Начали мы одновременно, и тут же запнулись, отводя глаза. Смотритель не выдержал и рассмеялся в голос, за что и поплатился, согнувшись от резкой боли. К счастью, в отличие от нас он не скатился с дивана как ошпаренный, а продолжал соблюдать постельный режим, поэтому потревоженные раны не открылись.
На созданный нами шум в комнату зашел доктор. Деликатно постучавшись, перед тем как войти, и тем самым, повергнув меня в еще большую краску. Пробормотав "доброе утро" и стараясь ни на кого не смотреть, я выскользнула из комнаты. Умылась холодной водой в ванне, чтобы хоть немного остудить щеки. Господи, если бы братец узнал о моем "веселом" пробуждении, то запер бы дома, несмотря ни на возраст, ни на работу!
Минут через десять, периодически опуская руки в ледяную воду и прижимая их к щекам, я успокоилась. Возвращаться к ребятам не было смысла, Харука занимался пациентом, и ему вполне хватало помощи Югаты. А так как оборотень вел себя бодро, я стала чуть меньше опасаться за его жизнь. Поэтому, пока выдалось свободное время, я решила позавтракать. В конце концов, ничто так не лечит расшатанные нервы, как вкусненькое!
Аромат сдобной выпечки привел меня на кухню, где я присела на мягкую табуретку с разрешения суетившейся там хозяйки. Видимо, женщина переговорила с мужем, ибо от вчерашнего подозрения, после превращения кота в Кагэ, не осталось и следа. Она мило поприветствовала меня и разлила чай по двум чашкам.
- Может тебе накапать успокоительного? Все-таки вчера ты пережила не лучшую ночь в своей жизни, - спросила она, присев рядом.
- Вы очень добры, но не надо, - вежливо отказалась я. В последнее время, из-за всех накативших проблем, я принимала слишком много лекарств. Пора бы справляться с проблемами самостоятельно.
Женщина понимающе кивнула, но тут же всплеснула руками.
- Ох, какая я глупая. За всей этой суетой забыла представиться. Меня зовут Наоми, а ты ведь Асаяке-тян, верно? Наследница старого особняка?
- Пожалуй, спрашивать, откуда вы знаете, нет смысла.
Наоми улыбнулась.
- Это верно. Но о твоем приезде я услышала задолго до рассказа мужа. Об этом весь город жужжал. Хотя, неприятности с вами появились, как и ожидалось.
На последних словах она посерьезнела. Наверное, вспомнила о нападении на мужа, - подумала я, но тут же поняла что ошиблась.
- Харука вчера не стал спрашивать, он считает, что вопрос слишком деликатный, - Наоми немного помялась, но продолжила. - Конечно, явных следов не видно, но при похищении всякое может случиться. Особенно с молодой хорошенькой девушкой. Если надо выговориться, то я готова выслушать тебя. Обещаю, что ни слова никому не скажу без твоего согласия.
Я как-то не сразу нашлась, что ответить. Так меня удивила эта внезапная забота. Если честно, до слов Наоми я не задумывалась о том, какой ужасной судьбы избежала. Может быть потому, что в моей жизни все стремительно менялось. Просто не было времени переживать о прошлом. Надо было думать о настоящем.
- Спасибо, со мной все хорошо. Они ничего мне не сделали, - наконец сказала я, тщательно подбирая слова. Пара синяков не в счет в сравнении с тем, что могло произойти.
- Я рада, - женщина искренне и тепло улыбнулась, словно сбросила тяжелый груз с плеч. - Пей чай, пока он не остыл.
Я согласно уткнулась носом в чашку, и больше она не задавала мне вопросов о похищении. Однако чувства неловкости не возникло. Напротив, мы переключились на разговор о городе, о его истории и жителях. Я выяснила, что в Розовой Заводи и без нас были проблемы. Оказалось, что Наоми работает в детском доме, которому давно требуется ремонт. А мэр и не думает выделять на него средства. В последнее время все чаще женщине приходилось обращаться с просьбой к жителям города, чтобы собрать денег для починки крыши или покраски стен. Была создана целая инициативная группа, однако на прошение, отправленное в Токай, никто не ответил.
Допив свой чай, Наоми продолжила возню с посудой, и вскоре я, как-то незаметно для себя, пристроилась ей помогать. Но рассказ о сиротах не выходил у меня из головы. У каждого в нашей семье был свой пунктик касательно детей. Мы ими очень дорожили, памятуя о жизни деда. Я чувствовала, что должна помочь. Но как? Будущие затраты никак не сходились с имеющимися в моем распоряжении финансами.
А пока я раздумывала над приходами и расходами, позвонил брат.
В связи с потерей моего телефона, Шуно пришлось связываться со мной через Югату, и эти лишние хлопоты отнюдь не улучшили ему настроения. После того как мрачный как туча адвокат зашел на кухню и передал мне трубку, я услышала от брата множество весьма нелестных эпитетов в свой адрес. И о том, что я взбалмошная и безрассудная особа, и о том, как эгоистично не думаю о других. А сколько я получила предупреждений из разряда "если еще раз" - не сосчитать.
После того, как запас ругани иссяк, глава семьи снизошел до советов. Правда, в приказном порядке, но я подозревала, что иначе Шуно не умел. Как и предполагалось, новость о моем похищении успела просочиться в свет, и журналисты жаждали заполучить эксклюзивное интервью. По наставлению главы Хасу, как-либо комментировать происходящее мне запрещалось. Подобную технику мы проходили, и в принципе, я была с ней согласна. Лишняя шумиха ни к чему. А так люди погудят, построят догадки и успокоятся.
Проблема заключалась в другом. Закончив разговор с братом (я старалась быть предельно милой и соглашаться во всем, дабы лишний раз его не злить), я выглянула в окно и обомлела. Конечно, я ожидала, что нас найдут, но, во-первых, не так скоро, а во-вторых, не заполонив сверкающими камерами и машинами весь двор! Похоже, что я недооценила скорость распространения информации, и, судя по знакомым лицам, кое-кто прилетел сюда из самого Токая.
- Простите за беспокойство, - повинилась я перед доктором и его женой, старательно задергивая шторы в комнате, где лежал Кагэ. Особенно въедливые журналисты старались заглянуть в окна, чтобы разведать обстановку и сделать пару снимков, а некоторые звонили в дверь.
- Да уж, наделали вы шума, - беззлобно ворчал Харука, но выгонять нас не собирался. Я невольно почувствовала к нему глубокую симпатию. Несмотря на кучу хлопот, он продолжал заботиться о нас, как о родных. Врач даже предпринял несколько попыток разогнать журналистов, но многого не добился.
- Как думаете, если я вернусь в особняк, они разъедутся? - без особой надежды спросила я у парней. Мы все собрались в одной комнате, и откровенно говоря, маялись в ожидании. Кагэ лежал, адвокат выпросил у Наоми иголку и нитку, и теперь зашивал порванный рукав. В ответ на мои слова он лишь скептически поджал губы, а смотритель ненадолго приподнял голову и прислушался.
- Неа, - ответил оборотень после нескольких минут. - Как ни прискорбно, но факт спасения наследницы Хасу пантерой заинтересовал их больше, чем обычное похищение. Так что без фотографий они не уйдут. Может, мне выйти и попозировать им? - неловко пошутил он, и повернулся, принимая соблазнительную позу. Простынь снова начала сползать, но прежде чем я стыдливо отвела глаза, вместо обнаженной кожи показались аккуратные брюки, слегка широковатые Кагэ в поясе.
- Харука любезно одолжил мне одежду. Мне еще денек не рекомендуется активно ходить, но оставаться в неглиже, когда рядом снуют репортеры, не слишком приятно.
- В любом случае, тебя нельзя им показывать. Иначе возникнут неудобные вопросы, - рассудительно заметила я. На выходки смотрителя я решила не обижаться, тем более такова была его манера общения: легкий, ни к чему не обязывающий флирт.
- А если показать им "спасителя"? - заинтересовалась разговором Наоми. - Пусть мальчик ненадолго возвратится в кошачью ипостась, журналисты его сфотографируют и уйдут, - она вопросительно посмотрела на мужа.
- Не получится, - покачал головой Харука. - Я категорически против его перевоплощений. Хотя он парень крепкий, и заживает на нем как на собаке, ты уж прости за сравнение, - он мельком посмотрел Кагэ, продолжая что-то печатать на ноутбуке, - но при изменении тела всякое может случиться. Лучше не рисковать.
- Что же тогда делать? - я взглянула на часы. Стрелка показывала половину одиннадцатого. По-хорошему, стоило съездить в участок и дать показания. Ко всему, скелет на территории особняка никуда не делся, и с ним также надо было разобраться. Перевела взор на адвоката. Югата как раз завязал узелок и отрезал нитку, откладывая швейные принадлежности в сторону. Скептически оглядел свое творение. Шва почти не было заметно. Учитывая, что он зашивал на себе и левой рукой… Интересно, где мой адвокат приобрел такой опыт?
- Предлагаю следующее, - сказал парень, поймав мой взгляд и слегка смутившись. Многое бы я отдала, чтобы узнать, о чем он сейчас думал. - Мы с одзё дождемся офицера, который подвозил нас вчера, и проедем с ним до участка. Там разберемся со всеми делами, захватим следователей и вернемся в особняк, чтобы изучить подземелье под часовней. После немного поездим по городу, отвлечем внимание журналистов от дома. А с утра подъедем сюда на своей машине и заберем Кагэ, если он будет в состоянии идти. Как вам такой вариант?
- До идеала далеко, но другого нет, - согласилась я. Харуке в любом случае придется выдерживать натиск репортеров, но я надеялась, что врач справится. - Кагэ, ты сможешь завтра дойти до машины?
- Я и сегодня смогу, если за стенку держаться буду, - хмыкнул смотритель, попытался сесть, но тут же поморщился.
- Дойти надо непринужденно, поэтому лучше отдохни, - посоветовала я. Оглянулась на семейную пару. - Вы не против, если он полежит тут денек?
- Мы уже обговорили это с Югатой. Ваш друг может оставаться здесь, сколько потребуется.
- Спасибо. Тогда мы пойдем? - спросила я адвоката.
Парень вздохнул и подошел ко мне с какой-то застенчивой, слегка осуждающей улыбкой.
- Взгляните в зеркало, госпожа. Вы готовы предъявить миру свои фотографии в таком виде?
Я посмотрела. Ну да, следовало ожидать, что похищение и погоня по лесу не добавят мне шарма. Пиджак заляпан кровью, а разрез на юбке разошелся до самого бедра. Хорошо, что распущенные волосы расчесала и грязь с лица в ванне смыла, а то бы вовсе чучелом выглядела!