дыхание сменится тихим и ровным. Несколько прядей выбилось из наскоро заплетенной косы, и Асаяке поморщилась, когда съехавшая заколка впилась ей в шею. Боясь разбудить, парень наклонился, осторожно расплел волосы, и положил заколку на тумбочку рядом с кроватью.
А затем, так и не притронувшись к нежной, манящей коже, вышел из комнаты.
Девушка не знала того, что видел он. Что все ее лицо, одежда, волосы, даже ресницы и губы, после подарка прежней хозяйки дома, были покрыты мельчайшей золотистой пыльцой. И оттого для смотрителя подруга казалась ожившей на солнце прекрасной статуей.
Солнце припекало, игривым котенком заглядывало в глаза, и я перевернулась на живот, прикрыв одеялом голову. Кто-то рядом возмущенно буркнул, одеяло вернулось на прежнее место, а лучики безжалостно продолжили меня будить. До сего момента одеяло мнением и голосом не обладало, и его самоуправство подавалось только одному логическому объяснению. Поэтому я проснулась и, щурясь от солнца, разглядела рядом Мэй. Кузина спала на боку, прижавшись носом к моему плечу, мирно посапывая во сне.
С ума сойти, какая идиллия! - даже умилилась я, разглядывая младшую дочь семьи Хасу. Когда она не ворчала, то становилась вполне милой, а злиться подолгу я не умела. Другое дело, что Мэй обладала поразительной способностью доводить меня до белого каления всего за пару минут. Но пока она спала, совсем не была похожа на злюку.
Осторожно, чтобы не потревожить спящую девушку, я выпуталась из одеяла и встала. Взглянула на часы, затем в окно - если поразмыслить, то был не поздний вечер, а раннее утро. Неудивительно, что я чувствовала себя отдохнувшей - я проспала больше двенадцати часов.
Но в этом были свои плюсы. Недавняя болезнь ничем о себе не напоминала, кроме грязного носового платка. Я не чувствовала сухости в горле, могла спокойно и глубоко дышать и голова совершенно не болела. Надев башмаки и подобрав висящую на стуле кофту, я на цыпочках вышла в коридор и прикрыла дверь. Мэй, конечно, была врединой, но при этом оставалось моей кузиной.
Стараясь не скрипеть половицами, я спустилась на первый этаж, забрала сменную одежку и пошла в ванную. Мельком отметила новый замок на двери, умылась, чтобы освежиться. Тогда же обратила внимание на свою одежду - свободную белую рубашку и юбку до колена из простой ткани. Странно, вроде как я вчера была в другом наряде. Или нет? Поплескавшись с полчаса в теплой водичке, я вышла значительно более бодрой, и направилась на кухню, откуда доносился аромат молотого кофе.
Парни уже проснулись и завтракали, бурно что-то обсуждая. Бурно не в смысле громкости, а по наблюдению за их жестами и мимикой. Говорить они старались на пониженных тонах. Моего появления ребята не ожидали и как-то сразу смолкли, недоверчиво смотря на меня. Первым молчание нарушил оборотень.
- Ну, привет, призрак старого дома! - протянул парень, прищурившись и скептически оглядывая меня с ног до головы. - По стеночке дошла или так? Я же тебе говорил, что надо кофе варить - сразу проснулась, не прошло и получаса! - добавил он, обратившись к Югате.
- И вам доброе утро! - осторожно ответила я, приглаживая ладонью мокрые волосы. Мельком себя оглядела - вроде бы все в порядке. Ну, кожа немного бледнее обычного, так это вполне нормальная реакция после болезни. Что же на меня с таким подозрением косятся?
Адвокат повел себя деликатнее.
- Как Вы себя чувствуете? - поинтересовался Югата, поднимаясь и отодвигая мне стул. Я уселась на мягкое сидение и улыбнулась ему.
- Хорошо. Словно и не болела. А у вас как дела?
То ли мой беспечный тон себя оправдал, то ли парни, быстро переглянувшись, пришли к какому-то выводу, но дальше разговор пошел глаже.
- Ремонт идет полным ходом. Ты уже можешь перебраться в гостиную, ее протопили и окна поменяли. К тому же, мы побегали с лестницей по саду, вкручивая лампочки, и теперь можно не опасаться зловещей темноты.
- Какие вы молодцы. А у меня такое ощущение, что пропустила все на свете.
- Еще бы, три дня спала беспробудно, - мимоходом пробормотал Кагэ.
- Тебе все шутить, - я отмахнулась и с аппетитом укусила любезно сделанный мне бутерброд с ветчиной.
- Ну, может почти три, - парень с задумчивостью посмотрел на алеющий восход.
Я чуть не подавилась. Поспешно запила кусок кофе, обжигая язык, и поставила чашку на место.
- Сколько, говоришь, я проспала?
Смотритель повторил. Я понадеялась найти опровержение его словам у Югаты, но тот лишь кивнул. Глупая голова! Могла бы догадаться, что адвокат не позволит меня обмануть.
- Почему же меня не разбудили? - хорошее настроение слетело мгновенно. Я потратила на сон слишком много времени. Осталось двадцать пять дней - и десять не найденных ключей. А ведь мы даже не знаем, что в шкатулке. Может, еще одна подсказка. И что тогда? Когда мы достигнем цели? Я попыталась прикинуть, как наверстать упущенное время, но ничего путного не придумала.
Видимо, что-то подобное панике отразилось на моем лице, ибо Югата поспешил вмешаться.
- Вы отказывались просыпаться. Но совсем не температурили и не кашляли, и дыхание было спокойное, - сказал он, не смотря на меня и вертя в руках серебряную ложку. Невольно подумала, что адвокат с утра непривычно растрепан: рукава рубашки закатаны до локтей, волосы взлохмачены, под глазами темные круги.
- Вы вызывали врача?
Не подумайте, чтобы я была противницей домашнего лечения, но в непонятных случаях предпочитала обращаться в больницу.
- Нет. Решили, что тогда Ваше здоровье станет известно прессе.
- Но Югата настоял, чтобы тебя осмотрел Харука-сан, - тотчас выдал адвоката Кагэ. - Пусть у него другая специальность, это не лишает его медицинских знаний. Так что, без врачебной помощи ты бы не осталась. Ну, и еще один фактор нас успокоил.
- Кагэ думает, что ты столько проспала благодаря волшебному порошку гости из зазеркалья, - хмуро объяснил адвокат. Видно было, что бывшей хозяйке дома он не доверяет.
- Я рассказал, что ты видела ее в комнате, - поспешно добавил смотритель, лукаво взмахнув длинными ресницами.
Я выдохнула, значит, он не поведал адвокату о моей прогулке.
- Знаешь, я был не прав, тебе все-таки повезло с помощником! - неожиданно усмехнулся Кагэ. - Думаешь, Югата позволил бы тебе разболеться? Да он дольше, чем на полчаса от тебя не отходил. Я сумел выгнать его из комнаты только на третий день, когда он чуть с лестницы от усталости не свалился.
- Это правда? - спросила я адвоката. Парень слегка покраснел.
- Он преувеличивает. Мы все наблюдали за Вашим состоянием. Даже Мэй.
Ага, особенно Мэй. Я скептически фыркнула, вспомнив, как кузина заснула на посту.
- Что ж, раз я здорова, давайте продолжим поиски ключей. Иначе братец выгонит меня из особняка раньше, чем мы откроем этот несчастный сундук!
- Ну, мы тут по очереди полазали по беседке…
- И новости неутешительные, - подхватил оборотень, - мы ничего не обнаружили. Может, символ означает что-то иное? Кстати, мы проверили еще несколько старых построек, но пока безрезультатно.
- Не совсем - поправил его адвокат. - Кое-что мы все же нашли.
- И что же это? - с любопытством спросила я. Ответ оказался весьма неожиданным.
- Дневник Вашего деда.
После того, как парни убедились в моем выздоровлении, мне было позволено выйти на улицу. Я прихватила с собой пухлую тетрадь в твердом переплете, в которой были описаны последние месяцы жизни деда, и выбралась на террасу. Трава блестела от росы и была мокрой, не вызывая особого желания уходить далеко от дома. Но рядом с кухней располагался чудесный дворик для отдыха. Забравшись с ногами на выбеленную скамью под сенью старой вишни, я открыла дневник и углубилась в чтение.
Запись начиналась неожиданно, безо всяких предисловий, и я предположила, что дед просто завел новую тетрадь, когда закончилась предыдущая. Почему-то быстро просмотреть дневник показалось мне кощунственным. Я внимательно изучала заметки деда и узнавала его с каждым новым замечанием, идеей, событием. Призрачная фигура в моей памяти оживала. Многое из истории семьи он воспринимал иначе, чем я, и мне было интересно его мнение. С удивлением я узнала, что дед был в курсе всех проблем и дел, творившихся в нашей семье.