Глава 40. Узнать все!
Глава сороковая. Прекрасная идея
— Что это? — спросила я, глядя на записку в клюве у птицы.
— Адрес кудах...кудах… куда собрался этот обманщик, — прокудахтала курица.
— И что там? — спросил Артур, беря бумажку и рассматривая ее.
— Нотариус, — с важным видом заявила наша шпионка. — Или как там это тут называется, поверенный по бумагам. Монтерок сказал, что узнал у банкира, где хранится то самое завещание. Но ему пришлось изрядно потратиться, чтобы тот указал адрес нотариуса. Так что он не может прошляпить такое выгодное дело, и обязан все разузнать и сделать правильно, — продолжала курица. — И голос у него был такой взволнованный!
— Тогда нам надо срочно собираться и самим все разузнать, — сказала Молли, и в этом я была с ней согласна.
— Только вот как нам и в этот раз все узнать? Не можем же мы опять караулить под окнами или дверьми.
— Не можем, — согласились со мной дети.
Я задумалась о том, как быть. Ведь действительно, стоять опять под окнами или дверьми в надежде, что их забудут закрыть и мы что-то услышим, не привлекая внимания и не попадаясь на глаза кому-то из присутствующих горожан или самому Александру, было так себе идеей. Одно дело забежавшая в чужой двор курица, и совсем другое, если Монтерок увидит кого-то из нас у нотариуса.
Единственный, кто оставался — это Эдвард. Все же он был братом короля и мог поспособствовать в том, чтобы хранитель завещания все же рассказал нам правду. И как бы мне не хотелось, но, видимо, придется пойти к магу на поклон с просьбой. Но Марк прервал мои размышления:
— А может, нам стоит попробовать попасть внутрь через воздушную шахту? Я мог бы пролезть по ней, и найти нужное оконце, и увидеть встречу нашего соседа.
— Нет, — возразила я, — вдруг ты где-то застрянешь или труба тебя не выдержит, и ты упадешь. Это слишком опасно.
— Да ничего не опасно, — возразил Артур. — Мы раньше иногда так делали. Правда не подслушивали, а забирались в воздуховоды, чтобы раздобыть немного еды или денег. Потому что мало кто будет ждать, что кто-то проберется в здание по вентиляции. А решетки, как правило, во всяких таких учреждениях держатся на одном честном слове. Может, все-таки попробуем?
— Нет, это очень опасно, — несмотря на уговоры детей, я была непреклонна.
— Тогда давай мы тебя заколдуем, — предложила Молли, переводя взгляд с меня на мальчишек. — Как нашего Игната Васильевича? Только ты станешь старухой или кем-то другим. И попробуешь зайти в кабинет, когда там будет граф!
— Тогда разговор графа про его дела тут же прекратится, — покачал головой Марк. — И они не продолжат его, пока Алиса не уйдет. Вряд ли кто-то будет обсуждать дела при постороннем человеке.
— Значит, надо стать не посторонним! — улыбнулся Артур. — Сразу после того как граф уйдет. Алиса вернется в кабине под его же видом. И снова все расспросит!
Глава 41. Начало разгадки и внезапные помехи
Глава сорок первая. Когда внезапная встреча омрачает путь
В итоге мы отправились следом за повозкой Монтерока. Марк вместе с Артуром побежали вперед, чтобы не упустить здание, куда войдет граф Александр. И заодно посмотреть и точно узнать, в какой кабинет он направляется. Для надежности ребята и на себя наложили легкую иллюзию. Теперь Марк был златокудрым, голубоглазым, долговязым юношей, а Артур, которого сначала Марк сделал прекрасной барышней, после громких возмущений по поводу того, что девочкой он быть ни при каких условиях не желает, даже для благого дела, превратился в забавного толстяка с очками на носу и торчащими лопоухими ушами.
Времени на возмущения у него уже не осталось, и мальчишки побежали следом за повозкой графа. Мы же с Молли пошли следом, пока не меняя свой собственный вид. Потому как было бы крайне забавно, если бы кто-то из горожан увидел едущего в открытой повозке графа Александра, а потом прямо следом за ним еще одного Монтерока, но уже идущего пешком. Да и сам граф мог в любой момент передумать ехать по какой бы то ни было причине и поехать обратно. Встреча с самим собой на улице тоже вызвала бы много лишних вопросов. А потому с иллюзией для меня мы решили подождать.
Мы с Молли, которая отказалась оставаться дома, прошли мимо цветочного магазина Эллы, поприветствовав ее, и пошли в ту сторону, куда уже ушли ребята, высматривая их там.
Марк и Артур свернули на перекрестке налево, и я уже собралась сделать то же самое, как меня остановил появившийся прямо передо мной Эдвард:
— Добрый день, леди Алиса. Как ваши дела? Молли, приветствую и вас, маленькая принцесса, — при этом маг склонился в поклоне, чуть приподнимая цилиндр на его голове.
— Добрый день, — поздоровалась я. — Простите, но мы спешим, — я смотрела за плечо мужчины, стараясь не упустить из вида идущих ребят.
Но Эдвард, заметив, что я гляжу сквозь него, тоже обернулся и, не увидев ничего, чтобы могло привлечь мое внимание, сместился чуть вбок, окончательно закрывая мне весь обзор на улицу своей спиной:
— Я вас чем-то обидел? — его голос стал проницательным, а взгляд внимательным.
— Нет. Вы повели себя совершенно предсказуемо и благоразумно при нашей последней встрече. Было бы странным обижаться на собаку, что она не кот или не баран. Вы сказали то, что должны были сказать. А теперь простите, но я и вправду спешу.
Я взяла Молли за руку, и мы, обойдя Эдварда, пошли вперед. Теперь я не видела, куда делись мальчишки, и была вынуждена остановиться, осматриваясь по сторонам и ругая про себя брата короля и его появление.
Глава 42. Преображение
Глава сорок вторая. Два графа
Пришлось чуть ли не бегом бежать вперед, чтобы наверстать упущенное за разговором с Эдвардом время.
Но ни Марка, ни Артура ни я, ни Молли, сколько бы мы их не высматривали, увидеть не смогли.
Я начала крутить головой и даже поднялась на ступени какого-то магазинчика, чтобы иметь возможность смотреть поверх большей части идущих по улице людей, как меня осенило! Я искала взглядом наших привычных Марка и Артура. А ведь на самом деле они были под иллюзией и выглядели по-другому! И вспомнив об этом, я увидела лопоухого толстячка, который стоял на другой стороне улицы и усердно махал нам с Молли изо всех сил. Понятно, что увидеть Артура Молли не могла из-за низкого роста. А я не обращала на него внимания из-за своей недогадливости и забывчивости.
Сообщив Молли, что ребята нас давно зовут, я взяла девочку за руку, и мы пошли на другую сторону улицы, оглядываясь по сторонам и пропуская повозки и кареты.
— Я тут уже давно стою, зову вас, а вы никак не идете, — обиженно проговорил Артур, торопливо вышагивая к серому кирпичному зданию с цветными витражами, которые на фоне серого камня самого строения смотрелись нелепо и совершенно не к месту. А зеленые невысокие кусты с пестрыми желто-оранжевыми большими цветами, росшие в горшках у входа лишь добавляли всей этой картине нелепости.
— Граф вошел внутрь, а Марк пошел посмотреть, в какой именно кабинет, — оборачиваясь, рассказывал Артур, неуклюже шагая по тротуару. — Повозка Монтерока все еще стоит у крыльца, — рапортовал мальчик. — Поэтому мы пока останемся вон там, — он указал на небольшую аллею с другой стороны от здания.
На пятачке между домами была разбит небольшой сад с улицей, делящей его надвое.
Там стояли старые, местами чуть покосившиеся лавочки и скамейки. Некоторые из них были укрыты кустами жасмина и сирени. И можно было сесть на какую-то из них, чтобы остаться незамеченным. Только вот и вход в здание, куда зашел Монтерок, тогда тоже пропадал из поля зрения.
Поэтому Артур остался сидеть в городом одиночестве на скамейке, которая стояла прямо напротив входа в здание. А мы с Молли выбрали скамейку на противоположной стороне.
Не знаю, сколько мы так просидели, но, наконец, граф Александр покинул нотариуса, и Артур дал нам знак, что нам пора, подозвав к себе.
Вместе с нами к нему подошел и вышедший вслед за Монтероком Марк:
— Отлично, я запомнил кабинет, куда заходил наш граф. Теперь осталось наложить на тебя, Алиса, иллюзию. И поработать чуть над голосом. Давай отойдем вон за ту ель. Нас не должно быть видно.
Я кивнула, и мы отправились по тропинке, прячась от взглядов случайных прохожих.
Дети стали вокруг меня, словно я была новогодней елкой и, взявшись за руки, закрыли глаза. Я тоже на всякий случай зажмурилась, надеясь, что заклинание иллюзии не болезненное и неопасное. Не хотелось бы ненароком снова умереть или стать калекой.
Но вопреки своим опасениям я почувствовала лишь небольшую щекотку, пробежавшую по всему телу и, не сдержавшись, хихикнула. Вот только вышло это грубо, по-мужски.
Я ойкнула от неожиданности, и это вышло тоже басом. Мой голос! Он стараниями маленьких магов стал мужским.
— Ну вот, теперь ты вылитый Монтерок, — довольно проговорила Молли и отошла от меня, придирчиво осматривая. А потом вынесла окончательный вердикт: — Даже красивее, чем он.
Я улыбнулась, а Марк велел мне идти за ним, показывая кабинет, куда заходил наш сосед.
Глава 43. Нотариус
Глава сорок третья. Под чужой личиной…
Я зашла в небольшой кабинет. Тусклый свет через окно лишь подсвечивал летающую в воздухе плотным облаком пыль. Не давая толком света и только подчеркивая небольшой размер комнаты и ее спертый воздух. Комната была уставлена стеллажами, на которых громоздились старые книги, набитые потрепанные папки, из которых торчали желтые, местами порванные, исписанные страницы.
За небольшим столом, также заваленным всевозможными бумагами, сидел коренастый мужчина в некогда белоснежном парике, который от времени посерел и ныне выглядел под стать всей обстановке в комнате.
— Кхм, — кашлянула я, стараясь привлечь внимание мужчины, который был занят разглядыванием каких-то записей, и совершенно не обратил на меня никакого внимания.