— Надо же… — растерялась та. — Я думала, они все уже отцвели.
— Это ведь твой любимый цветок, — тихо заметил Генри, не отрывая взгляд от любимой.
— Ты помнишь? — совсем смутилась она.
— Конечно, помню.
Женщина подарила ему робкую, но очень искреннюю улыбку. А Илзе обратилась к девочке:
— Давай сплетем тебе еще один венок.
Скоро красные мальвеи заняли свое место на светлых волосах. Катти обрадовалась подарку и радостно заулыбалась. Лана пила чай, бросая на Генри все более и более заинтересованные взгляды, а тот не спускал племянницу с колен, выбирая ей самые большие и спелые вишни.
— Мне, пожалуй, пора, — примерно через час сказала цветочница.
Цветы делали свое дело. Катти уже почти поправилась. Теперь она ничем не будет отличаться от других детей. И совсем скоро в графстве появится крепкая счастливая семья, которую еще долго будут обходит стороной болезни и горести. Ну а Илзе пора домой. Она хоть и была искренне рада за них, но чувствовала себя немного странно в этой идиллии.
— Вы не подождете вечерний дилижанс? — удивилась Лана.
— До него еще очень долго. Я прогуляюсь до Ивелина пешком, тем более, погода позволяет.
Отказавшись от помощи Генри, который все порывался довезти ее на повозке, девушка подхватила пустую корзину и двинулась в сторону города. Но уже через полчаса поняла, что это решение было опрометчивым.
Погода в это время года менялась очень быстро, и если совсем недавно небо было совершенно безоблачным, то сейчас с юга наползала огромная темно-серая туча, в глубине которой уже зарождался глухой, но очень грозный громовой рык.
Илзе ускорила шаг. Возвращаться в деревню не хотелось, и она наивно понадеялась, что успеет добраться до Ивелина. Но туда был еще почти час хода, а туча уже вот-вот собиралась разразиться дождем. Нет, заболеть цветочница не боялась. Если что, ее сад сам вырастит все нужное для лечения. А вот новое светло-зеленое платье было жаль. Да и не хотелось месить грязь, в которую обычно превращалась полевая дорога после ливня.
Обреченно осмотревшись по сторонам, Илзе стала прикидывать, куда будет прятаться. И вдруг услышала за спиной топот копыт. Решив было, что это Генри догоняет ее, девушка обернулась. Но стремительно приближающийся вороной явно не принадлежал простому фермеру.
Чтобы не попасться под копыта графского коня, девушка предусмотрительно отступила в траву и чуть склонила голову. Она ожидала, что всадник промчится мимо, обдав ее пылью, но тот вдруг остановился совсем рядом. И Илзе не смогла удержаться от того, чтобы не взглянуть на мужчину, который стоял перед ней.
Эллан Эрнаэн и сам не понял, почему задержался возле бредущей по обочине девушки. Но что-то дрогнуло внутри, когда он увидел, как испуганно она осматривается на догоняющую сзади тучу, как предгрозовой ветер треплет длинные пряди цвета красного каштана.
Они молча смотрели друг на друга, глаза в глаза: почти черные радужки напротив золотисто-карих. Пока мужчина первым не нарушил это странное молчание.
— В город?
Илзе медленно кивнула.
— Ты не успеешь до ливня.
— Знаю, — тихо ответила девушка.
— Я могу подвезти до Ивелина, — предложил мужчина неожиданно даже для самого себя. — Если не боишься.
Сказал и тотчас же отругал себя. Конечно, боится. Он не дурак и видит, что они все здесь его боятся. Нет, не бросаются камнями, не кривятся и не шарахаются, завидев его. Но у каждого из них во взгляде то и дело мелькает настороженность, как при виде прирученного, но все ещё смертельно опасного хищника. Готовность бежать, куда глаза глядят, стоит ему начать читать какое-нибудь заклинание. Вот и эта девочка: хоть и не хочет мокнуть, но откажется от помощи, а Эллан не станет настаивать, потому что…
— Я не боюсь.
— Что? — растерялся мужчина.
— Я не боюсь, — храбро повторила девушка. — И буду очень благодарна, если вы… если вы поможете.
Илзе и сама не знала, почему согласилась. Но ей показалось, что во взгляде мужчины мелькает что-то такое, нехорошее, что своим отказом она будто повернет кинжал в незажившей ране.
Мужчина никак не отреагировал на ее согласие. Просто молча наклонился и протянул руку. Илзе вложила в нее свои тонкие пальцы, и он легко, словно та ничего не весила, поднял девушку на седло перед собой.
Конь резко рванулся вперед, заставив цветочницу инстинктивно ухватиться за плечо мага. От него пахло чабрецом и горьковатой полынью. И совсем немного — дымом, будто от сгоревших листьев.
— Простите, — прошептала Илзе, осторожно убирая руку.
Сегодня на мужчине были простой кожаные жилет и черная рубаха. Поэтому тонкая ткань совсем не помешала Илзе почувствовать шрамы на его плече. Длинные, твердые рубцы, оставленные войной.
Осторожно подняв глаза, она стала украдкой рассматривать неожиданного попутчика. Вблизи он оказался еще моложе, но при этом суровее. Черные волосы были щедро разбавлены ранней сединой, что делало их похожими на сгоревший пепел. Темный шрам, явно оставленный чем-то острым, пересекал правую половину лица, начинаясь почти у самых волос, проходя через бровь и спускаясь до уровня губ. Над его ровными краями явно потрудился хороший целитель, но целиком убрать след он почему-то не смог. Хотя с такой травмой…. Чудо, что генерал вообще без глаза не остался.
— Забавно, должно быть, мы смотримся вместе, — тихо, будто сам себе, произнес мужчина. — Прекрасная дева в объятиях мрачного колдуна, черный конь и грозовая туча за их спинами…
Цветочница смущенно опустила голову, не зная, что ответить на такие странные слова. И в итоге решила просто представиться, пусть даже господину графу и нет никакого дела до ее имени.
— Меня зовут Илзе Атарис. Я…
— Знаю, — удивил ее мужчина. — Ты хозяйка цветочного магазина с площади. Винсент Уоллес рассказывал о тебе.
— Надо же… — растерялась она.
Они замолчали. Слышно было лишь топот копыт да громовые раскаты за спинами. В конце концов, о чем может говорить граф, могучий маг, герой войны с простой цветочницей? Но неожиданно мужчина бросил взгляд на ее корзину и спросил:
— Пурпурные мальвеи?
Он подцепил пальцем один из лепестков, зацепившийся за ивовый прут.
— Ты выращиваешь их в своем саду?
— Да, милорд.
— Занятно, — пробормотал Эллан Эрнаэн, глядя куда-то вдаль. — Редкие и ценные цветы. На войне мы варили из них зелье, называемое «живой кровью». Оно было способно поставить на ноги даже самого безнадежного. Не думал, что увижу их вот так просто, в садовой корзине.
— Если вам когда-нибудь понадобятся мальвеи, вы можете взять их в моем саду, — смущенно предложила Илзе.
— Я запомню, — медленно кивнул генерал.
На нос Илзе упала крупная капля. Она вздрогнула и непроизвольно прижалась ближе к мужчине. Тот бросил на нее странный взгляд, потом поднял руку начаровывая над их головами защитный купол, и пришпорил лошадь. Конь помчался как угорелый, и уже через десять минут перед путниками показались крыши Ивелина.
— Дальше пойдешь пешком, — мужчина остановил коня возле небольшой рощицы у самой границы города. — Иначе потом не оберешься слухов.
Туча недовольно бурчала где-то далеко, и Илзе вполне успевала добраться до дома без ущерба для одежды.
— Спасибо вам, — девушка спрыгнула на землю и неловко поправила платье.
Граф молча кивнул, развернул коня и быстро поехал в сторону своего замка. А Илзе зашагала в город.
Ливень хлынул как раз тогда, когда она ступила на крыльцо магазина. Загремел гром, а небо расцветили ветвистые молнии. Прикинув, что сейчас она как раз бы брела в эпицентре непогоды, девушка еще раз мысленно поблагодарила господина графа за помощь. И не такой уж он и страшный, как все думают.
ГЛАВА 3
Погода окончательно испортилась. После грозы небо так и осталось затянуто набрякшими облаками, которые с завидной частотой поливали город и окрестности проливными дождями. Горожане не выходили из домов без зонтов, плащей и высоких каучуковых сапог. В моменты просветлений дети радостно играли в теплых лужах и пускали кораблики в текущих по улицам ручьям. А Илзе тихо радовалась, что у нее в саду устроен водоотвод прямиком в городскую канализацию. Иначе плавать бы ее цветам в настоящем озере.
На третий день все же распогодилось. Тучи прогнало ветром и небо радовало людей чистотой и ярким солнцем. В честь такого воодушевляющего события Илзе решила зайти к Марте Уоллес и выпить кофе.
— Ох, как хорошо, что все наладилось, — вздохнула женщина, подавая ей чашку ароматного напитка. — Еще чуть-чуть и размыло бы все дороги.
— Дороги, это не самая главная проблема, — раздался из дальнего угла скрипучий старческий голос.
Женщины обернулись и увидели господина Снетли, смотрителя городских мостов и улиц. Он сидел за столиком в углу и пил ароматный чай со свежайшим рогаликом, но даже это не могло прогнать с его лица выражение мрачного ожидания.
— Что вы имеет в виду? — поинтересовалась булочница.
— Старая плотина дышит на ладан.
Илзе нахмурилась. И было из-за чего. Графство Арлей вплотную подходило к Скалистым горам. Именно в горах брали начало большинство местных рек. Чистые и быстрые, они несли жителям свежую воду, давали возможность ловить вкусную горную форель, да и просто питали очень красивые уютные долины. Но была у этой красоты и обратная сторона. Узкие русла не могли сдержать большого количества воды, поэтому реки легко разливались от дождей или тающего весной снега. Половодья и сели даже Ивелин разрушали несколько раз. Пока почти шестьдесят лет назад отец недавно почившего графа Арлея не построил выше по течению Быстрицы дамбу. Она позволяла задержать лишнюю воду и потом постепенно спускать ее в реку, превращая разрушительную силу в спокойный поток. На многие годы жители города забыли о наводнениях, а сейчас господин Снетли принес плохие новости.
— Что вы такое говорите, господин Снетли? — Илзе присела напротив старика. — Плотина разрушается?