италь. Ты могла видеть его сверху, когда приходила в последний раз. Темно-синий большой купол…
— Помню.
— Расскажи мне о себе. Пожалуйста.
Судороги исказили черты лица больной.
— Тогда расскажи о твоей матери. Я даже о ней ничего не знаю…
— Минуточку, теперешний муж моей мамы мне не отец? Я думала, что они сначала встречались, потом родилась я, потом они поженились.
— Нет. Твой биологический отец родом из Второго мира. Но кто он, мы не знаем. У Элинары провалы в памяти.
— Как все запутанно.
Они помолчали. Две такие близкие и такие чужие.
— Мама вышла замуж за моего отца после кругосветного путешествия. Я сейчас подумала, что они и познакомились на корабле. Раньше я думала, что путешествие было свадебным.
— Аа-а.
Говорить было сложно. Слишком многое их разделяло.
— Думаю, что должна первой начать рассказывать, — решительно сказала Ольсинея, но вдруг резко замолчала. С потрясенным лицом медленно обернулась, затем плавно встала.
В глубине помещения, раздвинув стеклянные нити занавеса, стоял, прислонившись к арке входа, высокий человек с темной, шоколадного цвета кожей. Глаза на темном лице сияли серебристым светом.
— Фардар, — будто не веря своим глазам, произнесла Ольсинея, медленно подходя к неподвижно стоящему человеку.
— Я вернулся, Оттинэ, — тихо сказал тот, раскрывая ей свои объятия.
Та, которую он назвал Оттинэ, всхлипнула и бросилась к нему, чтобы легко обнять его за шею и прижаться щекой к груди незнакомца. Темные руки сомкнулись поверх ее узорчатого плаща. Оба замерли.
— У тебя сломаны два ребра, — сказала Ольсинея, отстраняясь. — Лишняя жидкость в средостении. Сердце… Тебе вообще сердце нужно? Как ты еще на ногах стоишь, непонятно.
— Все как обычно, — усмехнувшись, ответил Фардар низким голосом, — но не отправляй меня в Госпиталь. Оставь у себя. Я так соскучился… Теперь я вернулся к тебе надолго. Они уничтожили даже камни вызова.
— Сядь сюда. Подожди. Я сейчас.
Хозяйка Долины исчезла, но темнокожий Фардар не сел туда, куда она указала. Он осторожно подошел к ложу Алеси и, скривившись, сел на сидение рядом с ее постелью.
— Ты не возражаешь, я составлю тебе компанию на время твоей болезни? Здесь были отличные ширмы еще три с лишним года назад. А они всегда совершенствуются. Ты согласна? — его глаза перестали излучать яркий серебристый свет и стали темно-синими с серебристыми искорками в глубине.
Алеся кивнула, разглядывая нового человека, крепко прижав к себе подушку. У темнокожего незнакомца были правильные, совершенно европейские черты лица, нос с горбинкой, черные немного вьющиеся волосы, черные усы и небольшая бородка. И, главное, ей внезапно стало рядом с ним как-то удивительно хорошо.
— Меня зовут Фардар из Иселдау, — вежливо сказал незнакомец. — Я Хранитель Равновесия с Дарелада. И, что еще важнее, супруг Хозяйки Долины.
— А меня зовут здесь Алейсия. Короче, я внучка вашей Хозяйки.
В этот момент в комнате снова возникла Ольсинея и изнутри распахнула окно-дверь в сад. Оттуда сначала занесли мощную кровать с лежащими на ней приборами, проводами и экраном. Затем быстро вошли несколько человек в форме, скорее всего врачебной.
— Наш разговор немного откладывается, — сказал Алесе Хранитель Равновесия, с легкой усмешкой разглядывая вошедших. — Ого, сколько вас на одного.
Ширмочки и вправду оказались свето-звуко-непроницаемыми. Ничего из того, что происходило у ложа Фардара, Алеся не видела. Но на стене, выше ширмочки горел экран с показаниями медицинских приборов. Кардиограмма подсвечивалась тревожным красным. И Алеся уже достаточно проучилась в медицинском колледже, чтобы сообразить, что сердце у Хранителя с Дарелада серьезно барахлит. Когда кардиограмма приняла более-менее близкий к норме вид, из-за ширмочки выскочил налысо бритый парень в медицинском костюме и подскочил вдруг к Алесе.
— А, привет, страдалица, — сообщил он по-русски, изучая показания приборов над ее головой. — Лежишь? Ну лежи-лежи. Гарантируем отсутствие спаек. Жалко, конечно, что одна в кровати. Но вдвоем пока тебе опасно. Вот подживет немного и тогда — пожалуйста. Сережа, кстати, — он улыбнулся и подмигнул.
— Алеся, — представилась девушка в ответ. — Из-за таких ваших шуточек, Сережа, господин Лэндигур собирается запечатать для Земли вход в Долину.
— Господин Лэндигур? Это Гарри-то? Не-е. Он парень занудный, конечно, но не до такой степени. Потом, что я такого сказал? От тебя, между прочим, вся Вселенная ждет рождения следующей Хозяйки. Так что не комплексуй. Мы несколько часов возились, чтобы ты в следующий раз смогла родить здорового ребенка. Целитель из Девятнадцатого мира даже в обморок хлопнулся. Он вообще чувствительный. Гарри, кстати, специально на операцию вызвали, — он еще раз подмигнул. — Ладно. Я побежал. Теперь тебе господин Хранитель настроение поднимать будет. Он круче вареного яйца. Увидишь.
И молодой врач снова скрылся за ширмочками у постели Фардара с Дарелада.
Когда Алеся в следующий раз вынырнула из своего сонного состояния, ширмочка у соседнего ложа была чуть сдвинута. Никого из врачей возле больного не было. На его постели сидела Хозяйка Долины в светлом свободном одеянии, ниспадавшем до полу, с распущенными и попросту сколотыми сзади волосами. Фардар держал ее за руку, неотрывно глядя в глаза, а она, склонившись к нему, закусив губу, не в силах сдержать слезы, гладила свободной рукой его лоб и виски.
Алесе невольно вспомнились стихи любимого поэта-романтика Николая Гумилева.
«— После стольких лет я пришел назад.
Но изгнанник я, и за мной следят.
— Я ждала тебя столько долгих лет.
Для любви моей расстояний нет.
— Смерть в дому моем, смерть в дому твоем.
— Ничего, что смерть, если мы вдвоем».
Она снова заснула, бесшумно задвинув собственную ширму.
С утра, когда девушка раздвинула ширмочку, створки дверей в сад были полураспахнуты, лучи яркого солнца оживляли узорчатую мозаику на каменном полу. Ширма у постели ее соседа была полностью отодвинута. На нем была надета такая же голубая пижама, как и на ней, и он явно с нетерпением ждал пробуждения своей соседки.
— Доброе утро, Алейсия.
— Доброе. А можно спросить? А вы — Хранитель чего?
Вот вряд ли он был хранителем Кольца Всевластия.
— Это называется грамотно «равновесной точкой покоя».
Точно, он не из Средиземья. Там так не выражались.
Фардар усмехнулся.
— Если понятнее, то, например, в моем присутствии человеческим душам проще найти путь к точке покоя для каждой конкретной души.
Угу, ходячий экстракт пустырника, фирмы «Эвалар», то есть. «Контролируй свое настроение».
— Скорее, «Не бойся, я с тобой», — весело ответил Хранитель.
Минуточку, она вслух бормотала, или он мысли читает?
— Простите, а вы всегда такой были? И как вы встретили Ольсинею?
Фардар ей улыбнулся, сверкнув ослепительно белыми зубами.
— Я владетель Иселдау от рождения. Но Хранители могут родиться в любой семье. Когда стало ясно, что я как раз урожденный Хранитель Равновесия, меня забрали на воспитание из семьи. Раньше это было очень почетным призванием. Однако нам, последним Хранителям на Дареладе, не повезло со временем, когда мы вызваны к жизни.
Алеся сползла из полусидячего положения в любимое положение «лежа на боку с крепко прижатой к груди подушкой» и приготовилась внимательно слушать невероятную историю невероятного соседа.
— Хранители на Дареладе всегда безоружны. Защищать собственную жизнь, сражаясь, нам не дано. Но никогда раньше никто бы не дерзнул поднять руку на Хранителя. Поэтому лет этак тридцать назад я, не такой уж и юный, но доверчивый как непуганый лось, не спеша, ехал по лесной тропинке. Мягкие лучи солнца сквозь дубовые листья, поросль орешника, лесные цветы у тропинки под копытами коня… и вдруг свист арбалетной стрелы и пронзительная боль. Я упал с коня, понимая, что умираю. Умираю, застреленный несколькими арбалетными стрелами. А ведь на мне был плащ Хранителя. Ошибки быть не могло. Да и никогда не бывало. До моего гаснущего сознания донеся резкий треск, и я инстинктивно перекатился в густые кусты орешника.
И внезапно произошло чудо, я оказался в Госпитале Долины-между-Мирами. И теряя сознание окончательно, увидел рядом с собой самую удивительную женщину во всех Мирах, — Фардар мечтательно улыбнулся. — Когда я пришел в себя, то сначала думал, что она мне приснилась, так невероятно хороша была Оттинэ. Впрочем, мне, выросшему в мире категории «F», в обществе, где не было даже огнестрельного оружия, все здесь поначалу казалось сном…
Обычно Хранители равновесия о браке не думают. Мы одиночки по природе своей. И я о себе так думал, пока не встретил Ее… Тебя радует моя история, Алейсия? Но подумай вот о чем. У Хозяйки Долины множество обязанностей, которыми она не может пренебречь. И я не мог бросить вверенных мне людей, даже если некоторые из них пытались меня убить. Сюда, в Долину, я возвращался в лучшем случае измученным, иногда при смерти. Каково ей было все время ждать своего любимого, зная, что если он и вернется, то полумертвым? Подумала? Наше счастье легким не назовешь.
— Но она все же сказала вам «да»? Понимая все это?
— Оттинэ? Ты ведь о ней тоже ничего не знаешь? Точно? — Фардар вытянулся в постели, попробовал заложить руки за голову, но невольно застонал и, опустив руки, улегся свернувшись. — Оттинэ родом из Второго мира. Из знатной семьи Эмераны. Между прочим, ты уже знакома с кодом, обозначающим цивилизации, имеющие выход в Долину?
— Нет, — радостно ответила Алеся, чувствуя, что ей, наконец-то всё понятно объяснят.
— Ясно. Для примера возьму 3XD. Цифра в начале кода обозначает порядок вхождения Мира. Третий мир — значит, первый представитель с Земли появился в Долине очень давно, вслед за Первым миром — Ателланом, и Вторым миром — Эмераной. Мой родной мир — Дарелад — только восемнадцатый. Поняла?
Дальше в кодовом обозначении идет буквенный индекс технического развития. «X» у Земли — это высочайший по нашим меркам уровень. Остались неиспользованными только буквы «Y» и «Z». Это, я думаю, если вдруг в Долине появятся представители цивилизации, освоившей выход к звездам, что бы было какую букву им присваивать. А то опозоримся перед высокоразвитой звездной цивилизацией, дескать, букв на вас не хватает, да-а-а…